Моя рыба будет жить

by Ruth Ozeki, Рут Озеки, Екатерина И. Ильина (Translator)

Рут Озеки – американка японского происхождения, специалист по классической японской литературе, флористка, увлеченная театром и кинематографом. В 2010 году она была удостоена сана буддийского священника. Озеки ведёт активную общественную деятельность в университетских кампусах и живёт между Бруклином и Кортес-Айлендом в Британской Колумбии, где она пишет, вяжет носки и выращивает уток вместе со своим мужем Оливером.

Рут, писательница, живущая на уединённом канадском острове, обнаруживает в ланчбоксе «Hello Kitty», вынесенном на берег океана после разрушительного цунами 2011 года, целую коллекцию удивительных предметов – в том числе, дневник шестнадцатилетней Наоl

790 pages, Kindle Edition

Published February 12, 2023

About the author

Ruth Ozeki (born in New Haven, Connecticut) is a Japanese American novelist. She is the daughter of anthropologist Floyd Lounsbury.

Ozeki published her debut novel, My Year of Meats, in 1998. She followed up with All Over Creation in 2003. Her new novel, A Tale for the Time Being, was published on March 12, 2013.

She is married to Canadian land artist Oliver Kellhammer, and the couple divides their time between New York City and Vancouver.

Reviews

[Ekaterina Fartushnaya · Rating 5 out of 5]

Автор играет в игры с читателем. Будто не только писатель, но и читатель может умалчивать текстом.

О том, что жизнь можно ощутить, если конец рядом. О разности западного и японского подхода к смерти, об ответственности за близких людей, об издевательствах и дедовщине, об окончательности или бесконечности жизненного пути. Бывает, хочет человек жить на Манхэттене и ходить по гостям, а оказывается в лесной глуши на острове без электричества, потому что тут любимые люди. Бывает, хочешь изучать мировую философию и французский язык, а тебя сажают в кабину самолёта и заставляют разбить самолёт о вражеский корабль. Бывает, ты светская дама и мать троих детей, а оказываешься 104 летней монахиней в забытом монастыре.
Не люблю, когда реальное действие переходит в мистику, как будто автору надоело соединять все ниточки в канаву, и он все вилкой перемешал. Но в данном случае речь об Японии, тамошних духах, которые населяют не просто лес или колодец, но и слова. Поэтому мистическая ворона, которая уносит писательницу в сон и позволяет переломить ход событий в прошлом, это не слишком большое преувеличение.