Sergei Dovlatov (Russian: Сергей Довлатов) was born in Ufa, Bashkiria (U.S.S.R.), in 1941. He dropped out of the University of Leningrad after two years and was drafted into the army, serving as a guard in high-security prison camps. In 1965 he began to work as a journalist, first in Leningrad and then in Tallinn, Estonia. After a period of intense harassment by the authorities, he emigrated to the United States in 1978. He lived in New York until his death in 1990.
This is the author which I probably like most of all my favourite Russian authors. I love every sentence, every scene and every word of his works. Dovlatov is definitely an outstanding author of his epoch and reading his books means learning more about the atmosphere of his time and place.
Книга о вещах Сергея Донатовича, собранных в чемодан при миграции в США. Доставляет бляха в рядах служения на зоне, куртка Леже, и финские носки во время подработки форцовщиком.
"— Вот ты говоришь — капитализм, Америка, Европа! Частная собственность!.. У самого последнего чучмека — легковой автомобиль!.. А доллар, извиняюсь, все же падает!.. — Значит, есть куда падать, — весело откликался Цыпин, — уже неплохо. А твоему засраному рублю и падать некуда... Однако Лихачев не реагировал, снова погрузившись в безмолвие. Цыпин, наоборот, был разговорчивым и добродушным человеком. Ему хотелось спорить. — Дело не в машине, — говорил он, — я сам автолюбитель... Главное при капитализме — свобода. Хочешь — пьешь с утра до ночи. Хочешь — вкалываешь круглые сутки. Никакого идейного воспитания. Никакой социалистической морали. Кругом журналы с голыми девками... Опять же — политика. Допустим, не понравился тебе какой-нибудь министр — отлично. Пишешь в редакцию: министр — говно! Любому президенту можно в рожу наплевать. О вице-президентах я уж и не говорю... А машина и здесь не такая большая редкость. У меня с шестидесятого года "Запорожец", а что толку?.. Действительно, Цыпин купил "Запорожец". Однако, будучи хроническим пьяницей, месяцами не садился за руль. В ноябре машину засыпало снегом. "Запорожец" превратился в небольшую снежную гору. Около нее всегда толпились дворовые ребята. Весной снег растаял. "Запорожец" стал плоским, как гоночная машина. Крыша его была продавлена детскими санками. Цыпин этому почти обрадовался: — За рулем я обязан быть трезвым. А в такси я и пьяный доеду... Такие вот попались мне учителя."