What do you think?
Rate this book
Сатисфакция
В книгу "Сатисфакция" вошли, помимо одноименного киносценария, несколько пьес и лирика. Три из четырех пьес ранее не публиковались.
400 pages, Hardcover
First published January 1, 2011
1 person is currently reading
14 people want to read
About the author
Yevgeni Grishkovetz
49 books3 followersYevgeni Valeryevich Grishkovetz (Russian: Евге́ний Вале́рьевич Гришкове́ц; born February 17, 1967 in Kemerovo) is a popular Russian writer, dramatist, stage director, actor and musician.
He is widely known as the author of witty solo performances. Grishkovets has staged authorial plays Odnovremenno, Planeta, Drednouty, Osada, Titanic, po Po and +1 and published a number of his books: collected plays Gorod (2001), Kak ya syel sobaku (2003), the novel Rubashka (2004), the story Reki (2005) and collected stories Planka (2006).
He has played supporting roles in remarkable Russian films including Progulka, Ne khlebom edinym and V kruge pervom.
He is widely known as the author of witty solo performances. Grishkovets has staged authorial plays Odnovremenno, Planeta, Drednouty, Osada, Titanic, po Po and +1 and published a number of his books: collected plays Gorod (2001), Kak ya syel sobaku (2003), the novel Rubashka (2004), the story Reki (2005) and collected stories Planka (2006).
He has played supporting roles in remarkable Russian films including Progulka, Ne khlebom edinym and V kruge pervom.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 of 1 review
September 26, 2019
Новая книга известного (тут можно растеряться — известного кого: драматурга, писателя, театрального деятеля, блогера?) автора Евгения Гришковца называется «Сатисфакция» и включает ранее неопубликованные пьесы, монологи, тексты песен. Судя по всему этот томик завершает своеобразное собрание сочинений. Ранее выходили романы «Рубашка» и «Асфальт», сборники «Следы на мне», «Реки» и другие. Художественные произведения дополнялись публикацией сообщений в Живом Журнале.
И вот, когда почти весь корпус опубликованный на сегодняшний день текстов прочитан, выяснилось следующее: Евгений Гришковец — не писатель, не актёр, не драматург, не режиссёр, тем паче не певец. Евгений Гришковец это жанр. Жанр, который условно можно было бы назвать — «человек, который говорит».
И темы разговоров, если разобраться, не носят принципиальный характер. Значение имеет атмосфера, интонация, характерная для автора прямая речь. Важно даже не само высказывание, а метод его донесения. Это можно было бы сравнить с хорошими посиделками за столом в очень узком кругу давно и близко знакомых между собой людей. И вот здесь открывается, пожалуй, главная способность Гришковца: своими историями он умудряется создавать из разнокалиберных зрителей в зале, или совершенно незнакомых между собой читателей создавать некого единого слушателя, который сидит напротив. И отсюда эта сентиментальность, и бесконечные путешествия в прошлое, и почти энтомологические наблюдения за людьми, и, свойственная близким друзьям искренность.
И этот сборник не стал исключением, несмотря на то, что произведения принадлежат к разным жанрам: от монологов и пьес к текстам для музыкальных композиций.
Книгу отрывает сценарий фильма (который, к слову, снимался в Иркутске) «Сатисфакция». Два персонажа, бизнесмена, выясняют между собой отношения путём своеобразной дуэли: кто больше выпьет. И чем дальше, тем больней вопросы, тем острее мужской разговор.
«+1» — традиционный для Гришковца монолог. Только герой — мужчина среднего возраста. И в этом монологе — первые, большей частью совсем не радостные итоги. Не раз говорилось о том, что самые вечные истины — банальные. Но ведь они не перестают от этого быть менее вечными. Каждое поколение задаёт вопросы и ищет ответы. Пришло время ровесников писателя. Вот герой монолога и произносит:
«Как же мне важно знать, что из всего этого человечества я хоть кому-то нужен! А ещё лучше – необходим. Кто без меня не может? И так важно быть уверенным в необходимости себя кому-то! Мне важно знать, что я участвую в чьей-то жизни и тем самым влияю на эту жизнь вообще. Мне важно знать, что я участвую…».
«Дом» — сорокапятилетнему мужчине предложили купить дом. И это предложение стало проверкой на взаимопонимание в семье, проверкой друзей на прочность. И за всеми событиями в пьесе ощущается проживаемый автором «кризис среднего возраста», и тексты — как реакция, как способ осознать, понять и прожить этот не самый радужный период.
«Одновременно» — один из наиболее глубоких текстов Гришковца. Мастерство подмечать детали, улавливать настроения, рисовать картину мира и себя в ней. И общее ощущение быстротечности жизни, уникальности каждого мгновения.
«Осада» — абсолютно неожиданная для меня пьеса. Увидеть написанное Гришковцом не о нём самом. Но что это? Театральный эксперимент? Попытка сделать шаг чуть дальше?
Завершающие книжку тексты песен — это не тексты в общепринятом понимании, не стихи. Это фотографии в прозе. Правда, без музыки они здорово проигрывают. От некогда популярного «Настроение улучшилось» до едва ли не программного заявления:
«Так давай же проживём так,
Чтобы не сделать и не сказать того,
После чего нам будет больно вспоминать,
Вспоминать о том,
Чего у нас невозможно отнять».
«Сатисфакция» Евгения Гришковца — это воспоминание о том, чего у нас невозможно отнять.
И вот, когда почти весь корпус опубликованный на сегодняшний день текстов прочитан, выяснилось следующее: Евгений Гришковец — не писатель, не актёр, не драматург, не режиссёр, тем паче не певец. Евгений Гришковец это жанр. Жанр, который условно можно было бы назвать — «человек, который говорит».
И темы разговоров, если разобраться, не носят принципиальный характер. Значение имеет атмосфера, интонация, характерная для автора прямая речь. Важно даже не само высказывание, а метод его донесения. Это можно было бы сравнить с хорошими посиделками за столом в очень узком кругу давно и близко знакомых между собой людей. И вот здесь открывается, пожалуй, главная способность Гришковца: своими историями он умудряется создавать из разнокалиберных зрителей в зале, или совершенно незнакомых между собой читателей создавать некого единого слушателя, который сидит напротив. И отсюда эта сентиментальность, и бесконечные путешествия в прошлое, и почти энтомологические наблюдения за людьми, и, свойственная близким друзьям искренность.
И этот сборник не стал исключением, несмотря на то, что произведения принадлежат к разным жанрам: от монологов и пьес к текстам для музыкальных композиций.
Книгу отрывает сценарий фильма (который, к слову, снимался в Иркутске) «Сатисфакция». Два персонажа, бизнесмена, выясняют между собой отношения путём своеобразной дуэли: кто больше выпьет. И чем дальше, тем больней вопросы, тем острее мужской разговор.
«+1» — традиционный для Гришковца монолог. Только герой — мужчина среднего возраста. И в этом монологе — первые, большей частью совсем не радостные итоги. Не раз говорилось о том, что самые вечные истины — банальные. Но ведь они не перестают от этого быть менее вечными. Каждое поколение задаёт вопросы и ищет ответы. Пришло время ровесников писателя. Вот герой монолога и произносит:
«Как же мне важно знать, что из всего этого человечества я хоть кому-то нужен! А ещё лучше – необходим. Кто без меня не может? И так важно быть уверенным в необходимости себя кому-то! Мне важно знать, что я участвую в чьей-то жизни и тем самым влияю на эту жизнь вообще. Мне важно знать, что я участвую…».
«Дом» — сорокапятилетнему мужчине предложили купить дом. И это предложение стало проверкой на взаимопонимание в семье, проверкой друзей на прочность. И за всеми событиями в пьесе ощущается проживаемый автором «кризис среднего возраста», и тексты — как реакция, как способ осознать, понять и прожить этот не самый радужный период.
«Одновременно» — один из наиболее глубоких текстов Гришковца. Мастерство подмечать детали, улавливать настроения, рисовать картину мира и себя в ней. И общее ощущение быстротечности жизни, уникальности каждого мгновения.
«Осада» — абсолютно неожиданная для меня пьеса. Увидеть написанное Гришковцом не о нём самом. Но что это? Театральный эксперимент? Попытка сделать шаг чуть дальше?
Завершающие книжку тексты песен — это не тексты в общепринятом понимании, не стихи. Это фотографии в прозе. Правда, без музыки они здорово проигрывают. От некогда популярного «Настроение улучшилось» до едва ли не программного заявления:
«Так давай же проживём так,
Чтобы не сделать и не сказать того,
После чего нам будет больно вспоминать,
Вспоминать о том,
Чего у нас невозможно отнять».
«Сатисфакция» Евгения Гришковца — это воспоминание о том, чего у нас невозможно отнять.
Displaying 1 of 1 review