Эта книга стала для меня, пожалуй, самой странной из всего цикла. Ощущения от прочтения у меня очень и очень двойственные. Вот взять саму историю — есть один взрослый герой, на попечение которого, волей судьбы оказывается возложены жизни нескольких детей. Хммм…. Ничего не напоминает? Это же не так давно было, и даже в этом же цикле, да это же «Гуси-Гуси». Но Крапивин и тут всех «переиграл». Он просто согласился с этим доводом прямо в этой книге, сравнив судьбу Валентина и Корнелия и проведя между ними параллели. Да, да, герои получились довольно разные. Валентин — творческая личность со своим скелетом в шкафу. Да и с детьми у него были более тесные взаимоотношения, чем у Корнелия. Но все равно, совпадения слишком очевидны. Но раз автор сам на это указал, какие могут быть претензии?
Второе мое замечание к этой книге в том, что она выглядит какой-то разваливающейся по сюжету. То есть, у нас, по сути, два больших пласта информации. Первый — это история Валентина и его метания в прошлом. Спецслужбы, политика, творческие кризисы и так далее. Второе — то, что сейчас развивается в реальности, где он с детьми идет по такому странному миру, где происходит… разное. Детский лагерь, который обрабатывается вертолетами, НЛО, с которыми контактируют дети, болота, где обитают странные создания, золотые рыбки, исполняющие желания и так далее. Это в общем-то привычный для автора прием, но в этой книге у Командора почему-то не получилось соединить два повествования в одну целостную конструкцию. Или я не смог увидеть эту картину. Опять же, немного странно было видеть такого потенциального «мальчиша-плохиша». Как и положено, я своей читательской волей начал ожидать от него каких-то подлых действий в последствии. Но до конца книги этот самый «плохиш» никакой роли в повествовании не сыграл. Это было немного неожиданно и, даже где-то разочаровывающе.
Плюс такая жесткость повествования. Ну да, я понимаю, что все читатели Крапивина к этому уже готовы. Но тут есть и детская жестокость и жестокость взрослых, и грязные психологические приемы и метания загнанных людей. Вопросы жизни и смерти, гомосексуальность и прочее, недетское. От фантастики тут только антураж, а все взаимоотношения между героями — суровая и объективная реальность без всяких прикрас. Даже описание одного из героев — Сопливика, вначале вызывает такое отторжение. О нем немного подробнее. Пожалуй, это один из самых неоднозначных «Крапивинских мальчиков». Когда его встречаешь, то сложно поверить, что книга будет вертеться и вокруг него тоже. Он грязный, с сальными волосами, мокротой под носом. Его отовсюду гонят, но он всегда оказывается рядом и раздражает своим молчанием.
А потом вдруг наступает один момент, который меня буквально потряс. Говорю откровенно, я перечитывал этот момент несколько раз в разное время. Это сцена, в которой тот самый Сопливик, пишет стихи Валентину. Не хочу это цитировать здесь, хотя и был готов. Просто это действительно стало для меня трогательным и очень волнующим переживанием. Схватило за живое. Только за эту сцену я готов накинуть книге пару баллов, настолько глубоко у меня запало это в душу. Я равнодушно отношусь к стихам Крапивина, если честно. Но эти…
Вообще, я бы сказал, что основная мысль этой книги — люди не тем, кем кажутся. Да, такая немудрящая мысль, но она очень подходит ко всему происходящему в этой книги. Женька, Валентин, Илья, даже Абов — все они раскрываются по ходу повествования с новой позиции. И как тут в очередной раз не вспомнить цитату Крапивина про острова и людей. Правда она была в совершенно другой книге, но очень подходит и для этой.