What do you think?
Rate this book
Pynchon's Against the Day: A Corrupted Pilgrim's Guide
Thomas Pynchon's longest novel to date, Against the Day (2006), excited diverse and energetic opinions when it appeared on bookstore shelves nine years after the critically acclaimed Mason & Dixon. Its wide-ranging plot covers nearly three decades—from the 1893 World's Fair to the years just after World War I—and follows hundreds of characters within its 1085 pages. The book’s eleven essays by established luminaries and emerging voices in the field of Pynchon criticism, address a significant aspect of the novel's manifold interests. By focusing on three major thematic trajectories (the novel's narrative strategies; its commentary on science, belief, and faith; and its views on politics and economics), the contributors contend that Against the Day is not only a major addition to Pynchon's already impressive body of work, but also a defining moment in the emergence of twenty-first century American literature.
320 pages, Hardcover
First published January 1, 2011
5 people are currently reading
95 people want to read
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 4 of 4 reviews
December 8, 2021
отличное отпускное чтение. по этому сборнику очень хорошо видно, насколько лучше за последние 40 лет пинчоноведы стали осмыслять труды любимого автора - тоньше, точнее. да их просто стало гораздо интереснее читать
* * *
Еще полезного перечитывания. Возможно, имеет смысл подправить жанровое определение романа в работе: это не сколько иеремиада, филиппика или даже мениппова сатира, сколько "разноречный" (по Бахтину) энциклопедически-генеалогически-географический текст в жанре истерического реализма и анархическом стиле (здесь это не оценочная категория). Возможно, таков он в крайней своей степени - во всяком случае, мало что полнее по охвату приходит в голову на начало 21го века.
Ну и заодно становится яснее, что нам делать с названием (нет, не "Контражур", ха-ха; но и не то, что предлагали наши "знатоки" и некоторые коллеги) и первой фразой. Хотя "Отдать концы!" играло бы, как, допустим, в "Радуге" (потому что концы - фраз и строк - мы отдаем не на откуп автору, а на волю случая, т.е. от сингулярности переходим натурально к билокации в неопределенном континууме), исходный вектор все-таки задается иной. Вернее, кватернион... У автора, его персонажей и нас, правда, хуй что в этом смысле получится, как мы видим из дальнейшего текста. И, как ни хотелось бы сохранить перезвучку с "grace" в "Радуге", ею тоже придется пожертвовать.
В общем, очень полезный все это материал для того, чтобы понимать, как именно роман должен звучать по-русски. Попробуем сделать так, чтобы и читателю в нем было как дома (а мы-то сами в тексты Пинчона давно уже приехали).
...Хотя как дома... в этом мире невозможно чувствовать себя дома, мы в нем все Ричарды Бротиганы, но романы Пинчона остаются тем редким чтением, которое еще способно научить нас жить в этой ебаной сансаре (по эту сторону от учений тибетских мастеров, т.е.) и что-то рассказать нам о нас же. Ну или, по крайней мере, говорит нам что-то важное об этом мире, в отличие от подавляющего большинства нынешней писчебумажной и мониторопиксельной продукции. "Неявная история ХХ века", "история настоящего" - вот то самое необходимое и ценное, что, среди прочего, мы можем (если можем) отыскать в этом путешествии во времени, которое есть текст Пинчона. Ради этого мы и отправляемся нарушать ход ортогонального времени.
Что касается продолжения штудий, тут тоже у авторов разное владение материалом и здравым смыслом: кто-то считает, что в битве при Исандльване британцы разбили зулусов (видимо, по той логике, что они всегда это делали; но нет, это тот редкий случай, когда это африканцы бриттам наваляли); кто-то полагает, что IWW - это "интернациональные рабочие мира", а не "индустриальные" (хотя на самом деле они, конечно, "промышленные"), тибетский лама (lama) вдруг становится тибетской ламой (llama)... ну и так далее. В академических журналах ни редакторов, ни даже корректоров с расширенными функциями фактчекеров, видимо, нет по всему миру. И вот кому тогда, спрашивается, доверять?
Но старая гвардия, как правило, пишет хорошо и по делу, а вот из новой публики я только одного годного чувака нашел. Остальное, как и раньше, - порода разной степени пустоты. Все рассуждатели о сложной политике или этике Пинчона, как правило, забывают самое простое - он в первую очередь гуманист, а за насилие он или против, за рабочих он или против империалистов, католик он или анархист, либерал или консерватор, луддит или вообще чуланный марксист - дело десятое. Он за человека.
Fun facts. Все привыкли к массовой эмиграции ирландцев в Штаты, евреев или кого еще. Но к 1912 году только в Штаты откочевало почти 10% всего населения Греции, вот это был исход.
* * *
Еще полезного перечитывания. Возможно, имеет смысл подправить жанровое определение романа в работе: это не сколько иеремиада, филиппика или даже мениппова сатира, сколько "разноречный" (по Бахтину) энциклопедически-генеалогически-географический текст в жанре истерического реализма и анархическом стиле (здесь это не оценочная категория). Возможно, таков он в крайней своей степени - во всяком случае, мало что полнее по охвату приходит в голову на начало 21го века.
Ну и заодно становится яснее, что нам делать с названием (нет, не "Контражур", ха-ха; но и не то, что предлагали наши "знатоки" и некоторые коллеги) и первой фразой. Хотя "Отдать концы!" играло бы, как, допустим, в "Радуге" (потому что концы - фраз и строк - мы отдаем не на откуп автору, а на волю случая, т.е. от сингулярности переходим натурально к билокации в неопределенном континууме), исходный вектор все-таки задается иной. Вернее, кватернион... У автора, его персонажей и нас, правда, хуй что в этом смысле получится, как мы видим из дальнейшего текста. И, как ни хотелось бы сохранить перезвучку с "grace" в "Радуге", ею тоже придется пожертвовать.
В общем, очень полезный все это материал для того, чтобы понимать, как именно роман должен звучать по-русски. Попробуем сделать так, чтобы и читателю в нем было как дома (а мы-то сами в тексты Пинчона давно уже приехали).
...Хотя как дома... в этом мире невозможно чувствовать себя дома, мы в нем все Ричарды Бротиганы, но романы Пинчона остаются тем редким чтением, которое еще способно научить нас жить в этой ебаной сансаре (по эту сторону от учений тибетских мастеров, т.е.) и что-то рассказать нам о нас же. Ну или, по крайней мере, говорит нам что-то важное об этом мире, в отличие от подавляющего большинства нынешней писчебумажной и мониторопиксельной продукции. "Неявная история ХХ века", "история настоящего" - вот то самое необходимое и ценное, что, среди прочего, мы можем (если можем) отыскать в этом путешествии во времени, которое есть текст Пинчона. Ради этого мы и отправляемся нарушать ход ортогонального времени.
Что касается продолжения штудий, тут тоже у авторов разное владение материалом и здравым смыслом: кто-то считает, что в битве при Исандльване британцы разбили зулусов (видимо, по той логике, что они всегда это делали; но нет, это тот редкий случай, когда это африканцы бриттам наваляли); кто-то полагает, что IWW - это "интернациональные рабочие мира", а не "индустриальные" (хотя на самом деле они, конечно, "промышленные"), тибетский лама (lama) вдруг становится тибетской ламой (llama)... ну и так далее. В академических журналах ни редакторов, ни даже корректоров с расширенными функциями фактчекеров, видимо, нет по всему миру. И вот кому тогда, спрашивается, доверять?
Но старая гвардия, как правило, пишет хорошо и по делу, а вот из новой публики я только одного годного чувака нашел. Остальное, как и раньше, - порода разной степени пустоты. Все рассуждатели о сложной политике или этике Пинчона, как правило, забывают самое простое - он в первую очередь гуманист, а за насилие он или против, за рабочих он или против империалистов, католик он или анархист, либерал или консерватор, луддит или вообще чуланный марксист - дело десятое. Он за человека.
Fun facts. Все привыкли к массовой эмиграции ирландцев в Штаты, евреев или кого еще. Но к 1912 году только в Штаты откочевало почти 10% всего населения Греции, вот это был исход.
September 22, 2025
B/B+
Solid.
Solid.
March 21, 2024
Fine collection- like always, some were more subject to academic obfuscation than others. Highlights for me included the essays by Hume, Narkunas, and Severs.
November 28, 2024
This pilgrim’s guide—I read the first two essays before starting the novel, and then the others about halfway through the novel when I needed some momentum. If you’re reading Against The Day, you should read this book too. All the essays are great. This collection confirms that Against The Day is not just Pynchon’s most accessible and entertaining big book, but also the most complete vision of his literary and political project. I found a PDF of this book for free at Anna’s Archive, I guess more people would make use of this book if it didn’t retail for like $50. This book doesn’t offer a plot synopsis expected in most companions or guides, but there’s a reliable PDF online titled Against The Day Trail Map that does the job.
Displaying 1 - 4 of 4 reviews