В результате многолетней работы в архивах автору удалось расшифровать наиболее важные из немалого числа «умолчаний» (по слову самой Берберовой), неизбежно интриговавших читателей ее автобиографического труда «Курсив мой».
Особое внимание автор уделяет оставшимся за рамками повествования четырем десятилетиям жизни Берберовой в Америке, крайне насыщенным и в личном, и в профессиональном планах.
Начну с того, что эта книга, как мишелиновский обед из семи блюд, где про исполнение каждого можно писать отдельно. Первая часть больше всего похожа на биографию -- повествование проходит через насыщенные событиями десятилетия и помещает "курсив" Берберовой в контекст реальных событий. Главы второй части более подробно разрабатывают несколько тем, обозначенных в первой части, как например: история создания и восприятие "курсива" разными группами читателей (эмигрантами первой, второй и третьей волн, американцами, жителями СССР); именитые знакомые Берберовой; Берберова и де Бовуар; Берберова и Набоков. Увлекательно абсолютно все, ни про какую главу не могу сказать, что затянуто или TMI, даже многие сноски (которых в сумме 25% книги или около того) были бы уместны в основном тексте.
В беспорядке о том, что особенно понравилось:
1. Выдержанный на протяжении всей книги уважительно-доброжелательный тон, не переходящий в слеповатое благоговение. Вообще, удивительная объективность, при том, что временами речь идет о нешуточных страстях, где можно было бы попасть под влияние одного или другого участника событий и освещать позиции с его колокольни.
2. Объективность, очевидно, вытекает из второго достоинства книги -- колоссального объема источников, в основном писем, дневниковых записей, статей, интервью и книг нескольких десятков персонажей. Везде, где дана трактовка событий, приведены цитаты, полностью эту трактовку подтверждающие (мини-придирка: разве что за исключением доказательности выбора парфюма НБ по отношению к ее сексуальности:). Способность ИВ соединить сказанное в разное время и в разных переписках, но важно связанное по смыслу восхищает и создает эффект многомерности.
3. Сравнение жизненных путей и автобиографий де Бовуар и Берберовой невероятно увлекательно и читается словно детектив. В части о Набокове много смешных деталей и важные штрихи к портретам обоих. Переписку с Риттенбергом из-за многочисленных цитат захотелось прочитать целиком (благо есть в интернете). Восприятие "курсива" в СССР помогает представить себе то время и те надежды.
Недостатков у книги не могу назвать никаких, даже глава об академическом окружении НБ в поздние годы в США с калейдоскопом ничего не говорящих имен читается на удивление легко.
И не могу не оставить последний комментарий "крик в космос" -- ну неужели не сохранилось ни одной фотографии Журно?!