What do you think?
Rate this book
Собрание сочинений в 8 томах #7
Ариэль. Человек, нашедший свое лицо
В романе `Ариэль` главный герой приобретает способность летать. Этот чудесный дар едва не делает его орудием шайки преступников.
Повесть `Человек, нашедший свое лицо` - о прославившемся благодаря своему уродству киноактере, чья жизнь трагически изменилась после встречи с врачом, превратившим его в красавца.
Повесть `Человек, нашедший свое лицо` - о прославившемся благодаря своему уродству киноактере, чья жизнь трагически изменилась после встречи с врачом, превратившим его в красавца.
489 pages, Hardcover
Published January 1, 2000
2 people want to read
About the author
Alexander Belyaev
294 books200 followersAlexander Romanovich Belyaev (Russian: Александр Беляев); born 16 March 1884 in Smolensk, Russian Empire; died 6 January 1942 in Pushkin, USSR]
Born in Smolensk, at the age of 30 Alexander became ill with tuberculosis. Treatment was unsuccessful; the infection spread to his spine and resulted in paralysis of the legs. Belyayev suffered constant pain and was paralysed for six years. In search for the right treatment he moved to Yalta together with his mother and old nanny. During his convalescence, he read the work of Jules Verne, H. G. Wells, and Konstantin Tsiolkovsky, and began to write poetry in his hospital bed.
By 1922 he had overcome the disease and in 1923 returned to Moscow where he began his serious literary activity as writer of science fiction novels. In 1925 his first novel, Professor Dowell's Head (Голова Профессора Доуэля) was published. From 1931 he lived in Leningrad with his wife and oldest daughter; his youngest daughter died of meningitis in 1930, aged six. In Leningrad he met H. G. Wells, who visited the USSR in 1934.
In the last years of his life Belyaev lived in the Leningrad suburb of Pushkin (formerly Tsarskoye Selo). At the beginning of the German invasion of the Soviet Union during Second World War he refused to evacuate because he was recovering after an operation that he had undergone a few months earlier.
Belyayev died of hunger in the Soviet town of Pushkin in 1942 while it was occupied by the Nazis. His wife and daughter, who managed to survive, were taken away to Poland by the Nazis. The exact location of his grave is unknown. A memorial stone at the Kazanskoe cemetery in the town of Pushkin is placed on the mass grave where his body is assumed to be buried.
Born in Smolensk, at the age of 30 Alexander became ill with tuberculosis. Treatment was unsuccessful; the infection spread to his spine and resulted in paralysis of the legs. Belyayev suffered constant pain and was paralysed for six years. In search for the right treatment he moved to Yalta together with his mother and old nanny. During his convalescence, he read the work of Jules Verne, H. G. Wells, and Konstantin Tsiolkovsky, and began to write poetry in his hospital bed.
By 1922 he had overcome the disease and in 1923 returned to Moscow where he began his serious literary activity as writer of science fiction novels. In 1925 his first novel, Professor Dowell's Head (Голова Профессора Доуэля) was published. From 1931 he lived in Leningrad with his wife and oldest daughter; his youngest daughter died of meningitis in 1930, aged six. In Leningrad he met H. G. Wells, who visited the USSR in 1934.
In the last years of his life Belyaev lived in the Leningrad suburb of Pushkin (formerly Tsarskoye Selo). At the beginning of the German invasion of the Soviet Union during Second World War he refused to evacuate because he was recovering after an operation that he had undergone a few months earlier.
Belyayev died of hunger in the Soviet town of Pushkin in 1942 while it was occupied by the Nazis. His wife and daughter, who managed to survive, were taken away to Poland by the Nazis. The exact location of his grave is unknown. A memorial stone at the Kazanskoe cemetery in the town of Pushkin is placed on the mass grave where his body is assumed to be buried.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 of 1 review
February 12, 2021
ЧНСЛ я читать не стал, роман и в первой-то версии был невыносим.
А - псевдоиндийская вполне безграмотная ебанина, написанная в духе сенсационных бульварных романов с имперских колониальных позиций, хотя, казалось бы, советский автор должен быть выше всего этого. Беляева, конечно, можно и нужно жалеть, но, боги, какая же хуйня обреталась у него в голове. Как вообще совки допускали печатать такую залепуху, мне решительно неясно, - возможно, потому, что это гораздо круче развесистой клюквы обычных советских страноведов в штатском. Но в целом роман характеризуется заунывным канцелярским пустословием и нагнетанием строкажа, что очень свойственно соцреализму, с персонажем где-то на стыке Маугли и Ихтиандра. При этом нашему мальчику, который знает о жизни вообще мало, почему-то известны парашютисты, с которыми он себя сравнивает.
Фантаст вообще берегов не видит в желании опорочить теософию, оккультизм, Индию и ее духовную культуру, включая индуизм и буддизм. Вот пример: "Ариэль прошел через все эти круги ада. Последним испытанием, которому он подвергся, было «приятие духа». Ариэль с внутренним содроганием вспомнил этот мрачный обряд, выполняемый воспитанниками последних ступеней обучения. Их заставляли присутствовать при кончине людей, держать умирающих за руки, а когда наступал момент смерти, им приказывали целовать умирающих в губы и принимать в себя их последний вздох. Это было отвратительно". Это же просто какой-то безграмотный пиздец. Я думаю, что инвалидность Беляева - заблаговременное кармическое воздаяние за всю ту хуйню, которую он потом в жизни понаписал.
Глупости - обычные ("кивки головой" т.е.), но порой с непременным идеологическим душком: полуграмотные "изображения Христа итальянских художников", какой-то невнятный "Иисус-Матерейя" и непонятные "санияси", знакомые люди и при этом не враги обращаются друг к другу "мистер" без фамилии, тут есть "молчаливый разговор", "крикливая тарабарщина", тут "исполняется совершеннолетие", "кричат сигнал тревоги", "захватывают тропическую лихорадку", "лицом раджа напоминает Джейн Отелло" (кто это?), есть "слон с огромными клыками", тут "лицо чем-то напоминает филина", буйволы погружаются в _ил_ так, что из _тины_ видны только их носы (и тут же из той же тины пастушки лепят домики), "стоит статуя сидящего Индры", у которого на коленях лежат "ладони рук", люди "от времени до времени появляются, бесследно исчезая"... Вновь шизофренические имена: Флоренса (английское), "кошечка Кюин" и т.д.
А - псевдоиндийская вполне безграмотная ебанина, написанная в духе сенсационных бульварных романов с имперских колониальных позиций, хотя, казалось бы, советский автор должен быть выше всего этого. Беляева, конечно, можно и нужно жалеть, но, боги, какая же хуйня обреталась у него в голове. Как вообще совки допускали печатать такую залепуху, мне решительно неясно, - возможно, потому, что это гораздо круче развесистой клюквы обычных советских страноведов в штатском. Но в целом роман характеризуется заунывным канцелярским пустословием и нагнетанием строкажа, что очень свойственно соцреализму, с персонажем где-то на стыке Маугли и Ихтиандра. При этом нашему мальчику, который знает о жизни вообще мало, почему-то известны парашютисты, с которыми он себя сравнивает.
Фантаст вообще берегов не видит в желании опорочить теософию, оккультизм, Индию и ее духовную культуру, включая индуизм и буддизм. Вот пример: "Ариэль прошел через все эти круги ада. Последним испытанием, которому он подвергся, было «приятие духа». Ариэль с внутренним содроганием вспомнил этот мрачный обряд, выполняемый воспитанниками последних ступеней обучения. Их заставляли присутствовать при кончине людей, держать умирающих за руки, а когда наступал момент смерти, им приказывали целовать умирающих в губы и принимать в себя их последний вздох. Это было отвратительно". Это же просто какой-то безграмотный пиздец. Я думаю, что инвалидность Беляева - заблаговременное кармическое воздаяние за всю ту хуйню, которую он потом в жизни понаписал.
Глупости - обычные ("кивки головой" т.е.), но порой с непременным идеологическим душком: полуграмотные "изображения Христа итальянских художников", какой-то невнятный "Иисус-Матерейя" и непонятные "санияси", знакомые люди и при этом не враги обращаются друг к другу "мистер" без фамилии, тут есть "молчаливый разговор", "крикливая тарабарщина", тут "исполняется совершеннолетие", "кричат сигнал тревоги", "захватывают тропическую лихорадку", "лицом раджа напоминает Джейн Отелло" (кто это?), есть "слон с огромными клыками", тут "лицо чем-то напоминает филина", буйволы погружаются в _ил_ так, что из _тины_ видны только их носы (и тут же из той же тины пастушки лепят домики), "стоит статуя сидящего Индры", у которого на коленях лежат "ладони рук", люди "от времени до времени появляются, бесследно исчезая"... Вновь шизофренические имена: Флоренса (английское), "кошечка Кюин" и т.д.
Displaying 1 of 1 review