What do you think?
Rate this book
Jung's Collected Works #6
Psiholoģiskā tipoloģija un māksla
One of the most important of Jung's longer works, and probably the most famous of his books, Psychological Types appeared in German in 1921 after a "fallow period" of eight years during which Jung had published little. He called it "the fruit of nearly twenty years' work in the domain of practical psychology," and in his autobiography he wrote: "This work sprang originally from my need to define the ways in which my outlook differed from Freud's and Adler's. In attempting to answer this question, I came across the problem of types; for it is one's psychological type which from the outset determines and limits a person's judgment. My book, therefore, was an effort to deal with the relationship of the individual to the world, to people and things. It discussed the various aspects of consciousness, the various attitudes the conscious mind might take toward the world, and thus constitutes a psychology of consciousness regarded from what might be called a clinical angle."
In expounding his system of personality types Jung relied not so much on formal case data as on the countless impressions and experiences derived from the treatment of nervous illnesses, from intercourse with people of all social levels, "friend and foe alike," and from an analysis of his own psychological nature. The book is rich in material drawn from literature, aesthetics, religion, and philosophy. The extended chapters that give general descriptions of the types and definitions of Jung's principal psychological concepts are key documents in analytical psychology
100 pages, Paperback
First published January 1, 1921
844 people are currently reading
17492 people want to read
About the author
C.G. Jung
1,881 books11.5k followersCarl Gustav Jung (/jʊŋ/; German: [ˈkarl ˈɡʊstaf jʊŋ]), often referred to as C. G. Jung, was a Swiss psychiatrist and psychotherapist who founded analytical psychology. Jung proposed and developed the concepts of extraversion and introversion; archetypes, and the collective unconscious. His work has been influential in psychiatry and in the study of religion, philosophy, archeology, anthropology, literature, and related fields. He was a prolific writer, many of whose works were not published until after his death.
The central concept of analytical psychology is individuation—the psychological process of integrating the opposites, including the conscious with the unconscious, while still maintaining their relative autonomy. Jung considered individuation to be the central process of human development.
Jung created some of the best known psychological concepts, including the archetype, the collective unconscious, the complex, and synchronicity. The Myers-Briggs Type Indicator (MBTI), a popular psychometric instrument, has been developed from Jung's theory of psychological types.
Though he was a practising clinician and considered himself to be a scientist, much of his life's work was spent exploring tangential areas such as Eastern and Western philosophy, alchemy, astrology, and sociology, as well as literature and the arts. Jung's interest in philosophy and the occult led many to view him as a mystic, although his ambition was to be seen as a man of science. His influence on popular psychology, the "psychologization of religion", spirituality and the New Age movement has been immense.
The central concept of analytical psychology is individuation—the psychological process of integrating the opposites, including the conscious with the unconscious, while still maintaining their relative autonomy. Jung considered individuation to be the central process of human development.
Jung created some of the best known psychological concepts, including the archetype, the collective unconscious, the complex, and synchronicity. The Myers-Briggs Type Indicator (MBTI), a popular psychometric instrument, has been developed from Jung's theory of psychological types.
Though he was a practising clinician and considered himself to be a scientist, much of his life's work was spent exploring tangential areas such as Eastern and Western philosophy, alchemy, astrology, and sociology, as well as literature and the arts. Jung's interest in philosophy and the occult led many to view him as a mystic, although his ambition was to be seen as a man of science. His influence on popular psychology, the "psychologization of religion", spirituality and the New Age movement has been immense.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 30 of 171 reviews
December 19, 2013
Although leaving a rich cultural legacy, C.G. Jung has had very little influence on modern psychology. A modern college textbook will typically confine discussion of him to a paragraph or two, mentioning him in reference to Freud and psychoanalysis, perhaps referring to his word-association work, perhaps summarizing his theory of a collective unconscious in a sentence. The one book Jung published which stands out as an exception is his Psychological Types. Upon it rests the popular Myer-Briggs test as well as the common distinction between extraverted and introverted "types" of personality.
In fact, the book is much more than psychology, much more than an essential framework for understanding Jung's notions of psychological development, or what he termed "individuation", and of psychic health, what he termed "wholeness". It is also a survey of the history of ideas, of philosophy in the West, a sort of psychologizing Hegelian Phenomenology. As such, it is very ambitious and, in a demonstration of his broad educational background, credible in its achievement.
As a young man, going through the Collected Works as they got published, volume by volume, this particular book awoke an interest in philosophy which eventually resulted in graduate studies in the field. Although Jung himself disliked Hegel and was barely acquainted with his work, reading the Types helped me understand the concept behind the Phenomenology of the Spirit. Although a serious philosopher would likely see Jung's survey of philosophy as too partial, too generalizing and too naive, a non-specialist may well find it as fascinating and informative as I did.
In fact, the book is much more than psychology, much more than an essential framework for understanding Jung's notions of psychological development, or what he termed "individuation", and of psychic health, what he termed "wholeness". It is also a survey of the history of ideas, of philosophy in the West, a sort of psychologizing Hegelian Phenomenology. As such, it is very ambitious and, in a demonstration of his broad educational background, credible in its achievement.
As a young man, going through the Collected Works as they got published, volume by volume, this particular book awoke an interest in philosophy which eventually resulted in graduate studies in the field. Although Jung himself disliked Hegel and was barely acquainted with his work, reading the Types helped me understand the concept behind the Phenomenology of the Spirit. Although a serious philosopher would likely see Jung's survey of philosophy as too partial, too generalizing and too naive, a non-specialist may well find it as fascinating and informative as I did.
March 6, 2025
My first exposure to Carl Jung occurred about five years ago, when I wanted to learn about the psychology behind the popular Myers-Briggs personality test. I learned that the MBTI was based on the psychology of one Carl Jung, who I had never heard of, and thus began a fascinating odyssey into the life and works of the man who was able to penetrate my personality in a way that no other thinker had done. I read his memoirs in Memories, Dreams, Reflections, the seminal conversation he had with his unconscious in Liber Novus, as well as his writings on The Archetypes and the Collective Unconscious. But it wasn't until now that I read the work that contains the most comprehensive presentation of Jung's theory of psychological types--and what a treat it is for the devout Jungian.
Jung set out to write this work as an attempt to determine why he, Freud, and Adler were all treating patients with similar ailments and observing similar phenomena, and yet were each coming up with vastly different theoretical explanations of what they were observing. Jung hit on the idea that when dealing with things that are abstract and intangible, like the psyche, religion, or philosophy, these matters are always viewed through the subjective world of the interpreter. Much of man's metaphysical thought through the ages, Jung decided, was a manifestation of a subjective psychological orientation, and this is why metaphysicians through the ages have had such repetitive and seemingly unresolvable disagreements about fundamental ideas.
The implications of this are enormous, and Jung acknowledged that it would take a much more comprehensive study of the history of ideas to flesh out the contours of different subjective impulses and how they influenced human thought than he could provide alone, but he nonetheless attempted a cursory look at how subjective orientations have influenced major thinkers historically in the realms of theology, philosophy, poetry, and finally, in Jung's own age, the budding field of psychology. Early on, there is a fascinating study of two early Christian theologians, Tertullian and Origen. Jung believed that the intellectual differences between the two could be ascribed to the more fundamental difference between "thinking" and "feeling" as psychological functions. Origen, Jung thought, was a "feeler" who engaged in a Christian act of self-sacrifice by denying himself the full usage of his prominent feeling function and instead approaching Christian theology through the lens of the intellect. Tertullian, on the other hand, was a natural "thinker" who made a similar act of self-sacrifice and suppressed his own rationality in order to develop the irrational parts of his personality through his Christian writings.
Later on, we're treated to a Jungian examination of the differing philosophical perspectives of Goethe and Schiller, and how these affected their thought and their famous working relationship with one another. Schiller was an introvert; Goethe was an extrovert. Jung compares Schiller to the pre-socratic philosopher Heraclitus, in that the writings of both men expressed a belief in the principle of enantiodromia: that is, the principle that everything becomes its opposite. This reflects the constant interplay between the dominant and suppressed functions of the personality.
Jung came up with four fundamental psychological functions: thinking, feeling, sensation, and intuition. Each of these four functions may be introverted or extroverted in orientation--but introversion and extroversion for Jung did not have quite the same meaning as they do in today's popular understanding. It isn't simply that introverts are shy and extroverts are outgoing. Rather, introverts perceive things subjectively, in that they insert the inner world of their own personality between themselves and external reality, and take in the external world in this manner, while extroverts attach their subjective selves to the external realm; the world of objective objects and ideas. To briefly illustrate, you might say that an extroverted feeler determines how they feel about something, while an introverted feeler might rather determine how something makes them feel.
Jung's discussion of the nature of the different types makes up a relatively brief portion of the book, but this section would nonetheless be of the most immediate interest to those who want to know what Jung actually said about the different psychological functions. This is a good and necessary endeavor, because in my experience there are many misunderstandings within the typology community (which, as I came to discover, is a pretty active and sizable counterculture in its own right) about Jung's understanding of personality.
Jung set out to write this work as an attempt to determine why he, Freud, and Adler were all treating patients with similar ailments and observing similar phenomena, and yet were each coming up with vastly different theoretical explanations of what they were observing. Jung hit on the idea that when dealing with things that are abstract and intangible, like the psyche, religion, or philosophy, these matters are always viewed through the subjective world of the interpreter. Much of man's metaphysical thought through the ages, Jung decided, was a manifestation of a subjective psychological orientation, and this is why metaphysicians through the ages have had such repetitive and seemingly unresolvable disagreements about fundamental ideas.
The implications of this are enormous, and Jung acknowledged that it would take a much more comprehensive study of the history of ideas to flesh out the contours of different subjective impulses and how they influenced human thought than he could provide alone, but he nonetheless attempted a cursory look at how subjective orientations have influenced major thinkers historically in the realms of theology, philosophy, poetry, and finally, in Jung's own age, the budding field of psychology. Early on, there is a fascinating study of two early Christian theologians, Tertullian and Origen. Jung believed that the intellectual differences between the two could be ascribed to the more fundamental difference between "thinking" and "feeling" as psychological functions. Origen, Jung thought, was a "feeler" who engaged in a Christian act of self-sacrifice by denying himself the full usage of his prominent feeling function and instead approaching Christian theology through the lens of the intellect. Tertullian, on the other hand, was a natural "thinker" who made a similar act of self-sacrifice and suppressed his own rationality in order to develop the irrational parts of his personality through his Christian writings.
Later on, we're treated to a Jungian examination of the differing philosophical perspectives of Goethe and Schiller, and how these affected their thought and their famous working relationship with one another. Schiller was an introvert; Goethe was an extrovert. Jung compares Schiller to the pre-socratic philosopher Heraclitus, in that the writings of both men expressed a belief in the principle of enantiodromia: that is, the principle that everything becomes its opposite. This reflects the constant interplay between the dominant and suppressed functions of the personality.
Jung came up with four fundamental psychological functions: thinking, feeling, sensation, and intuition. Each of these four functions may be introverted or extroverted in orientation--but introversion and extroversion for Jung did not have quite the same meaning as they do in today's popular understanding. It isn't simply that introverts are shy and extroverts are outgoing. Rather, introverts perceive things subjectively, in that they insert the inner world of their own personality between themselves and external reality, and take in the external world in this manner, while extroverts attach their subjective selves to the external realm; the world of objective objects and ideas. To briefly illustrate, you might say that an extroverted feeler determines how they feel about something, while an introverted feeler might rather determine how something makes them feel.
Jung's discussion of the nature of the different types makes up a relatively brief portion of the book, but this section would nonetheless be of the most immediate interest to those who want to know what Jung actually said about the different psychological functions. This is a good and necessary endeavor, because in my experience there are many misunderstandings within the typology community (which, as I came to discover, is a pretty active and sizable counterculture in its own right) about Jung's understanding of personality.
December 24, 2009
In the top five of the most important books for any serious student of humanity to read.
The erudition of Jung in making his argument is breathtaking, and demanding of multiple reads before the breadth and depth of his argument can be fully appreciated. This book influenced the history of my reading life more than any other. It inspired me to research many of the people and ideas he wrote about here. With Types I came to the realization that the real history of man is the history of the evolution of consciousness, not of dates and figures, and that to understand human social structures requires an understanding of human psychological development. This book is an embodiment of Jung's transcendent function in that it unites the history of events with the history of ideas but without being a history book.
The 'psychological typology' section, which is very short and often what is included in anthologies, is excellent. However, without reading the entire book, the depth and applicability of his argument becomes more an expression of an idea than a summation of an argument and is less convincing.
A remarkable read. One of the very few books I've read that completely changed my life.
The erudition of Jung in making his argument is breathtaking, and demanding of multiple reads before the breadth and depth of his argument can be fully appreciated. This book influenced the history of my reading life more than any other. It inspired me to research many of the people and ideas he wrote about here. With Types I came to the realization that the real history of man is the history of the evolution of consciousness, not of dates and figures, and that to understand human social structures requires an understanding of human psychological development. This book is an embodiment of Jung's transcendent function in that it unites the history of events with the history of ideas but without being a history book.
The 'psychological typology' section, which is very short and often what is included in anthologies, is excellent. However, without reading the entire book, the depth and applicability of his argument becomes more an expression of an idea than a summation of an argument and is less convincing.
A remarkable read. One of the very few books I've read that completely changed my life.
March 17, 2024
По въпроса "кои сме ние" и "защо сме такива", както и "как да го променим" разсъждават митологии, религии, науки, а заради тях се водят и войните. Отговорите се множат, но истината си остава все така изплъзваща се на един досег разстояние. Човекът все така е бойно поле на идеи, страсти, нужди и импулси.
Карл Густав Юнг дава своя принос в търсенето на отговорите, като сам изрично посочва, че психологията е млада наука и че самата тя е звено, хвърлящо мост от философия, история и схоластика към точните науки с техните елегантни формули. Както и че е една възможна гледна точка, каквито са науката и религията, и че всичко, в крайна сметка, е взаимосвързано.
Немската философска школа с нейната ясна структурираност прави Юнг достъпен, а чувството му за хумор и ирония внася приятна конкретика. По-малко приятни са референциите му към някои поетични и научни немскоезични източници от 19-ти век. От днешна гледна точка те често са излишно усложнени и отвлечени, в селенията на чистата мисъл, където въздухът е доста разреден и не е за всеки. Юнг обаче извлича есенцията от всяка достъпна му сфера - религия, философия, литература, психопатология, за да аргументира нещо относително революционно за началото на 20-ти век. Хората са различни, и трябва да се подхожда в съответствие с това. Но все пак опорни модели съществуват, и те пронизват цялата история и всяка човешка дейност и разклонение на обществения и личния живот.
Екстраверсията е вродена психична нагласа, ориентирана навън към заобикалящите ни обекти. Тя работи само посредством връзката с външната реалност. Екстравертът гради и се грижи за тъканта на обществото и обществения живот. Неговото ограничение е, че всичко извън външните обекти, включително вътрешният му свят, е илюзорно, съмнително, несъществуващо или даже враждебно. Неговият подход е конкретизирането. Опасността е да изгуби себе си сред безбройните детайли.
Интраверсията е вродена психична нагласа, ориентирана навътре, към самия субект. Всеки един външен обект преминава сложна вътрешна преработка и анализ, и едва тогава започва да съществува за интроверта. Неговият подход е абстракцията като начин да се изолира от обектите, за да може да обработи информацията. Опасността е да се изгуби в самия себе си.
Юнг ясно подчертава, че тези нагласи са вродени и не подлежат на промяна. Но в самите тях съществуват куп вариации, от които Юнг откроява четири - мислене, чувстване, интуиция и усещане - рожба на различни други психически нагласи. Тези нагласи и техните вариации могат да се развият с различна сила и в различна степен в зависимост от историческите и обществените условия, принуждаващи индивида да се адаптира към средата си. Индивидуалната психология, според Юнг, е дете на историческата епоха и на конкретната физиология.
На въпроса дали волята играе някаква роля отговорът вероятно е да, но не много. Всеки човек крие в себе си черна кутия, наречена от Юнг "несъзнавано". Тя крие всичко, което адаптацията към средата и епохата са отхвърлили като излишно за успеха на индивида и от което той по различни причини се е отказал или забравил. Крие всички онези нереализирани нагласи, които просто не намират място за проявление, защото дори човешката психика не може да се разпъне до безкрай, има си граници. Тази черна кутия, за моя приятна изненада, Юнг определя като нещо доста полезно и обогатяващо, когато се използва за компенсиране на ограниченията на "съзнаваното". И посредством фантазията, бляновете и творчеството черната кутия се свързва със съзнателните нагласи и може да създ��ва цели нови светове. Естествено, тя става най-страшния ни враг, когато човек се опита да се отклони в посока, която е антагонистична на естествените му предразположености. Неврозите, комплексите, болестите са сигналът, че човек е поел не по своя път.
Юнг не е арогантен, нито самодоволен, нито самодостатъчен. Той сам посочва, че се опитва да предостави един възможен компас в океана на битието, една гледна точка. И да, на моменти сам той е леко архаичен (по отношение на социалната роля на жените, по отношение на последните днешни открития на невробиологията, по отношение дори на термини като “хистерия”, които днес не значат почти нищо), но е наясно, че самият той е продукт на епохата си и на собствения си характер, така че не си прави илюзии за общовалидност и вечност. Просто полага начало, върху което следващите след него да разсъждават и надграждат. Да конкретизират или оборват.
——
И нещо любопитно - тази книга на Юнг е в основата на широко използвания тест на Myers-Briggs за различните типове личности:
https://www.truity.com/test/type-find...
***
▶️ Цитати:
🎨 “Нищо не е така подходящо да предизвика съзнанието и будността, както един раздор със самия себе си.”
🎨 “…човек е почти неспособен да проумее и да приеме друга гледна точка като своя собствена.”
🎨 “С психологическото различие между хората, този най-необходим фактор на жизнената енергия на едно човешко общество, няма да се справи никое социално законодателство.”
🎨 “Един непълноценен човек никога не е добър учител.”
🎨 “…фанатизмът не е нищо друго, освен свръхкомпенсирано съмнение.”
🎨 “Което у единия е в излишък, у другия е в недостиг […]” За интроверта и екстроверта
🎨 “Моралността не е недоразумение […], а […] инструмент на цивилизацията.”
🎨 “…идеите са също толкова мисли, колкото и чувства…”
🎨 “Сумата от всички цветове е сиво, светло на тъмен фон, тъмно на светъл фон.”
🎨 “…онова, което по пътя на разума е изглеждало непостижимо, често се е превръщало в човешки дела по ирационални пътища.”
🎨 “Трябва да се избира между това да формираш човек или гражданин; защото не можеш да създадеш наведнъж и единия, и другия.”
Русо
🎨 “Докато обаче целта на културата не стане идентична с идеала за съвършенство на човешката същност, тези [непризнати, потиснати човешки] функции ще бъдат подложени на подценяване [спрямо одобрената функция]…”
🎨 “Всъщност даденото от християнството не е било решение, а някакво избавление, спасение… Християнството е дало една определена посока, изключвайки всички други възможни посоки.”
🎨 “Символните представи на всички религии са образи на несъзнавани процеси в типична форма, задължителна за всички.”
🎨 “…истината на единия е заблудата на другия…”
за интроверта и екстраверта
July 14, 2024
Junga raksti būtu obligātā literatūra ikvienam, kuru interesē ieskats mūsdienu Rietumu sabiedrību veidojošo konceptu rašanās procesā, pie reizes izmantojot iespēju izbaudīt smalku humoru un ironiju lieliskā tulkojumā (burvīgs teikums par to, ka psiholoģija "iepriekš akadēmiski iekārtotajās sētpuses istabiņās vilka nožēlojamu dzīvi") un elegantu, bet vienlaikus gana iznīcinošu Freida psihoanalīzes kritiku.
Visu četru grāmatā iekļauto rakstu teksts ir ļoti blīvs, argumentācija loģiska un precīza un - nevaru atrast labāku apzīmējumu - atturīgi aizrautīga, tā cilvēki mēdz runāt par to, kas viņiem iedveš bērnišķīgu (labā nozīmē) nepacietību izzināt un bijību vienlaikus. Jungam "tas" ir "dzīvās būtnes neizskaidrojamā vienība", proti, fiziskā un dvēseliskā visciešākā saistība, "fizisko un dvēselisko pazīmju savstarpējā cauraušanās", "jo dabas kontinuitāte nepazīst tās nesavienojamības un pārrāvumus". Tas nozīmē, ka dvēseliskiem stāvokļiem ir ķermeniskas izpausmes, ka nepieciešams izpētīt un klasificēt tos dvēseliskos stāvokļus, ko iespējams konstatēt, no kā tad arī izriet psiholoģiskā tipoloģija jeb sava veida kompass - ekstraversijas un intraversijas vispārējās ievirzes tipi un domāšanas, jūtu, sajūtu un intuīcijas funkcionālie tipi - "psiholoģisko atklājumu ceļojumos" gan kolektīvajā bezapziņā un arhetipos, gan kompleksos, gan mākslinieciskās jaunrades psiholoģiskajā analīzē.
Ja man vajadzētu izvēlēties tikai dažas Junga domas, ko uzsvērt (neatkarīgi no tā, vai piekrist), es piedāvātu divas. Pirmkārt, ir nepareizi domāt par kompleksiem - vārgajiem punktiem, "skeletiem skapī", "psihiskiem lielumiem, kas ir izvairījušies no apziņas kontroles, /../ kas īsteno savpatu eksistenci dvēseles tumšajā jomā, no kuras jebkuru mirkli var kavēt vai veicināt apzināti veicamo darbu" - kā par kaut ko neglābjami negatīvu vai neizbēgami destruktīvu. Jungam kompleksi ir "dvēseliskās dzīves degpunkti vai mezglpunkti, bez kuriem nevar pat iztikt, /../ jo citādi dvēseles aktivitāte nokļūst fatālā stagnācijā", un tādēļ tie iezīmē izaugsmes un attīstības vietas. Sev paņemu domu, ka savi kompleksi jāatpazīst un jāiepazīst, tiem jāliek strādāt savā labā, lai no defekta varētu izaudzēt efektu.
Otrkārt, "māksla ir garīgās pašregulācijas process nāciju un laikmetu dzīvē". Jungs mākslas darbus šķiro tādos, kuros autors "liek lietā visu savu spriestspēju un pilnīgi brīvi izvēlas izteikumus", kuru pamatā ir ikdienišķi un sadzīviski, visiem zināmi pārdzīvojumi, taču pacelti mākslinieciskās izteiksmes līdzeklī, un tādos, kuros "materiāls vai pārdzīvojums, kas tiek mākslinieciski noformēts, nesatur sevī neko senzināmu, tam piemīt mums sveša būtība, slēpnīga iedaba, un tas rodas it kā pirmcilvēku laiku dzīlēs vai no pārcilvēciskās iedabas tumšajām vai gaišajām valstībām, tas ir kaut kāds pirmpārdzīvojums, kas cilvēka iedabu draud padarīt bezspēcīgu un bezpalīdzīgu". Jungs tos sauc par psiholoģiskās jaunrades tipu (Gētes "Fausta" pirmā daļa) un vizionārās jaunrades tipu ("Fausta" otrā daļa, Vāgnera "Nībelunga gredzens", "Tristans"). Un tieši vizionārie, simbolu pārpildītie darbi Jungam ir tie, kuros "neatbalsojas nekas no cilvēka dienas dzīves jomas, toties atdzīvojas sapņi, nakts šausmas un dvēseliskās tumsas baisās nojautas", un caur kuriem tādēļ kompensējas laikmeta neizteiktais saturs, "visu neizprastā vajadzība", caur kuriem piepildās "tautas dvēseliskā vajadzība". Vēl viens iemesls, lai necenzētu mākslu, jo tas nozīmētu cenzēt sabiedrības pašterapijas centienus.
Šī noteikti ir vairākkārt lasāma grāmata, lai katrā nākamajā pārlasīšanas reizē mēģinātu saprast arvien vairāk.
"Vai mums vienkārši jāiedomājas, ka dvēseles ir mūsu īpašums un ka mēs tās pārvaldām, lai gan īstenībā tas, ko zinātne sauc par "psihi" un ko izprot kā galvaskausā ieslēgtu jautājuma zīmi, galu galā ir atvērtas durvis, pa kurām reizēm no necilvēciskās pasaules ienāk kas nezināms un baisi iedarbīgs, lai nakts lidojumā izrautu cilvēku no cilvēciskās sfēras un pakļautu pārpersoniskā klaušām un misijai?"
Visu četru grāmatā iekļauto rakstu teksts ir ļoti blīvs, argumentācija loģiska un precīza un - nevaru atrast labāku apzīmējumu - atturīgi aizrautīga, tā cilvēki mēdz runāt par to, kas viņiem iedveš bērnišķīgu (labā nozīmē) nepacietību izzināt un bijību vienlaikus. Jungam "tas" ir "dzīvās būtnes neizskaidrojamā vienība", proti, fiziskā un dvēseliskā visciešākā saistība, "fizisko un dvēselisko pazīmju savstarpējā cauraušanās", "jo dabas kontinuitāte nepazīst tās nesavienojamības un pārrāvumus". Tas nozīmē, ka dvēseliskiem stāvokļiem ir ķermeniskas izpausmes, ka nepieciešams izpētīt un klasificēt tos dvēseliskos stāvokļus, ko iespējams konstatēt, no kā tad arī izriet psiholoģiskā tipoloģija jeb sava veida kompass - ekstraversijas un intraversijas vispārējās ievirzes tipi un domāšanas, jūtu, sajūtu un intuīcijas funkcionālie tipi - "psiholoģisko atklājumu ceļojumos" gan kolektīvajā bezapziņā un arhetipos, gan kompleksos, gan mākslinieciskās jaunrades psiholoģiskajā analīzē.
Ja man vajadzētu izvēlēties tikai dažas Junga domas, ko uzsvērt (neatkarīgi no tā, vai piekrist), es piedāvātu divas. Pirmkārt, ir nepareizi domāt par kompleksiem - vārgajiem punktiem, "skeletiem skapī", "psihiskiem lielumiem, kas ir izvairījušies no apziņas kontroles, /../ kas īsteno savpatu eksistenci dvēseles tumšajā jomā, no kuras jebkuru mirkli var kavēt vai veicināt apzināti veicamo darbu" - kā par kaut ko neglābjami negatīvu vai neizbēgami destruktīvu. Jungam kompleksi ir "dvēseliskās dzīves degpunkti vai mezglpunkti, bez kuriem nevar pat iztikt, /../ jo citādi dvēseles aktivitāte nokļūst fatālā stagnācijā", un tādēļ tie iezīmē izaugsmes un attīstības vietas. Sev paņemu domu, ka savi kompleksi jāatpazīst un jāiepazīst, tiem jāliek strādāt savā labā, lai no defekta varētu izaudzēt efektu.
Otrkārt, "māksla ir garīgās pašregulācijas process nāciju un laikmetu dzīvē". Jungs mākslas darbus šķiro tādos, kuros autors "liek lietā visu savu spriestspēju un pilnīgi brīvi izvēlas izteikumus", kuru pamatā ir ikdienišķi un sadzīviski, visiem zināmi pārdzīvojumi, taču pacelti mākslinieciskās izteiksmes līdzeklī, un tādos, kuros "materiāls vai pārdzīvojums, kas tiek mākslinieciski noformēts, nesatur sevī neko senzināmu, tam piemīt mums sveša būtība, slēpnīga iedaba, un tas rodas it kā pirmcilvēku laiku dzīlēs vai no pārcilvēciskās iedabas tumšajām vai gaišajām valstībām, tas ir kaut kāds pirmpārdzīvojums, kas cilvēka iedabu draud padarīt bezspēcīgu un bezpalīdzīgu". Jungs tos sauc par psiholoģiskās jaunrades tipu (Gētes "Fausta" pirmā daļa) un vizionārās jaunrades tipu ("Fausta" otrā daļa, Vāgnera "Nībelunga gredzens", "Tristans"). Un tieši vizionārie, simbolu pārpildītie darbi Jungam ir tie, kuros "neatbalsojas nekas no cilvēka dienas dzīves jomas, toties atdzīvojas sapņi, nakts šausmas un dvēseliskās tumsas baisās nojautas", un caur kuriem tādēļ kompensējas laikmeta neizteiktais saturs, "visu neizprastā vajadzība", caur kuriem piepildās "tautas dvēseliskā vajadzība". Vēl viens iemesls, lai necenzētu mākslu, jo tas nozīmētu cenzēt sabiedrības pašterapijas centienus.
Šī noteikti ir vairākkārt lasāma grāmata, lai katrā nākamajā pārlasīšanas reizē mēģinātu saprast arvien vairāk.
"Vai mums vienkārši jāiedomājas, ka dvēseles ir mūsu īpašums un ka mēs tās pārvaldām, lai gan īstenībā tas, ko zinātne sauc par "psihi" un ko izprot kā galvaskausā ieslēgtu jautājuma zīmi, galu galā ir atvērtas durvis, pa kurām reizēm no necilvēciskās pasaules ienāk kas nezināms un baisi iedarbīgs, lai nakts lidojumā izrautu cilvēku no cilvēciskās sfēras un pakļautu pārpersoniskā klaušām un misijai?"
October 21, 2019
If the universe was code, Jung wrote Human.
This is the densest book I've read till date. And it brings out the genius of the man who was Jung, while it expands your mind...if you're oriented towards really understanding human psyche.
I'd been fascinated by Myers Briggs Personality Spectrum, but could see that there were many rough edges and generalisations there, things that come with simplifying something nuanced and complex. And so, I'd been planning to go right to the source. To Jung. The man who gave the world the concepts of Introversion and Extroversion.
And I wasn't disappointed in the least. The book opens with the conflict between the individual and the collective, goes into introversion and extroversion, history of types, their representation in poetry among other things and then finally comes to the 'general definition of types'
For my interest, I skimmed through the historical parts, as well as poetry..and right to the general definition of types. You can do the same. You can jump directly to Chapter X, once you've read the introduction if you want to understand his theories of Psychological Types.
I've become very interested in the man, and will be reading more of his books, `Dreams, memories, and reflections` to start with.
This is the densest book I've read till date. And it brings out the genius of the man who was Jung, while it expands your mind...if you're oriented towards really understanding human psyche.
I'd been fascinated by Myers Briggs Personality Spectrum, but could see that there were many rough edges and generalisations there, things that come with simplifying something nuanced and complex. And so, I'd been planning to go right to the source. To Jung. The man who gave the world the concepts of Introversion and Extroversion.
And I wasn't disappointed in the least. The book opens with the conflict between the individual and the collective, goes into introversion and extroversion, history of types, their representation in poetry among other things and then finally comes to the 'general definition of types'
For my interest, I skimmed through the historical parts, as well as poetry..and right to the general definition of types. You can do the same. You can jump directly to Chapter X, once you've read the introduction if you want to understand his theories of Psychological Types.
I've become very interested in the man, and will be reading more of his books, `Dreams, memories, and reflections` to start with.
November 13, 2019
Let me begin by saying that if you don't know anything about Jungian, or analytical, psychology, you will be absolutely lost reading this tome. However, with a basic understanding of the cognitive functions, this book becomes readable. Long -- but readable.
I was mostly interested in the qualities and traits of each of the specific functions, and found it annoying that I had to read till the very end for a description of the types. I was disinterested in the type problem in poetry, the type problem in religion, in history, etc. These sections made up the bulk of the text and became quite arduous to read, especially when Jung began to speak about characters (such as in ancient Greek mythology) that I knew little about. How can I care about a fictional character's personality if I have very limited knowledge of who he even is?
That all said, Jung described the types eerily accurately. His overview of Intuition and introverted feeling (I'm an INFP) were SPOT ON, and I felt understood reading his analysis. I also stacked his description of the other types against the personalities of my own friends and family, and as a result feel that I now understand them a little better than I did before.
2.5 stars for some genuinely interesting content. Lost stars for the length and irrelevant sections.
I was mostly interested in the qualities and traits of each of the specific functions, and found it annoying that I had to read till the very end for a description of the types. I was disinterested in the type problem in poetry, the type problem in religion, in history, etc. These sections made up the bulk of the text and became quite arduous to read, especially when Jung began to speak about characters (such as in ancient Greek mythology) that I knew little about. How can I care about a fictional character's personality if I have very limited knowledge of who he even is?
That all said, Jung described the types eerily accurately. His overview of Intuition and introverted feeling (I'm an INFP) were SPOT ON, and I felt understood reading his analysis. I also stacked his description of the other types against the personalities of my own friends and family, and as a result feel that I now understand them a little better than I did before.
2.5 stars for some genuinely interesting content. Lost stars for the length and irrelevant sections.
May 30, 2024
Algo estranho ocorreu. Minha edição deste livro caiu da prateleira hoje e como esta é razoavelmente pesada e velhinha, acabou-se por partir ao meio. O estranho não foi isso e sim o fato que durante a queda o livro partiu igualmente ao meio o poster de Kill Bill Volume 2 que ficava alí do lado. O que dizia o livro entre as páginas partidas?
"O homem sempre esquece, e volta sempre a esquecer, que o que foi bom uma vez nem sempre pode continuar a sê-lo por toda eternidade. Percorre ainda os antigos caminhos, que foram bons outrora, mas já não o são mais, pois se converteram em maus caminhos e só com os maiores sacrifícios e incríveis esforços pode desembaraçar-se da obsessão de que o bom de um tempo passado ainda é bom e não se fez velho." Rá! Go Beatrix Kiddo!
"O homem sempre esquece, e volta sempre a esquecer, que o que foi bom uma vez nem sempre pode continuar a sê-lo por toda eternidade. Percorre ainda os antigos caminhos, que foram bons outrora, mas já não o são mais, pois se converteram em maus caminhos e só com os maiores sacrifícios e incríveis esforços pode desembaraçar-se da obsessão de que o bom de um tempo passado ainda é bom e não se fez velho." Rá! Go Beatrix Kiddo!
July 15, 2025
Карл Ґустав Юнґ “Психологічні типи”
Цикл. "Юнґіанські студії Абрахама Хосебра"
"Благоговіння перед великими таємницями природи, які релігійна мова намагається виразити в символах, освячених давністю, багатозначністю і красою, не буде принижене поширенням психології на ці галузі, до яких наука досі не знаходила доступу. Ми лише відсуваємо символи трохи далі, вглиб і витягуємо на світ одну частину їх володінь, аж ніяк не впадаючи в помилкове припущення, ніби ми створюємо цим щось більше, ніж новий символ для тієї ж загадки, яка залишалася загадкою і для всіх попередніх часів. Наша наука є також образною мовою; але в практичному відношенні вона краща за давню міфологічну гіпотезу, що виражалася за допомогою конкретних уявлень, замість понять, як це робимо ми."
Цікаво читати цю ранню роботу Юнґа в якій він поступово на очах у читача винаходить архетипи та колективне несвідоме.
Не дарма ця книга вважається однією з найголовніших для вступу до юнґіанського аналізу. Бо тут він не тільки дискутує з Фройдом і Адлером, а й робить дуже важливий висновок: кожен психолог створює психологічну теорію під себе самого. Тому, те що працює для Фройда так само працюватиме для людей зі схожим психологічним типом. Головна проблема – визнати існування інших точок зору, інших світів недоступній для нашої філософії.
Тому вкінці, у словнику термінів, Юнґ дає пояснення основних своїм постулатам і там ми натрапляємо на слово Енантіодромія. Ось ця цитата:
"Енантіодромія: «Біг назустріч» у філософії Геракліта
Енантіодромія буквально означає «біг назустріч». Це поняття у філософії Геракліта («Доля є логічний продукт енантіодромії, творець усіх речей»)] позначає гру протилежностей у тому, що відбувається, а саме погляд, згідно з яким усе, що існує, переходить у свою протилежність.
«З живого робиться мертве, а з мертвого живе, з юного старе, а зі старого юне, з того, хто не спить, спляче і зі сплячого той, хто не спить, потік породження та знищення ніколи не зупиняється». «Творення і руйнування, руйнування і творення — ось норма, що охоплює всі кола природного життя, найменші та найбільші. Адже й сам космос, як він виник із початкового вогню, так повинен і повернутися в нього знову, подвійний процес, що відбувається у розмірені терміни, навіть якщо це величезні періоди часу, — процес, якому належить відбуватися знову і знову».
Такою є енантіодромія Геракліта, за словами тлумачів його вчення. Численні вислови самого Геракліта виражають його погляд. Так він говорить: «І природа прагне до протилежностей і створює співзвуччя з них, а не з однакового». «Народившись, вони починають жити, тим самим долучаються до смерті». «Стати водою — смерть для душ, для води ж смерть — стати землею. З землі стає вода, з води стає душа». «Відбувається взаємний обмін, усе обмінюється на вогонь і вогонь на все, як золото на товари й товари на золото».
Застосовуючи свій принцип до психології, Геракліт говорить: «Нехай ніколи не бракує вам, ефесяни, багатства, щоб могла виявитися ваша зіпсованість».
Енантіодромією я називаю появу несвідомої протилежності, причому саме в часовій послідовності. Це характерне явище зустрічається майже всюди, де в свідомому житті панує односторонній напрямок, так що з часом виробляється настільки ж потужна несвідома протилежність, яка проявляється спочатку як гальмування (Hemmung) свідомої роботи, а потім як переривання свідомого напрямку.
Хорошим прикладом енантіодромії є психологія апостола Павла та його навернення до християнства, також історія навернення Раймонда Луллія, ототожнення хворого Ніцше з Христом, його прославлення Ваґнера і згодом його ворожість до нього, перетворення Сведенборга з вченого на ясновидця тощо."
Цікаво також спостерігати, як творить злиття різних суджень сам Юнґ, наприклад у цитаті нижче він заввиграшки поєднує Вольтера та індуїзм:
“Поняття Брахмана містить у собі поняття ritam (правильної ходи), поняття світового порядку. У Брахмані творча світова сутність і світова основа речей вступають на правильний шлях, бо в ньому вони вічно розчинені і знову створюються; з Брахмана випливає будь-який розвиток на впорядкованому шляху. Через поняття ritam ми приходимо до поняття Дао (Тао) у Лао-Цзи. Дао є «правильний шлях», закономірне ведення, середня дорога між протилежностями, звільнена від них і водночас об’єднує їх у собі. Сенс життя полягає в тому, щоб йти цим середнім шляхом, ніколи не ухиляючись у бік протилежностей. Екстатичного моменту немає у Лао-Цзи; його замінює найвищий ступінь філософської ясності, інтелектуальна та інтуїтивна мудрість, не затьмарена ніяким містичним туманом і, звичайно, що являє собою найвищий ступінь духовної переваги; саме тому вона настільки позбавлена хаотичного моменту, що невпорядкованості цього дійсного світу до неї далеко, як до зірки. Вона приборкує все дике, не опановуючи його до очищення і не перетворюючи його на щось вище.
Мені легко можуть заперечити, що аналогія між побудовами Шіллера та цими на вигляд далекими ідеями притягнута насильно. Проте не можна забувати, що самі ідеї трохи пізніше сильно проявилися у геніальних творах Шопенгауера, тісно поєднавшись із західним німецьким духом, аби не зникати з нього і до наших днів. Я не надаю великого значення тому, що Упанішади в латинському перекладі Анкетиля дю Перрон були доступні Шопенгауеру, тоді як Шиллер, принаймні, не мав свідомого відношення до цих матеріалів, дуже мізерно освітлених у його час. Мій практичний досвід достатньо переконав мене в тому, що для виникнення такої спорідненості зовсім не потрібно безпосередньої передачі. Щось подібне ми зустрічаємо в основних поглядах Мейстера Екгарта, а частково і Канта, що мають дивовижну подібність до ідей Упанішад, хоча ні той ні інший не стояли ні під прямим, ні під непрямим впливом їх. Те ж саме ми бачимо в міфах і символах: вони можуть автохтонно виникати у всіх кутках земної кулі і все-таки залишаються тотожними, тому що першоджерелом їх є те саме, всюди поширене, несвідоме людини, змісти якого нескінченно менше відмінні між собою, ніж раси та індивіди.”
Епіграфом для своє праці Юнґ обрав блискучу цитату з Гейне, яка водночас є ілюстрацією антагонізму двох типів видатних людей:
"Платон та Арістотель! Це не тільки дві системи, а й типи двох різних людських натур, які, з незапам’ятних часів одягнені у всілякі шати, тією чи іншою мірою протистоять один одному. Вони жорстоко змагаються, особливо з початку Середньовіччя, і ведуть свою боротьбу донині — і ця боротьба є найважливішим змістом історії християнської Церкви. Хоч би які імена виникали на авансцені історії, мова незмінно йде про Платона і Арістотеля. Натури мрійливі, містичні, платонівські, з надр своєї душі виявляють християнські ідеї та відповідні їм символи. Натури практичні, впорядковані, арістотелівські, творять із цих ідей і символів міцну систему, догматику і культ. Зрештою, Церква замикає в собі обидві натури, з яких одні ховаються у священицтві, а інші — у чернецтві, проте весь час не перестаючи ворогувати одне з одним."
Г. Гейне.
Це вже друге моє прочитання цієї місткої, великої за об’ємом та матералами книги. І, як і першого разу я усвідомлюю на скільки ж обожнював Юнґ “Прометея” Шпіттеллера і цей твір все ще не доступний українському читачеві( Теж саме можна сказати про цитовані роботи Гельдерліна та деяких інших авторів.
"Наскільки мені відомо, Шиллер ніде не висловлювався про те, як він по суті уявляє собі техніку — якщо це можна так сказати — створення естетичного настрою. Приклад з Юноною Лодовізі (Juno Ludovisi), який він принагідно наводить у своїх листах, показує нам стан «естетичного благоговіння», який характеризується як повне віддання себе об’єкту, що споглядається, і вникнення в нього. Але стан такого благоговіння не відрізняється відсутністю змісту та визначень. Однак цей приклад у зв’язку з низкою інших місць вказує на те, що перед Шиллером постала саме ідея «благовіння». [«Жіночий бог закликає до нашого поклоніння». ] Тут ми знову торкаємося сфери релігійних феноменів; і в той же час перед нами відкривається перспектива фактичної можливості розповсюдження таких точок зору на людину взагалі. Стан релігійного благоговіння є колективним феноменом, не обумовленим індивідуальною здатністю.
Але є й інші можливості. Ми бачили вище, що порожнеча у свідомості, чи відповідно несвідомий стан, викликається зануренням лібідо у область несвідомого. У несвідомому вже лежать напоготові змісти, що порівняно виділяються, а саме комплекси спогадів індивідуального минулого, і перш за все батьківський комплекс, тотожний з дитячим комплексом взагалі. Завдяки благоговінню, тобто зануренню лібідо в область несвідомого, дитячий комплекс знову прокидається, внаслідок чого оживають і спогади дитинства, і насамперед ставлення до батьків. Фантазії, викликані таким пробудженням, дають привід виникнення батьківських і материнських божеств; вони ж пробуджують і релігійне ставлення до Бога Отця та відповідні дитячі почуття. Показово те, що у свідомості виникають символи батьків, а аж ніяк не завжди образи реальних батьків, факт, який Фройд пояснює витісненням батьківського імаго, що настає внаслідок кровозмішувального спротиву. Я погоджуюсь з таким поясненням, але дотримуюся тієї думки, що воно не вичерпує предмета, бо не бере до уваги надзвичайно важливого сенсу такого символічного заміщення. Символізація в божественному образі свідчить про величезний крок уперед за межі конкретизму і чуттєвості спогадів, і тому поняття «символу», як символу дійсного, швидко перетворює регрес на прогрес; а тим часом він так і залишився б регресом, якби так званий символ було остаточно визнано лише знаком реальних батьків і тим самим позбавлено самостійного характеру.
Ухвалення символу за реальну дійсність привело людство до його богів, тобто до здійснення думки, що зробила людину володарем землі. Благоговіння – це розумів і Шиллер – є рух лібідо назад, до первісного, і занурення в джерело всіх начал. З цього виникає символ як образ прогресивного руху, що поєднується, як об’єднуючий підсумок усіх несвідомих факторів — «живий образ», як його називає Шиллер, образ божества, як показує історія. І навряд чи випадково наш автор обрав для прикладу саме образ Юнони Лодовізі."
В цитаті нижче Юнґ береться аналізувати концепції Ніцше:
"Аполлонічне начало відображує стан, подібний до сновидіння, а діонісійське — суголосне зі станом сп’яніння. Під «сновидінням» Ніцше, за власним поясненням, розуміє, по суті, «внутрішнє бачення», «прекрасну видимість світу сновидінь». Аполлон “панує над ілюзорним блиском краси у внутрішньому світі фантазій”, він – “бог усіх сил, що творять образи”. Він є міра, число, обмеження та панування над усім диким та неприборканим. Аполлона хотілося б позначити як чудовий образ божества, що несе із собою принцип індивідуації, “principium individuationis”.
Діонісизм, навпаки, означає звільнення безмежного потягу, вибух неприборканої динаміки тваринної та божественної природи; тому в діонісійському хорі людина з’являється як сатир, зверху — бог, знизу — козел. Це жах від зневажання принципу індивідуації і водночас «блаженне захоплення» від того, що він зневажений. Тому діонісизм можна уподібнити до сп’яніння, що розкладає індивідуальне на колективні потяги та змісти, це — звільнення приневоленого егом світу. Тому в діонісизмі людина поєднується з людиною і «сама відчужена, ворожа і поневолена природа знову святкує свято примирення зі своїм блудним сином — людиною». Кожен почувається в єдності зі своїм ближнім («об’єднаним, примиреним, злитим»). Тому індивідуальність людини підлягає повному скасуванню. «Людина вже більше не художник: вона сама стала художнім твором». «Художня міць цілої природи відкривається тут у трепеті сп’яніння». Іншими словами, творча сила, лібідо у формі потягу, заволодіває індивідом як об’єктом і користується ним як знаряддям."
Коли я сім років тому читав цю працю вперше, українською ще не вийшли Проповіді Майстера Екгарта, але Алилуля!, на час 2025 року книжка є і я її навіть придбав. Бо просто не можливо не схотіти прочитати його роботи після такої блискучої реклами в Юнґа:
"Майстер Екгарт є найбільш блискучим представником відомої критичної церковної течії наприкінці XVIII століття, з одного боку, за гостротою свого психологічного прозріння, з іншого боку, за висотою свого релігійного почуття і мислення. Процитуємо його.
«Бо людина є воістину Бог, і Бог є воістину людина»/62 Bd.II.
«Навпаки, у кого Бог не є внутрішнім надбанням, але хто змушений завжди добувати собі Бога ззовні, в тому чи в іншому, де він тоді відшукує його незадовільним способом, за допомогою різних творінь людей або місць: той Бога і не має. Приходить щось таке, що йому заважає. І тоді людині заважає не лише погане товариство, а й хороше, не тільки вулиця, а й Церква, не лише злі слова та справи, але так само й добрі. Бо перешкода лежить у ній самій: Бог ще не постав світом в неї всередині. Якби так було, тоді і скрізь і з усіма почувала б вона себе добре і безпечно: вона б завжди мала Бога» і т.д./62 P.8/
Це місце особливо цікаве психологічно, тому що воно виявляє частину примітивного богорозуміння, яким ми окреслили його вище. “Завжди добувати собі Бога ззовні” – це рівносильно примітивному погляду, ніби “Tondi” [Поняття libido у батаків. /63/. Tondi – ім’я магічної сили, навколо якої, так би мовити, все крутиться. ] можна добувати звідкись ззовні. Можливо, що у Екгарта є в даному випадку скоріше образне вираження, але через цей образний вираз ясно просвічує початковий зміст. Принаймні ясно, що Екгарт розуміє тут Бога як психологічну цінність. Це видно з наступної фрази: тому, хто видобуває собі ззовні Бога, заважають об’єкти. Саме, хто має Бога поза собою, той неминуче проектується в об’єкті, внаслідок чого об’єкт тим самим отримує переважну цінність. Але там, де це має місце, об’єкт має надмірний вплив на суб’єкта і тримає його у відомій рабській залежності. Очевидно, Екгарт розуміє цю, настільки знайому нам, прихильність до об’єкта, яка змушує світ виступати в ролі Бога, тобто як абсолютно обумовлююча величина. Тому він і додає, що для такої людини «Бог ще не постав світом в неї всередині», тому що для неї світ посідає місце Бога. Така людина ще не відхилила переважну цінність від об’єкта і не інтровертувала її, щоб вона мала цю цінність у собі. Але якби вона мала її в самій собі, то він завжди мала би Бога (саме цю цінність) як об’єкт, як світ, і, таким чином, Бог став би для неї світом. Там Екхарт каже: «У кого вірно на душі, тому добре всюди і в усіх людей; а в кого невірно на душі, тому скрізь та у всіх людей погано. Бо людина з вірною душею має Бога завжди при собі». Людині, яка має цю цінність при собі, завжди і скрізь добре на душі, вона не залежить від об’єктів, тобто не потребує їх і не чекає від них того, чого їй не вистачає."
Якщо ж спробувати якось структурувати цю книгу то в нас вийде наступне.
В перших розділах йдеться про типологої в античності та середньовіччі. Головними героями тут виступають Тертуліан і Орген – обидва своєрідні скопці, кожен з яких приніс своїй ідеї найбільшу жертву. Наступна пара Лютер і Цвінглі. Далі Шиллер і Гете. Знову Гете з’являється в контексті свого Прометея, який порівнюється з однойменним твором Шпіттеллера. Велика частина віддана аналізу типології Джемса. І нарешті, підсумовуючи Юнґ детально описує свою власну типологію.
Дуже помічним для новачків стане додатковий розділ тому в якому Юнґ широкими мазками означує свою основну термінологію. Відчувається, що цей розділ автор написав найпізніше і потім доповнював та редагував, адже в попередніх ми не зустрічаємо його основних термінів, як то архетип, самість та ін. Тут же – лаконічний словник, який може слугувати своєрідною картою для наступного читання тих же “Архетипів та колективного несвідомого”.
В підсумку, маємо конгломерат досить таки розрізнених праць, які Юнґ спробував подати як одну книгу, написано все як завжди складно, але складність у випадку з Юнґом поняття відносне, бо якщо порівнювати з “Еоном”, то це дуже навіть проста річ.
Це вже друге моє прочитання, але впевнений, що буде і третє і четверте. Бо надто багато тут всього, чого лише перевідкриття Екгарта вартує!
Тому, до наступних зустрічей!
Цикл. "Юнґіанські студії Абрахама Хосебра"
"Благоговіння перед великими таємницями природи, які релігійна мова намагається виразити в символах, освячених давністю, багатозначністю і красою, не буде принижене поширенням психології на ці галузі, до яких наука досі не знаходила доступу. Ми лише відсуваємо символи трохи далі, вглиб і витягуємо на світ одну частину їх володінь, аж ніяк не впадаючи в помилкове припущення, ніби ми створюємо цим щось більше, ніж новий символ для тієї ж загадки, яка залишалася загадкою і для всіх попередніх часів. Наша наука є також образною мовою; але в практичному відношенні вона краща за давню міфологічну гіпотезу, що виражалася за допомогою конкретних уявлень, замість понять, як це робимо ми."
Цікаво читати цю ранню роботу Юнґа в якій він поступово на очах у читача винаходить архетипи та колективне несвідоме.
Не дарма ця книга вважається однією з найголовніших для вступу до юнґіанського аналізу. Бо тут він не тільки дискутує з Фройдом і Адлером, а й робить дуже важливий висновок: кожен психолог створює психологічну теорію під себе самого. Тому, те що працює для Фройда так само працюватиме для людей зі схожим психологічним типом. Головна проблема – визнати існування інших точок зору, інших світів недоступній для нашої філософії.
Тому вкінці, у словнику термінів, Юнґ дає пояснення основних своїм постулатам і там ми натрапляємо на слово Енантіодромія. Ось ця цитата:
"Енантіодромія: «Біг назустріч» у філософії Геракліта
Енантіодромія буквально означає «біг назустріч». Це поняття у філософії Геракліта («Доля є логічний продукт енантіодромії, творець усіх речей»)] позначає гру протилежностей у тому, що відбувається, а саме погляд, згідно з яким усе, що існує, переходить у свою протилежність.
«З живого робиться мертве, а з мертвого живе, з юного старе, а зі старого юне, з того, хто не спить, спляче і зі сплячого той, хто не спить, потік породження та знищення ніколи не зупиняється». «Творення і руйнування, руйнування і творення — ось норма, що охоплює всі кола природного життя, найменші та найбільші. Адже й сам космос, як він виник із початкового вогню, так повинен і повернутися в нього знову, подвійний процес, що відбувається у розмірені терміни, навіть якщо це величезні періоди часу, — процес, якому належить відбуватися знову і знову».
Такою є енантіодромія Геракліта, за словами тлумачів його вчення. Численні вислови самого Геракліта виражають його погляд. Так він говорить: «І природа прагне до протилежностей і створює співзвуччя з них, а не з однакового». «Народившись, вони починають жити, тим самим долучаються до смерті». «Стати водою — смерть для душ, для води ж смерть — стати землею. З землі стає вода, з води стає душа». «Відбувається взаємний обмін, усе обмінюється на вогонь і вогонь на все, як золото на товари й товари на золото».
Застосовуючи свій принцип до психології, Геракліт говорить: «Нехай ніколи не бракує вам, ефесяни, багатства, щоб могла виявитися ваша зіпсованість».
Енантіодромією я називаю появу несвідомої протилежності, причому саме в часовій послідовності. Це характерне явище зустрічається майже всюди, де в свідомому житті панує односторонній напрямок, так що з часом виробляється настільки ж потужна несвідома протилежність, яка проявляється спочатку як гальмування (Hemmung) свідомої роботи, а потім як переривання свідомого напрямку.
Хорошим прикладом енантіодромії є психологія апостола Павла та його навернення до християнства, також історія навернення Раймонда Луллія, ототожнення хворого Ніцше з Христом, його прославлення Ваґнера і згодом його ворожість до нього, перетворення Сведенборга з вченого на ясновидця тощо."
Цікаво також спостерігати, як творить злиття різних суджень сам Юнґ, наприклад у цитаті нижче він заввиграшки поєднує Вольтера та індуїзм:
“Поняття Брахмана містить у собі поняття ritam (правильної ходи), поняття світового порядку. У Брахмані творча світова сутність і світова основа речей вступають на правильний шлях, бо в ньому вони вічно розчинені і знову створюються; з Брахмана випливає будь-який розвиток на впорядкованому шляху. Через поняття ritam ми приходимо до поняття Дао (Тао) у Лао-Цзи. Дао є «правильний шлях», закономірне ведення, середня дорога між протилежностями, звільнена від них і водночас об’єднує їх у собі. Сенс життя полягає в тому, щоб йти цим середнім шляхом, ніколи не ухиляючись у бік протилежностей. Екстатичного моменту немає у Лао-Цзи; його замінює найвищий ступінь філософської ясності, інтелектуальна та інтуїтивна мудрість, не затьмарена ніяким містичним туманом і, звичайно, що являє собою найвищий ступінь духовної переваги; саме тому вона настільки позбавлена хаотичного моменту, що невпорядкованості цього дійсного світу до неї далеко, як до зірки. Вона приборкує все дике, не опановуючи його до очищення і не перетворюючи його на щось вище.
Мені легко можуть заперечити, що аналогія між побудовами Шіллера та цими на вигляд далекими ідеями притягнута насильно. Проте не можна забувати, що самі ідеї трохи пізніше сильно проявилися у геніальних творах Шопенгауера, тісно поєднавшись із західним німецьким духом, аби не зникати з нього і до наших днів. Я не надаю великого значення тому, що Упанішади в латинському перекладі Анкетиля дю Перрон були доступні Шопенгауеру, тоді як Шиллер, принаймні, не мав свідомого відношення до цих матеріалів, дуже мізерно освітлених у його час. Мій практичний досвід достатньо переконав мене в тому, що для виникнення такої спорідненості зовсім не потрібно безпосередньої передачі. Щось подібне ми зустрічаємо в основних поглядах Мейстера Екгарта, а частково і Канта, що мають дивовижну подібність до ідей Упанішад, хоча ні той ні інший не стояли ні під прямим, ні під непрямим впливом їх. Те ж саме ми бачимо в міфах і символах: вони можуть автохтонно виникати у всіх кутках земної кулі і все-таки залишаються тотожними, тому що першоджерелом їх є те саме, всюди поширене, несвідоме людини, змісти якого нескінченно менше відмінні між собою, ніж раси та індивіди.”
Епіграфом для своє праці Юнґ обрав блискучу цитату з Гейне, яка водночас є ілюстрацією антагонізму двох типів видатних людей:
"Платон та Арістотель! Це не тільки дві системи, а й типи двох різних людських натур, які, з незапам’ятних часів одягнені у всілякі шати, тією чи іншою мірою протистоять один одному. Вони жорстоко змагаються, особливо з початку Середньовіччя, і ведуть свою боротьбу донині — і ця боротьба є найважливішим змістом історії християнської Церкви. Хоч би які імена виникали на авансцені історії, мова незмінно йде про Платона і Арістотеля. Натури мрійливі, містичні, платонівські, з надр своєї душі виявляють християнські ідеї та відповідні їм символи. Натури практичні, впорядковані, арістотелівські, творять із цих ідей і символів міцну систему, догматику і культ. Зрештою, Церква замикає в собі обидві натури, з яких одні ховаються у священицтві, а інші — у чернецтві, проте весь час не перестаючи ворогувати одне з одним."
Г. Гейне.
Це вже друге моє прочитання цієї місткої, великої за об’ємом та матералами книги. І, як і першого разу я усвідомлюю на скільки ж обожнював Юнґ “Прометея” Шпіттеллера і цей твір все ще не доступний українському читачеві( Теж саме можна сказати про цитовані роботи Гельдерліна та деяких інших авторів.
"Наскільки мені відомо, Шиллер ніде не висловлювався про те, як він по суті уявляє собі техніку — якщо це можна так сказати — створення естетичного настрою. Приклад з Юноною Лодовізі (Juno Ludovisi), який він принагідно наводить у своїх листах, показує нам стан «естетичного благоговіння», який характеризується як повне віддання себе об’єкту, що споглядається, і вникнення в нього. Але стан такого благоговіння не відрізняється відсутністю змісту та визначень. Однак цей приклад у зв’язку з низкою інших місць вказує на те, що перед Шиллером постала саме ідея «благовіння». [«Жіночий бог закликає до нашого поклоніння». ] Тут ми знову торкаємося сфери релігійних феноменів; і в той же час перед нами відкривається перспектива фактичної можливості розповсюдження таких точок зору на людину взагалі. Стан релігійного благоговіння є колективним феноменом, не обумовленим індивідуальною здатністю.
Але є й інші можливості. Ми бачили вище, що порожнеча у свідомості, чи відповідно несвідомий стан, викликається зануренням лібідо у область несвідомого. У несвідомому вже лежать напоготові змісти, що порівняно виділяються, а саме комплекси спогадів індивідуального минулого, і перш за все батьківський комплекс, тотожний з дитячим комплексом взагалі. Завдяки благоговінню, тобто зануренню лібідо в область несвідомого, дитячий комплекс знову прокидається, внаслідок чого оживають і спогади дитинства, і насамперед ставлення до батьків. Фантазії, викликані таким пробудженням, дають привід виникнення батьківських і материнських божеств; вони ж пробуджують і релігійне ставлення до Бога Отця та відповідні дитячі почуття. Показово те, що у свідомості виникають символи батьків, а аж ніяк не завжди образи реальних батьків, факт, який Фройд пояснює витісненням батьківського імаго, що настає внаслідок кровозмішувального спротиву. Я погоджуюсь з таким поясненням, але дотримуюся тієї думки, що воно не вичерпує предмета, бо не бере до уваги надзвичайно важливого сенсу такого символічного заміщення. Символізація в божественному образі свідчить про величезний крок уперед за межі конкретизму і чуттєвості спогадів, і тому поняття «символу», як символу дійсного, швидко перетворює регрес на прогрес; а тим часом він так і залишився б регресом, якби так званий символ було остаточно визнано лише знаком реальних батьків і тим самим позбавлено самостійного характеру.
Ухвалення символу за реальну дійсність привело людство до його богів, тобто до здійснення думки, що зробила людину володарем землі. Благоговіння – це розумів і Шиллер – є рух лібідо назад, до первісного, і занурення в джерело всіх начал. З цього виникає символ як образ прогресивного руху, що поєднується, як об’єднуючий підсумок усіх несвідомих факторів — «живий образ», як його називає Шиллер, образ божества, як показує історія. І навряд чи випадково наш автор обрав для прикладу саме образ Юнони Лодовізі."
В цитаті нижче Юнґ береться аналізувати концепції Ніцше:
"Аполлонічне начало відображує стан, подібний до сновидіння, а діонісійське — суголосне зі станом сп’яніння. Під «сновидінням» Ніцше, за власним поясненням, розуміє, по суті, «внутрішнє бачення», «прекрасну видимість світу сновидінь». Аполлон “панує над ілюзорним блиском краси у внутрішньому світі фантазій”, він – “бог усіх сил, що творять образи”. Він є міра, число, обмеження та панування над усім диким та неприборканим. Аполлона хотілося б позначити як чудовий образ божества, що несе із собою принцип індивідуації, “principium individuationis”.
Діонісизм, навпаки, означає звільнення безмежного потягу, вибух неприборканої динаміки тваринної та божественної природи; тому в діонісійському хорі людина з’являється як сатир, зверху — бог, знизу — козел. Це жах від зневажання принципу індивідуації і водночас «блаженне захоплення» від того, що він зневажений. Тому діонісизм можна уподібнити до сп’яніння, що розкладає індивідуальне на колективні потяги та змісти, це — звільнення приневоленого егом світу. Тому в діонісизмі людина поєднується з людиною і «сама відчужена, ворожа і поневолена природа знову святкує свято примирення зі своїм блудним сином — людиною». Кожен почувається в єдності зі своїм ближнім («об’єднаним, примиреним, злитим»). Тому індивідуальність людини підлягає повному скасуванню. «Людина вже більше не художник: вона сама стала художнім твором». «Художня міць цілої природи відкривається тут у трепеті сп’яніння». Іншими словами, творча сила, лібідо у формі потягу, заволодіває індивідом як об’єктом і користується ним як знаряддям."
Коли я сім років тому читав цю працю вперше, українською ще не вийшли Проповіді Майстера Екгарта, але Алилуля!, на час 2025 року книжка є і я її навіть придбав. Бо просто не можливо не схотіти прочитати його роботи після такої блискучої реклами в Юнґа:
"Майстер Екгарт є найбільш блискучим представником відомої критичної церковної течії наприкінці XVIII століття, з одного боку, за гостротою свого психологічного прозріння, з іншого боку, за висотою свого релігійного почуття і мислення. Процитуємо його.
«Бо людина є воістину Бог, і Бог є воістину людина»/62 Bd.II.
«Навпаки, у кого Бог не є внутрішнім надбанням, але хто змушений завжди добувати собі Бога ззовні, в тому чи в іншому, де він тоді відшукує його незадовільним способом, за допомогою різних творінь людей або місць: той Бога і не має. Приходить щось таке, що йому заважає. І тоді людині заважає не лише погане товариство, а й хороше, не тільки вулиця, а й Церква, не лише злі слова та справи, але так само й добрі. Бо перешкода лежить у ній самій: Бог ще не постав світом в неї всередині. Якби так було, тоді і скрізь і з усіма почувала б вона себе добре і безпечно: вона б завжди мала Бога» і т.д./62 P.8/
Це місце особливо цікаве психологічно, тому що воно виявляє частину примітивного богорозуміння, яким ми окреслили його вище. “Завжди добувати собі Бога ззовні” – це рівносильно примітивному погляду, ніби “Tondi” [Поняття libido у батаків. /63/. Tondi – ім’я магічної сили, навколо якої, так би мовити, все крутиться. ] можна добувати звідкись ззовні. Можливо, що у Екгарта є в даному випадку скоріше образне вираження, але через цей образний вираз ясно просвічує початковий зміст. Принаймні ясно, що Екгарт розуміє тут Бога як психологічну цінність. Це видно з наступної фрази: тому, хто видобуває собі ззовні Бога, заважають об’єкти. Саме, хто має Бога поза собою, той неминуче проектується в об’єкті, внаслідок чого об’єкт тим самим отримує переважну цінність. Але там, де це має місце, об’єкт має надмірний вплив на суб’єкта і тримає його у відомій рабській залежності. Очевидно, Екгарт розуміє цю, настільки знайому нам, прихильність до об’єкта, яка змушує світ виступати в ролі Бога, тобто як абсолютно обумовлююча величина. Тому він і додає, що для такої людини «Бог ще не постав світом в неї всередині», тому що для неї світ посідає місце Бога. Така людина ще не відхилила переважну цінність від об’єкта і не інтровертувала її, щоб вона мала цю цінність у собі. Але якби вона мала її в самій собі, то він завжди мала би Бога (саме цю цінність) як об’єкт, як світ, і, таким чином, Бог став би для неї світом. Там Екхарт каже: «У кого вірно на душі, тому добре всюди і в усіх людей; а в кого невірно на душі, тому скрізь та у всіх людей погано. Бо людина з вірною душею має Бога завжди при собі». Людині, яка має цю цінність при собі, завжди і скрізь добре на душі, вона не залежить від об’єктів, тобто не потребує їх і не чекає від них того, чого їй не вистачає."
Якщо ж спробувати якось структурувати цю книгу то в нас вийде наступне.
В перших розділах йдеться про типологої в античності та середньовіччі. Головними героями тут виступають Тертуліан і Орген – обидва своєрідні скопці, кожен з яких приніс своїй ідеї найбільшу жертву. Наступна пара Лютер і Цвінглі. Далі Шиллер і Гете. Знову Гете з’являється в контексті свого Прометея, який порівнюється з однойменним твором Шпіттеллера. Велика частина віддана аналізу типології Джемса. І нарешті, підсумовуючи Юнґ детально описує свою власну типологію.
Дуже помічним для новачків стане додатковий розділ тому в якому Юнґ широкими мазками означує свою основну термінологію. Відчувається, що цей розділ автор написав найпізніше і потім доповнював та редагував, адже в попередніх ми не зустрічаємо його основних термінів, як то архетип, самість та ін. Тут же – лаконічний словник, який може слугувати своєрідною картою для наступного читання тих же “Архетипів та колективного несвідомого”.
В підсумку, маємо конгломерат досить таки розрізнених праць, які Юнґ спробував подати як одну книгу, написано все як завжди складно, але складність у випадку з Юнґом поняття відносне, бо якщо порівнювати з “Еоном”, то це дуже навіть проста річ.
Це вже друге моє прочитання, але впевнений, що буде і третє і четверте. Бо надто багато тут всього, чого лише перевідкриття Екгарта вартує!
Тому, до наступних зустрічей!
October 31, 2010
Such an important book for me to understand... I hope I understand it after the next couple times I read it through. It showed me why I'm the way I am and why people who I know are as they are - not that I should pidgeonhole people, but it's just that... now I see why some intuitives (like me) have trouble listening; I see why a certain thinking type I know refuses to look inside herself; I see...
Some quotes from Psychological Types:
On why an irrational intuitive's creative efforts can have trouble connecting with the public:
“He makes himself and his life symbolic – adapted, it is true, to the inner and eternal meaning of events, but unadapted to present-day reality. He thus deprives himself of any influence upon it because he remains uncomprehended. His language is not the one currently spoken – it has become too subjective. ... The fragmentary and episodic character of their communication makes too great a demand on the understanding and good will of those around them; also, their communications are without the personal warmth that alone carries the power of conviction.”
On relationships:
“Rapport consists essentially in a feeling of agreement in spite of acknowledged differences. Indeed, the recognition of existing differences, if it be mutual, is itself a rapport, a feeling of agreement. … This rational presentation is valid only for rational types, but not for the irrational, whose rapport is based not on judgment but on the parallelism of living events. His feeling of agreement comes from the common perception of sensation or intuition. … To the rational type it is often a painful thought that the relationship will last just as long as external circumstances and chance provide a common interest. … Whereas it is precisely in this that the irrational type sees a human situation of particular beauty. The result is that each regards the other as a man destitute of relationships, who cannot be relied upon, and with whom one can never get on decent terms. … It frequently happens that despite an absolute difference of standpoint a rapport nevertheless comes about, and in the following way: one party (the rational), by unspoken projection, assumes that the other is, in all essentials, of the same opinion as himself, while the other (the irrational) divines or senses an objective community of interest, of which, however, the former has no conscious inkling and whose existence he would at once dispute, just as it would never occur to the other that his relationship should be based on a common point of view. A rapport of this kind is by far the most frequent; it rests on mutual projection which later becomes the source of many misunderstandings.”
On "The Inferior Function" - which I find really interesting:
“Most people, when the question of their inferior function is in any way touched upon become terribly childish and touchy; they can’t stand the slightest criticism but always feel attacked, for they are uncertain of themselves and, with that, naturally they tyrannize everybody around them; everybody has to walk carefully. If you want to say something about another person’s inferior function, it is like walking on eggs, for people just cannot stand any criticism there, and a rite d’entrée is required, waiting for the right moment for a peaceful atmosphere, and then carefully, with a long introductory speech, one might get over some slight criticism about the inferior function.”
“If people can begin to laugh about their inferior function, that can be redeeming, for then everything is twenty times better. When a sense of humor is established and you can pull the other person’s leg, as they can pull yours, a lot of trouble is cleared away.”
“The inferior function is generally slow in contrast to the superior function. Jung calls it infantile and tyrannical. this slowness is in fact one of the great troubles of the inferior function, which is one reason why people hate to start work on it, for the reaction of the superior function comes out quickly and well adapted while many people have no idea where their inferior function really is. For instance, thinking types have no idea whither they have feeling or what kind of feeling it is. They have to sit for half an hour and meditate as to whether they have any feeling about something, and if so what it is.”
Some quotes from Psychological Types:
On why an irrational intuitive's creative efforts can have trouble connecting with the public:
“He makes himself and his life symbolic – adapted, it is true, to the inner and eternal meaning of events, but unadapted to present-day reality. He thus deprives himself of any influence upon it because he remains uncomprehended. His language is not the one currently spoken – it has become too subjective. ... The fragmentary and episodic character of their communication makes too great a demand on the understanding and good will of those around them; also, their communications are without the personal warmth that alone carries the power of conviction.”
On relationships:
“Rapport consists essentially in a feeling of agreement in spite of acknowledged differences. Indeed, the recognition of existing differences, if it be mutual, is itself a rapport, a feeling of agreement. … This rational presentation is valid only for rational types, but not for the irrational, whose rapport is based not on judgment but on the parallelism of living events. His feeling of agreement comes from the common perception of sensation or intuition. … To the rational type it is often a painful thought that the relationship will last just as long as external circumstances and chance provide a common interest. … Whereas it is precisely in this that the irrational type sees a human situation of particular beauty. The result is that each regards the other as a man destitute of relationships, who cannot be relied upon, and with whom one can never get on decent terms. … It frequently happens that despite an absolute difference of standpoint a rapport nevertheless comes about, and in the following way: one party (the rational), by unspoken projection, assumes that the other is, in all essentials, of the same opinion as himself, while the other (the irrational) divines or senses an objective community of interest, of which, however, the former has no conscious inkling and whose existence he would at once dispute, just as it would never occur to the other that his relationship should be based on a common point of view. A rapport of this kind is by far the most frequent; it rests on mutual projection which later becomes the source of many misunderstandings.”
On "The Inferior Function" - which I find really interesting:
“Most people, when the question of their inferior function is in any way touched upon become terribly childish and touchy; they can’t stand the slightest criticism but always feel attacked, for they are uncertain of themselves and, with that, naturally they tyrannize everybody around them; everybody has to walk carefully. If you want to say something about another person’s inferior function, it is like walking on eggs, for people just cannot stand any criticism there, and a rite d’entrée is required, waiting for the right moment for a peaceful atmosphere, and then carefully, with a long introductory speech, one might get over some slight criticism about the inferior function.”
“If people can begin to laugh about their inferior function, that can be redeeming, for then everything is twenty times better. When a sense of humor is established and you can pull the other person’s leg, as they can pull yours, a lot of trouble is cleared away.”
“The inferior function is generally slow in contrast to the superior function. Jung calls it infantile and tyrannical. this slowness is in fact one of the great troubles of the inferior function, which is one reason why people hate to start work on it, for the reaction of the superior function comes out quickly and well adapted while many people have no idea where their inferior function really is. For instance, thinking types have no idea whither they have feeling or what kind of feeling it is. They have to sit for half an hour and meditate as to whether they have any feeling about something, and if so what it is.”
April 17, 2022
This book has influenced my life more than any other book besides the scriptures. It is not a book I would read over and over again like I would the scriptures, or the book Approaching Zion by Hugh Nibley, yet, the book has been a vital, seminal work for my own work on temperament types. Jung's Psychological types and the book Please Understand me II have have been the platform for my research and obsession with the dichotomies in human nature.
July 3, 2020
Kaip ir kasmet, atostogoms pasiimu ne visai atostogų skaitalą, nes žinau, kad bent jau laiko gilintis turėsiu. Skaitydama daugiausia galvojau apie to laikmečio įtaką visam veikalui - nuo struktūros (4/5 knygos sudaro istorinė tipų analizė, kurioje Jung'as pagrindžia savo tipologiją - tokia gana šališka analizė sakyčiau :)) iki turinio (mąstymo funkcija būdingiausia vyrams, jausmo - moterims) - ir paties Jung'o atvirumą, nes kur jam įdomu, tai analizė, palyginimai, komentarai, kur jam arba mažiau įdomu, arba viskas aišku, ar šiaip reiškinys paprastesnis - pora puslapių ir taškas.
Besitikintiems susiklasifikuoti save patį patarčiau paieškoti kokios kitos knygos (gaila, bet nieko konkretaus negaliu pasiūlyti), nes šią Jung'as parašęs lygiaverčiam diskusijos dalyviui, todėl į visokias kasdienes smulkmenas (kaip koks tipas elgiasi, su kuo geriau bendrauti ir kuo užsiimti, ir pan.) nesivelia, o daugiau kalba apie paties tipo ir funkcijos bendrus bruožus ir atsiradimą.
Besitikintiems susiklasifikuoti save patį patarčiau paieškoti kokios kitos knygos (gaila, bet nieko konkretaus negaliu pasiūlyti), nes šią Jung'as parašęs lygiaverčiam diskusijos dalyviui, todėl į visokias kasdienes smulkmenas (kaip koks tipas elgiasi, su kuo geriau bendrauti ir kuo užsiimti, ir pan.) nesivelia, o daugiau kalba apie paties tipo ir funkcijos bendrus bruožus ir atsiradimą.
July 25, 2022
Since the collected Jung had proven to be a rather long shelf board of hazy teal, I picked Vol. 6 quite ignorantly. He must have been such a curious guy.
This one was supposedly on Psychologische Typen but I was quite entertained to find a comparative analysis of Spitteler's Prometheus with Goethe's canonical 'Prometheus'. Loved the Dionysian vs Apollonian chapter, and his interpretation of Meister Eckhart was fascinating. The overall link of those historical/ cultural sections to psychological types was quite weak in my opinion but hey, let the man ramble?
The chapter on brahmanic conceptions was probably my favourite, feeling unsure though about how precise Jung's representation is.
"Prajapati desired: I wish to be many, I will multiply myself. Then he meditated silently in his Mind, and what was in his Mind became 'brihat' (song). He bethought himself: This embryo of me is hidden in my body, through Speech I will bring it forth. Then he created Speech" (p.205).
This one was supposedly on Psychologische Typen but I was quite entertained to find a comparative analysis of Spitteler's Prometheus with Goethe's canonical 'Prometheus'. Loved the Dionysian vs Apollonian chapter, and his interpretation of Meister Eckhart was fascinating. The overall link of those historical/ cultural sections to psychological types was quite weak in my opinion but hey, let the man ramble?
The chapter on brahmanic conceptions was probably my favourite, feeling unsure though about how precise Jung's representation is.
"Prajapati desired: I wish to be many, I will multiply myself. Then he meditated silently in his Mind, and what was in his Mind became 'brihat' (song). He bethought himself: This embryo of me is hidden in my body, through Speech I will bring it forth. Then he created Speech" (p.205).
September 8, 2019
Mi-am completat Biblia personala cu acest volum. Daca Vechiul Testament este pentru mine Dostoievski si cunoasterea de sine prin intermediul personajelor lui, Jung a validat tot ce intuiam si a completat multe goluri in intelegerea disonantelor si antagonismelor dinauntru si dinafara, din psihicul meu si din relatiile cu ceilalti.
In multe locuri este ermetic si foarte abstract, cu referinte mult peste cultura mea filosofica, medicala si chiar literara. Dar cred ca fiecare va intelege esentialul, cel putin atunci cand isi va regasi descris propriul tip.
"[...] tipul introvertit se deosebeste de cel extravertit prin faptul ca el nu se orienteaza, asemenea celui din urma, precumpanitor dupa obiect si dupa datul obiectiv, ci dupa factori subiectivi. [...] in cazul introvertitului, intre perceptia obiectului si propria sa actiune se strecoara o opinie personala care impiedica actiunea sa capete un caracter corespunzator datului obiectiv".
"In vreme ce tipul extravertit se revendica precumpanitor de la ceea ce ii vine dinspre obiect, introvertitul se sprijina mai cu seama pe constelatia pe care impresia exterioara o produce in subiect".
"Nu trebuie niciodata uitat - ceea ce modul de a vedea extravertit uita prea lesne - ca orice perceptie si orice cunoastere sunt nu doar obiectiv, ci si subiectiv determinate. Lumea nu este doar in sine si pentru sine, ci este si asa cum apare. In fapt, noi nu avem nici un criteriu care sa ne permita sa evaluam o lume pe care subiectul n-ar putea-o asimila. Trecand cu vederea factorul subiectiv, am nega marea indoiala cu privire la posibilitatea de cunoastere absoluta".
"Dar ce este subiectul? Subiectul este omul, subiectul suntem noi. E pagubitor sa se uite ca actul de cunoastere implica un subiect si ca nu exista in general niciun fel de cunoastere si, in consecinta, pentru noi nici lume, daca cineva nu poate spune , punand insa astfel limitele subiective ale oricarei cunoasteri".
In multe locuri este ermetic si foarte abstract, cu referinte mult peste cultura mea filosofica, medicala si chiar literara. Dar cred ca fiecare va intelege esentialul, cel putin atunci cand isi va regasi descris propriul tip.
"[...] tipul introvertit se deosebeste de cel extravertit prin faptul ca el nu se orienteaza, asemenea celui din urma, precumpanitor dupa obiect si dupa datul obiectiv, ci dupa factori subiectivi. [...] in cazul introvertitului, intre perceptia obiectului si propria sa actiune se strecoara o opinie personala care impiedica actiunea sa capete un caracter corespunzator datului obiectiv".
"In vreme ce tipul extravertit se revendica precumpanitor de la ceea ce ii vine dinspre obiect, introvertitul se sprijina mai cu seama pe constelatia pe care impresia exterioara o produce in subiect".
"Nu trebuie niciodata uitat - ceea ce modul de a vedea extravertit uita prea lesne - ca orice perceptie si orice cunoastere sunt nu doar obiectiv, ci si subiectiv determinate. Lumea nu este doar in sine si pentru sine, ci este si asa cum apare. In fapt, noi nu avem nici un criteriu care sa ne permita sa evaluam o lume pe care subiectul n-ar putea-o asimila. Trecand cu vederea factorul subiectiv, am nega marea indoiala cu privire la posibilitatea de cunoastere absoluta".
"Dar ce este subiectul? Subiectul este omul, subiectul suntem noi. E pagubitor sa se uite ca actul de cunoastere implica un subiect si ca nu exista in general niciun fel de cunoastere si, in consecinta, pentru noi nici lume, daca cineva nu poate spune , punand insa astfel limitele subiective ale oricarei cunoasteri".
November 2, 2023
Took a large intermission from this text after reading 90% of it, and then returned recently to review and polish it off. We took up this text by Jung in order to get a grasp of his most influential or core portion of his thought- or at least aspect which might be considered the most "academically acceptable". We enjoy reading all quirkier fun ones, and thought this would be a bit of a slog- and it was at times, but it wasn't the sort of dull textbook sort of thing we were expecting. There was a lot of interesting historical context added in to flesh out the theories, and we enjoyed that!
The whole introvert/extrovert concept has become somewhat passe by this point, but going back to the philosophical source of what has become ingrained in popular culture is always fun. Its good to know that neither the extrovert or introvert exists as a "pure type" in Jung's original model, but only as a condition "attitude type" under which the additional "function types" of thinking, feeling, sensation and intuition are overlayed.
One thing we would definitely recommend though, is not to read this text from start to finish, as we first did. Its sort of laid out weird, such that it makes way more sense to start from chapter 10, where Jung gives an overview of each type, then read the definitions, and even the appendix essays, and THEN go back to the beginning and read the main portion of the book with all the historical context, with the summarized but complete version of the theory in mind. There is no such overview of the theory at the beginning, and it was difficult to approach the more relatively contextual material that comprises the first ~400 pages without a grasp of the total theory being discussed in detail.. very odd layout, but the simple solution is just to read the last few sections first!
The whole introvert/extrovert concept has become somewhat passe by this point, but going back to the philosophical source of what has become ingrained in popular culture is always fun. Its good to know that neither the extrovert or introvert exists as a "pure type" in Jung's original model, but only as a condition "attitude type" under which the additional "function types" of thinking, feeling, sensation and intuition are overlayed.
One thing we would definitely recommend though, is not to read this text from start to finish, as we first did. Its sort of laid out weird, such that it makes way more sense to start from chapter 10, where Jung gives an overview of each type, then read the definitions, and even the appendix essays, and THEN go back to the beginning and read the main portion of the book with all the historical context, with the summarized but complete version of the theory in mind. There is no such overview of the theory at the beginning, and it was difficult to approach the more relatively contextual material that comprises the first ~400 pages without a grasp of the total theory being discussed in detail.. very odd layout, but the simple solution is just to read the last few sections first!
Read
November 26, 2019Not sure I should even be marking this as done, as I mostly just scanned it! lol This is a veeerrry densely packed book that reads somewhat like a college textbook. I suspect it's one that would need multiple readings to really interpret Jung's full meaning. However, it gives a good, in-depth look at Jung's interpretation of the dichotomies in human nature and the human psyche.
March 15, 2019
Anyone who can read this book without being deeply affected by it, has no heart, no soul, and no brain.
Jung has definitely established himself as one of the most influential psychoanalysts and the way he explores the human mind is second to none.
Jung has definitely established himself as one of the most influential psychoanalysts and the way he explores the human mind is second to none.
September 27, 2024
Main quotes:
- The peculiarity of intuition is that it is neither sense perception, nor feeling, nor intellectual inference, although it may also appear in these forms. In intuition a content presents itself whole and complete, without our being able to explain or discover how this content came into existence.
- “To be quite accurate, human nature is simply what it is; it has its dark and its light sides. The sum of all colours is grey - light on a dark background or dark on light.”
- “The dynamic principle of fantasy is play, a characteristic also of the child, and as such it appears inconsistent with the principle of serious work.”
- “Differentiated affects have the further advantage of charm and elegance. They spread about them an air that is aesthetic and beneficial. A surprising number of extraverts practise an art—chiefly music—not so much because they are specially qualified for it as from a desire to make their contribution to social life. Nor is their fault-finding always unpleasant or altogether worthless. Very often it is no more than a well-adapted educative tendency which does a great deal of good. Equally, their dependence on the judgment of others is not necessarily a bad thing, as it often conduces to the suppression of extravagances and pernicious excesses which in no way further the life and welfare of society. It would be altogether unjustifiable to maintain that one type is in any respect more valuable than the other. The types are mutually complementary, and their differences generate the tension that both the individual and society need for the maintenance of life.”
Notes:
- His developing work, first published in 1921 as Psychological Types, maps this inner landscape, offering a compass to navigate our personalities. It also introduces the concept of introversion and extroversion, and illuminates the power of dreams and our unconscious
- This curiosity led him to a career in psychiatry, where he worked closely with Sigmund Freud, before developing his own theories. In 1913, Jung began writing what would become Psychological Types.
- This distinction between extroversion and introversion forms the backbone of Jung's theory of Psychological Types
- He identified four basic cognitive functions—thinking, feeling, sensation, and intuition
- Jung observed, there is no such thing as a pure extrovert or a pure introvert. Such a man would be in the lunatic asylum. Jung recognized that we use all functions and attitudes to some degree, but we tend to favor certain combinations.
- In his later essay, The Relations Between the Ego and the Unconscious, Jung clarifies that "...the psychological rule says that when an inner situation is not made conscious, it happens outside, as fate.
- He called the journey individuation, or the process of becoming your true, authentic, and whole self. It's about integrating all aspects of your personality, including those parts you would rather keep hidden.
- Part of your journey is developing your less-dominant functions. If you're highly logical, you might work on accessing your feelings more. If you're very intuitive, you might practice grounding yourself in sensory experiences.
July 31, 2023
Jung lays out his theory of psychological types, which includes the two attitudes of introversion and extraversion (terms he invented) and the four functions of thinking, feeling, sensation and intuition. Everyone has one of the two attitudes and one dominant function. This is the foundation for Myers-Briggs Type Indicator personality types (with them adding perception/judging as an additional criteria). The first half of the book is his discussion of earlier systems of psychological types from myth, literature, medicine and earlier researchers. One of the most well known are Galen’s four humors (choleric, sanguine, phlegmatic and melancholic).
Jung says several times his system is not the only way humanity can be divided into different psychological types. However he does think his system strikes the balances of having enough detail to be useful but not too much detail to be unwieldy.
The terms introverted and extroverted have a specific meaning in Jung’s system, indicating the direction of libido (psychological energy/value/intensity) between one’s internal and external worlds, wither inward turning or outward turning.
Below is an excerpt that had the most succinct definition of the four functions:
“Thus there are many people who restrict themselves to the simple perception of concrete reality, without thinking about it or taking feeling values into account. They bother just as little about the possibilities hidden in a situation. I describe such people as sensation types. Others are exclusively oriented by what they think, and simply cannot adapt to a situation which they are unable to understand intellectually. I call such people thinking types. Others, again, are guided in everything entirely by feeling. They merely ask themselves whether a thing is pleasant or unpleasant, and orient themselves by their feeling impressions. These are the feeling types. Finally, the intuitives concern themselves neither with ideas nor with feeling reactions, nor yet with the reality of things, but surrender themselves wholly to the lure of possibilities, and abandon every situation in which no further possibilities can be scented.”
When you get more familiar with the system, it is hard not to automatically see people as one of Jung’s 8 types (or Meyers-Briggs 16). It seems to me to be a useful tool to better relate to others that think and act much different from you. I used to think others were essentially better or worse versions of myself, instead of realizing they are a whole different type of person.
Jung says several times his system is not the only way humanity can be divided into different psychological types. However he does think his system strikes the balances of having enough detail to be useful but not too much detail to be unwieldy.
The terms introverted and extroverted have a specific meaning in Jung’s system, indicating the direction of libido (psychological energy/value/intensity) between one’s internal and external worlds, wither inward turning or outward turning.
Below is an excerpt that had the most succinct definition of the four functions:
“Thus there are many people who restrict themselves to the simple perception of concrete reality, without thinking about it or taking feeling values into account. They bother just as little about the possibilities hidden in a situation. I describe such people as sensation types. Others are exclusively oriented by what they think, and simply cannot adapt to a situation which they are unable to understand intellectually. I call such people thinking types. Others, again, are guided in everything entirely by feeling. They merely ask themselves whether a thing is pleasant or unpleasant, and orient themselves by their feeling impressions. These are the feeling types. Finally, the intuitives concern themselves neither with ideas nor with feeling reactions, nor yet with the reality of things, but surrender themselves wholly to the lure of possibilities, and abandon every situation in which no further possibilities can be scented.”
When you get more familiar with the system, it is hard not to automatically see people as one of Jung’s 8 types (or Meyers-Briggs 16). It seems to me to be a useful tool to better relate to others that think and act much different from you. I used to think others were essentially better or worse versions of myself, instead of realizing they are a whole different type of person.
April 17, 2025
Okuması inanılmaz zor bir kitaptı. Özellikle ilk kısımlarda, "ben ne okuyorum ya?", "bu adam niye bunu anlatıyor?", gibi sık serzenişlerde bulundum.
Kitabı okumadan önce şunu idrak etmek gerekir ki: bu Jung denen şahıs bayağı zeki ve köpek gibi çalışkan bir herif. Bu adamın anlattığı hiçbir şey lüzumsuz değil ve yaptığı şey gelecekte bağlayacağı konseptlere derin külliyatından örnekler vermekten ibaret.
Örnek eserler üzerinden yaptığı insan analizleri, kişinin sanatçıya olan hayranlığını arttırıyor. O kadar gerçek, o kadar insan karakterlermiş ki Jung bu eserler üzerinden hepimize örnek gösterip tip tanımı yapabiliyor.
Özellikle dini metinlere verdiği referanslar, ufuk açıcı. Bunların insanı gerçekten bilen kişiler tarafından harmanlandığını buram buram koklatıyor. Senin en ilkel halinle, saf bir sembolizm oyunu.
İçedönük/dışadönük tipleme ve bunların belirli yan özelliklerle harmanlanmış karakterlerinin dışavurumu, herhalde bu kitaptan öğrenilecek yegane şey. Bunun yanında arketip yani kümülatif bilinç/bilinçdışı acayip bir teori ve dayandırılan gözlemler hakikaten enteresan.
Yani aslında binlerce yıllık hayatta kalmaya dayalı kültürel evrimin hepimizde bu 'ego' denen ve temelinde aynı bilinç ve bilinçdışı özelliklerini total olarak barındıran bir yapıyı oluşturmuş. Sadece, hepimiz selektif olarak kendi çevremizde en çok işimize yarayacak şekilde bu özellikleri kuşanıp gerisini bikinçaltımıza itiyoruz. Sırf bu çıktı bütün zahmete değer bence.
Kitabı okumadan önce şunu idrak etmek gerekir ki: bu Jung denen şahıs bayağı zeki ve köpek gibi çalışkan bir herif. Bu adamın anlattığı hiçbir şey lüzumsuz değil ve yaptığı şey gelecekte bağlayacağı konseptlere derin külliyatından örnekler vermekten ibaret.
Örnek eserler üzerinden yaptığı insan analizleri, kişinin sanatçıya olan hayranlığını arttırıyor. O kadar gerçek, o kadar insan karakterlermiş ki Jung bu eserler üzerinden hepimize örnek gösterip tip tanımı yapabiliyor.
Özellikle dini metinlere verdiği referanslar, ufuk açıcı. Bunların insanı gerçekten bilen kişiler tarafından harmanlandığını buram buram koklatıyor. Senin en ilkel halinle, saf bir sembolizm oyunu.
İçedönük/dışadönük tipleme ve bunların belirli yan özelliklerle harmanlanmış karakterlerinin dışavurumu, herhalde bu kitaptan öğrenilecek yegane şey. Bunun yanında arketip yani kümülatif bilinç/bilinçdışı acayip bir teori ve dayandırılan gözlemler hakikaten enteresan.
Yani aslında binlerce yıllık hayatta kalmaya dayalı kültürel evrimin hepimizde bu 'ego' denen ve temelinde aynı bilinç ve bilinçdışı özelliklerini total olarak barındıran bir yapıyı oluşturmuş. Sadece, hepimiz selektif olarak kendi çevremizde en çok işimize yarayacak şekilde bu özellikleri kuşanıp gerisini bikinçaltımıza itiyoruz. Sırf bu çıktı bütün zahmete değer bence.
paused
June 3, 2024I’m going to come back to this another time and read it from the beginning again because reading it in small portions over a long time is doing nothing
August 19, 2023
Wann ist ein vergessener Inhalt total ausgelöscht?
Опыт чтения можно считать вразумляюще-приоткрывающим.
Не знаю, отчего Юнг не начал с "определения терминов" (это наверняка не специфика издательской избы "Харвест"), потому что ни с чего другого я начать не нахожу достаточно сил и терпения. С одной стороны, определения отчётливы в основном тексте, так что ничего эксклюзивного обнаружено не было; с другой, всё же некоторые моменты было бы положительно полезно усвоить до того, как читатель достигнет Шпиттелера.
Касаемо "чувств" (Gefühl, Fühlen), два вопроса: отождествляет ли Юнг ценности и понятия, и если да, то не должны ли ценности перестать быть понятиями для полноправного отождествления?
Спекулятивно, да, но - понятия остаются ли понятиями с содержимым (каковое тоже вынуждено включает понятия) или являются исключительно как структуры, борхесовы карты пути, который требуется преодолеть информации (мысли), чтобы стать частью или самим понятием?
Второй: апперцепции ценностей, пассивная и активная, можно ли представить в виде примера "отношения к политикам" (пассивная, чувственная интуиция) и "отношения к фотомоделям" (активное, чувственная интенция)?
При (неосуществимом) ответе важно не упускать, уважаемый Карл, Ваших собственных слов, дескать schon der Gedanke einer Klassifizierung ist intellektuell und darum dem Wesen des Gefühls incommensurabel. Какие бы Вы чувства не испытывали, отвечая на нелепый вопрос читательницы из будущего, вопрос нелепый вдвойне, потому что он мог прозвучать из уст читательницы из прошлого с тем же успехом (Лу Саломе, в кои-то веки вздохнувшей полной грудью вне общества Ницше и Рэ?), не забывайте и о том, что чувство, как разновидность суждения, предназначено не для установления логической связи, но для "субъективного принятия или отвержения" (Annehmens oder Zurückweisens).
К "фантазии и фантазмам". Требует пояснения такое вот коленце: ..je lebensunfähiger die Individualität ist, desto beschränktere soziale Gültigkeit haben die durch sie hervorgebrachten Symbole - не чересчур ли коллективистский подход, простите?
В той же степи, но через ручеёк: закономерен ли смысл?
Если нам удаётся установить закономерность смертей в тылу и на фронте, можем ли мы говорить о смысле войны?
Активная фантазия нуждается не в понимании, на мой взгляд, а во встречной и не менее активной фантазии - что требует тренировки, дисциплины, режима; понимание не требует тренировки, иначе получается простое выдрессированное соглашательство. К примеру, так развивается на официальном и социальном уровнях в чуть более цивилизованных странах "гендерный", этнический и вопросы вероисповедания. Фантазия в не на шутку активной фазе позволяет использовать 3 и более языков в качестве национальных, но фантазия в активной фазе в принципе не ставит такого вопроса - о необходимости запрещения\разрешения\ограничения. Понимание допускает табу. Более того, понимание предполагает, что табу пойдёт понимаемому (а не "понятому") на пользу - так оно станет понятнее.
В означенном столкновении активных фантазий необходимо принимает участие абстрактное "воплощение" коллектива или пассивной соратницы столкнувшихся, самореализация каковой происходит через распознание и активацию пассивных фантазий соперников, а одновременно и поддержание иллюзии соперничества, вражды, напряжения, опасности, риска дезактивации в случае если пассивное третье потеряет интерес или найдёт альтернативные пути самореализации.
К Einstellung. Указание Юнгом на безразличность степени осознанности деятельной установки, опять же, укладывается в моё (вечернее, субботнее) допущение того, что время играет куда более значимую роль при конструировании установки, чем индивидуальные реакции, требующие, сколь бы вневременными они не представлялись переживающей и сконцентрированной на преодолении их персоне.
Но почему символ является "наилучшим" обозначением для сравнительно неизвестного? Вернее, что даёт мне, как исследовательнице, утверждение изучаемого символа в качестве "наилучшего", кроме вышеупомянутой Einstellung?
Minderwertige Function. Описка получилась напоминанием о "фартинге", м-да; однако man kann sie daher passenderweise als „minderwertig“ bezeichnen und zwar in psychologischem, aber nicht in psychopathologischem Sinne об "отсталости" подчинённых функций - не просто хорошо, а ве-ли-ко-леп-но! Тем более, если при неврозе эта самая Миндерфертига частично погружается в бессознательное. Погружаясь в бессознательное, сложно не быть подчинённой. Однако неестественной оживление бессознательного при этом заставляет задуматься: Миндерфертига ли, погрузившись, спровоцировала, или Миндерфертига, погрузившись, отвлекла внимание своей подчинённостью и смиренным приятием любых инсинуаций от более деятельных процессов, функций, элементов?
Bild..es steht nie an Stelle der Wirklichkeit. Но ведь, например, "реальность" (2023) может занимать место действительности в восприятии и суждении персоны?
"Внутренний образ - это..не конгломерат", но энграмма, Semon, образованный "уплотнением" (Verdichtung) процессов по их сходству, осадок. Возможно, именно в "осадке" (Niederschlag) скрывается пояснение того, почему образ не занимает места действительности. В контексте того же («университетского») эссе, осадок не является обманом, хотя обман может оставлять осадок, который используется на следующем этапе в качестве материала для построения Картины Избавленного от Иллюзий Мира (каковая, на мой взгляд, несколько не совпадает с определением "образа", а потому имеет склонность к занятию места действительности).
Но даже при полном согласии с боди-bild-ингом Юнга, остаётся без каких-либо объяснений, что же за "место" такое, принадлежащее действительности и занимаемое в перспективе чем заблагорассудится, не считая образа? Не стоит ли отнести "место" действительности к "внепсихологическим" феноменам, даже если к физиологическим и метафизическим его отнести ещё сложнее?
Архетип удобен в том, что не поступает с предложением, хотя на него может иметься определённый спрос (Трикстер) - это большое преимущество. Так как индивидуальное влияние оказывается строго ограниченным проявлениями архетипа в сновидениях, поведенческих особенностях, жизненных перипетиях, творческой реализации - аналитик не может позволить себе "возвышаться" до родительской и наставнической роли; в то же время, не лишая себя полноценных функций "серого кардинала". Но и последний, при адекватном течении терапии, трансформируется в компонент архетипа, свойственного аналитику - то есть происходит продуктивное самоуглубление лечащего, благодаря сознанию излечимости травмированного.
Мысль (ist der durch die Analyse des Denkens bestimmte Inhalt oder Stoff der Denkfunktion) определённо напоминает что-то вроде "молока-материала процесса производства мороженого" или "сахара-материала сгущающей функции молока".
Характерно указание Юнгом на то, что либидо им самим не объясняется как некая психическая сила, но - как понятие "для обозначения интенсивностей или ценностей" (Begriff für Intensitäten oder Werte). В то же время, интенсивности и ценности следует, имхо, разграничивать, подобно активной и пассивной фантазии. Либидо как энергия предполагает питание и тех и других, вполне возможно, без необходимости адаптации под активность либо пассивность, подобно электричеству, протекающему проводом (интенсивностью), минуя стабилизатор (ценность),поступая к функционирующему за счёт такой последовательности техническому оснащению. Естественно, стабилизатор в республиках и королевствах со стабильной энергетикой может не понадобится - так, вероятно, и ценность при достигшей предельного "очищения" психике оказывается совершенно излишней (см. сайентология).
Конструктивность и редуктивность, соответственно, индивидуального и коллективного методов не вызывают сомнения. В частности, война - явление неконструктивное (даже если она и не деструктивна, как Бодрийяр, которого в Заливе не было), потому подхода к массам требует редуктивного - отсылки к многовековой борьбе с империалистическими замашками и террористическими экслибрисами соседей приграничных или припланетных. Политика, с другой стороны - конструктивный метод, прибегающий к войне в двух случаях: (а) если агенты не имеют компетенции в использовании конструктивных методов и (б) когда подотчётные массы склонны, в результате многолетней дестабилизации их существования и самой существенности, исключительно к редуктивной реакции на конструктивный метод. Оба варианта - результат планомерного формирования гражданского общества классической вертикалью. Это к тому, например, что толпа, стихия, может быть конструктивна, если она не революционна, но эволюционна, то есть благорасположена к Реформации не столько системы обеспечения, сколько взаимоотношений, в том числе, с теми, кто минуту тому считался "кровным врагом".
Редуктивный метод оказывается значительно полезнее в деле выявления коллективной оценки того, чем является органически существующее независимое общественное образование. Только после этого, на мой взгляд, можно приступать к проведению аналитического лечения в масштабах отдельных коллективных выборок. Прежде должно прийти осознание того, чем коллектив сам для себя является исторически, затем - трансформировать эту "явленность" в нечто более гуманное, продуктивное, актуальное, способное учитывать чужую самодостаточность как непреодолимую и равноценную собственной.
И если иррациональное "не может быть предметом науки", в чём, видимо, на момент написания глоссария автор был вполне убеждён, то необходимо либо "иррационализировать" науку либо отказаться от всех научных степеней, заслуженных психологией с начала ХХ века, либо попросту продолжать активную работу с терминологией. Не трансформируется ли контекст ratio во время причащения ir? Не актуальным ли окажется (внеочередное) указание на порядок раскрытия рационального "из", а не "вопреки" иррациональному? Ведь вполне допустимо выведение логики раскрытия абсурда, так откуда это стремление "демонизировать", простите, обабсурдеществление порядка?
Одновременно с тем, автор указывает на фундаментальную иррациональность (нахождение вне разума, а не вопреки ему, опять же) (1) научных фактов и (2) случайностей - Eine völlige rationale Erklärung eines wirklich seienden Objektes ist eine Utopie oder ein Ideal, ведь Nur ein Objekt, das gesetzt wurde, kann rational auch völlig erklärt werden. Так на чём основывается убеждённость в том, что иррациональное ненаучно, если только рациональное не является более предполагаемым с точки зрения учёного, в то время как наличие неизвестного и непостижимого - аксиоматично по природе (?)
Далее, идентификация в качестве бессознательного подражания перекликается со сложившимися (исторически) взглядами настоящей читательницы с тем, как развивается "проблема" национальной идентичности в Украине. Именно - идентичность, на мой взгляд, является до крайности суженной версией идентификации, что оправдывается исключительно вопросами управляемости и функциональности масс, признавших за собой определённую идентичность. То есть - если "идентификация есть бессознательная имитация" (unbewusste Imitation) и "имитация есть сознательное подражание" (bewusstes Nachahmen), то идентичность можно сопоставить с "паразитарным" сосуществованием на основании равно психологически здравой устоявшейся частной идентификации и идеологическом подражании. То бишь идетничность, в случае навязанности условиями существования, явление не столько культурное, сколько субкультурное (или возрастное - уточню, речь не о психологической "зрелости"); под субкультурным я понимаю влияние временное, предназначенное для трансформации превалирующих культурных смыслов, что едва ли заметным оказывается в продолжении наиболее интенсивного периодов влияния, но за счёт этого приобретающее гарантию долговременных последствий.
Юнг указывает, что Durch die Regression werden frühere Zustände wiederbelebt..die familiäre Identität - что только подкрепляет мою уверенность в том, что идентичность как таковая не является обязательным культурным компонентом (если только госаппарат не имеет намерением формирование "нации", под каковой лично мне представляется милитаристское образование, существующее за счёт решения проблем инвестирующих в него гуманитарных инициатив), если независимое государство готово к участию в международном обмене и развитии на равных с главными действущими агентами правах.
Бальзамы на душу Юнг льёт с особенной обстоятельностью.
Gassenengel и Hausteufel таки иллюстрирует "явление расщепления", но оно носит характер, на мой взгляд, принудительно-добровольный: за неимением репутации или материального базиса (в том числе власти) в обществе индивид вынужден вести себя "ангельски" либо проявлять максимальную сдержанность и незаинтересованность (что более походит на "ангельское" поведение), сочетающуюся с готовностью своевременно оказать помощь, не привязываясь при этом ни интеллектуально, ни морально к пострадавшим и другим участникам; и эта принуждённость не имеет ничего общего с памятным требованием сохранять дистанцию в полтора метра, независимо от санитарного состояния перекрывающего полфизиономии куска стилизованной под Чеширского материи. Как следствие, teufel нуждается в компенсации, и если под рукой не оказывается коуча либо самопровозглашённого Властелина скрипучих подмостков и Покорителя протёртых кресел - вынужденно "реализует" собственную неудовлетворённость через лишённые здравомыслия дискуссии с родственниками и сожительствующими на непередаваемое бытовые темы, при упоминании каковых бы и Хайдеггер завертелся как Гоголь.
По сути, engel und teufel как социальные роли, приближающиеся к, но не смешивающиеся с "детьми-родителями", опять же, имхо, не имеют в виду намерений собственных и притязаний среды, хотя систематизация, например, психологической работы с конкретными личностями требует привнесения таких связующих между персоной и персональным отношением со стороны общественности. Тот и другой могут быть отождествлены с персонажами театрального действа, у каковых целенаправленно не прописывается сверхзадача. Постановщик, согласованно со сценаристом и автором первоисточника или нет, как бы просто выпускает их из клеток и келий (ожидания) за кулисами, позволяя, поднявшись на сцену в любой приглянувшийся момент, творить осмысленный беспредел настолько свободно, насколько это могут допустить границы действия, декорации и инвентарь. Возможно, Hausengel und Gassenteufel - это своеобразные Годо или, если взять пример чуть сложнее, извержения Херцогских вулканов (La Soufrière, 1977 - поскольку в оных ролях куда больше стихийного, чем цивилизованного), происходящих в это самое время наблюдения и ожидания, однако на другом конце Вселенной ("в глубинах душ", если угодно) с точностью до наоборот.
В самом деле, выбор "персоны" и "архетипа" как терминов представляется своего рода кокетством со стороны Карла Густава. Специфичность выбора, вероятно, не осталась бы незамеченной Фрейдом - в годы предшествующие написанию монографии о кокаине (стимуляторы прежде всего стимулируют экспансивную природу эго). Можно называть это "заигрыванием с древностью" - что довольно мило, особенно в процессе прохождения "кризиса среднего возраста". Однако душа, выступающая в качестве персоны, в свою очередь, предлагающей действительности ограниченное индивидуальным опытом число личностей, в ступающих в контакт с такими же личностями, ограниченными индивидуальным опытом, контролируемым персоной, в качестве каковой выступает душа - это Филипп Дик и эксперименты с "психоделиками" (галлюциногены, в свою очередь, удерживают эго от агрессивной экспансивной политики, раскрываясь экспансии, с одной стороны, других эго, с другой - раскрывая экспансивность эго в персонах, лишённых способности и условий для раскрытия самостоятельного).
Если внешняя установка - это персона, внутренняя - анима\анимус, то что, простите за пошлость, в промежутке пребывает? Дальнейшее указание на "ограниченность существа" (unveränderlich festen und selbständigen Charakter) души не отвечает на вопрос, а только акцентирует внимание на том, что "нечто" дислоцируется между персоной и ею. Возможно, именно нечто становится жертвой социальных условий или поддаётся импульсам бессознательного - однако и тут: социальные условия чем не импульсы коллективного бессознательного в той мере, в какой они оказывают непосредственное влияние на жизненный путь индивида? Ohne Differenzierung ist Richtung unmöglich, да, но где же конец дифференциации, если только функция не является конечной и недостижимой по природе своей целью?
Опыт нам, это верно, поведать о том, чем может быть бессознательное не может. Хм. Нет, всё-таки опыт нам может поведать может, чем может быть, но не чем является, поскольку в момент формулировки бессознательное, если на миг вообразить его застывшим в ожидании оной, качественно трансформируется. Под "качественно" я понимаю не (диалектическое) перетекание в воображаемую противоположность, а что-то наподобие перемещения отдельного представителя из одного биологического вида в другой (например, фугу - сойка). Более важно, на мой взгляд, что опыт нам не может подсказать, чем бессознательное быть не может. Даже если отказаться от логически выводимого из предшествующего "закона" (бессознательное в самый момент говорения принимает форму того, чем оно, по нашим словам, не может быть), остаётся едва ли оспоримая "сущностность" бессознательного, лишённого "родного" и одновременно ежемгновенно рождающего новые и совершенствующего существующие языки. Бессознательное, в этом контексте, приближается к страдающим к��айними степенями синдрома Туретта - чисто графически его можно обозначить как неспособное оценить целительную силу "собственного" заболевания произведение одновременной, линейной истории на реакцию, вызванную сообщением о том, что заболевание неизлечимо (поскольку целительно).
Из этого выплывает необходимость компенсации: есть болезнь, предназначенная исцелять ею больного; есть больной, отказывающийся от признания за болезнью равно болезненных и исцеляющих функций, концентрируясь исключительно на навязываемой культурой (воспитанием, просвещением, социальными отношениями) временности состояния, в котором больной пребывает на протяжении одной или нескольких жизней (поколений). Компенсации требуют и Без вины виноватый пациент и Лечащий врач-узурпатор (в том числе, "семейное" доброкачественное образование где-то в районе бессознательного Сириуса), члены Комиссии по Проверке Недопроверенного в Прошлый раз, Гробовых дел мастер и Неподражаемый Лопатоглотатель, а также Падальщики-плакальщицы, Соседи по пробирке (они же Друзья детства) и многие другие, перечисление кого заняло бы ещё приблизительно 2022 утерявших свой символический вес знака.
Und doch: wann ist ein vergessener Inhalt total ausgelöscht?
Опыт чтения можно считать вразумляюще-приоткрывающим.
Не знаю, отчего Юнг не начал с "определения терминов" (это наверняка не специфика издательской избы "Харвест"), потому что ни с чего другого я начать не нахожу достаточно сил и терпения. С одной стороны, определения отчётливы в основном тексте, так что ничего эксклюзивного обнаружено не было; с другой, всё же некоторые моменты было бы положительно полезно усвоить до того, как читатель достигнет Шпиттелера.
Касаемо "чувств" (Gefühl, Fühlen), два вопроса: отождествляет ли Юнг ценности и понятия, и если да, то не должны ли ценности перестать быть понятиями для полноправного отождествления?
Спекулятивно, да, но - понятия остаются ли понятиями с содержимым (каковое тоже вынуждено включает понятия) или являются исключительно как структуры, борхесовы карты пути, который требуется преодолеть информации (мысли), чтобы стать частью или самим понятием?
Второй: апперцепции ценностей, пассивная и активная, можно ли представить в виде примера "отношения к политикам" (пассивная, чувственная интуиция) и "отношения к фотомоделям" (активное, чувственная интенция)?
При (неосуществимом) ответе важно не упускать, уважаемый Карл, Ваших собственных слов, дескать schon der Gedanke einer Klassifizierung ist intellektuell und darum dem Wesen des Gefühls incommensurabel. Какие бы Вы чувства не испытывали, отвечая на нелепый вопрос читательницы из будущего, вопрос нелепый вдвойне, потому что он мог прозвучать из уст читательницы из прошлого с тем же успехом (Лу Саломе, в кои-то веки вздохнувшей полной грудью вне общества Ницше и Рэ?), не забывайте и о том, что чувство, как разновидность суждения, предназначено не для установления логической связи, но для "субъективного принятия или отвержения" (Annehmens oder Zurückweisens).
К "фантазии и фантазмам". Требует пояснения такое вот коленце: ..je lebensunfähiger die Individualität ist, desto beschränktere soziale Gültigkeit haben die durch sie hervorgebrachten Symbole - не чересчур ли коллективистский подход, простите?
В той же степи, но через ручеёк: закономерен ли смысл?
Если нам удаётся установить закономерность смертей в тылу и на фронте, можем ли мы говорить о смысле войны?
Активная фантазия нуждается не в понимании, на мой взгляд, а во встречной и не менее активной фантазии - что требует тренировки, дисциплины, режима; понимание не требует тренировки, иначе получается простое выдрессированное соглашательство. К примеру, так развивается на официальном и социальном уровнях в чуть более цивилизованных странах "гендерный", этнический и вопросы вероисповедания. Фантазия в не на шутку активной фазе позволяет использовать 3 и более языков в качестве национальных, но фантазия в активной фазе в принципе не ставит такого вопроса - о необходимости запрещения\разрешения\ограничения. Понимание допускает табу. Более того, понимание предполагает, что табу пойдёт понимаемому (а не "понятому") на пользу - так оно станет понятнее.
В означенном столкновении активных фантазий необходимо принимает участие абстрактное "воплощение" коллектива или пассивной соратницы столкнувшихся, самореализация каковой происходит через распознание и активацию пассивных фантазий соперников, а одновременно и поддержание иллюзии соперничества, вражды, напряжения, опасности, риска дезактивации в случае если пассивное третье потеряет интерес или найдёт альтернативные пути самореализации.
К Einstellung. Указание Юнгом на безразличность степени осознанности деятельной установки, опять же, укладывается в моё (вечернее, субботнее) допущение того, что время играет куда более значимую роль при конструировании установки, чем индивидуальные реакции, требующие, сколь бы вневременными они не представлялись переживающей и сконцентрированной на преодолении их персоне.
Но почему символ является "наилучшим" обозначением для сравнительно неизвестного? Вернее, что даёт мне, как исследовательнице, утверждение изучаемого символа в качестве "наилучшего", кроме вышеупомянутой Einstellung?
Minderwertige Function. Описка получилась напоминанием о "фартинге", м-да; однако man kann sie daher passenderweise als „minderwertig“ bezeichnen und zwar in psychologischem, aber nicht in psychopathologischem Sinne об "отсталости" подчинённых функций - не просто хорошо, а ве-ли-ко-леп-но! Тем более, если при неврозе эта самая Миндерфертига частично погружается в бессознательное. Погружаясь в бессознательное, сложно не быть подчинённой. Однако неестественной оживление бессознательного при этом заставляет задуматься: Миндерфертига ли, погрузившись, спровоцировала, или Миндерфертига, погрузившись, отвлекла внимание своей подчинённостью и смиренным приятием любых инсинуаций от более деятельных процессов, функций, элементов?
Bild..es steht nie an Stelle der Wirklichkeit. Но ведь, например, "реальность" (2023) может занимать место действительности в восприятии и суждении персоны?
"Внутренний образ - это..не конгломерат", но энграмма, Semon, образованный "уплотнением" (Verdichtung) процессов по их сходству, осадок. Возможно, именно в "осадке" (Niederschlag) скрывается пояснение того, почему образ не занимает места действительности. В контексте того же («университетского») эссе, осадок не является обманом, хотя обман может оставлять осадок, который используется на следующем этапе в качестве материала для построения Картины Избавленного от Иллюзий Мира (каковая, на мой взгляд, несколько не совпадает с определением "образа", а потому имеет склонность к занятию места действительности).
Но даже при полном согласии с боди-bild-ингом Юнга, остаётся без каких-либо объяснений, что же за "место" такое, принадлежащее действительности и занимаемое в перспективе чем заблагорассудится, не считая образа? Не стоит ли отнести "место" действительности к "внепсихологическим" феноменам, даже если к физиологическим и метафизическим его отнести ещё сложнее?
Архетип удобен в том, что не поступает с предложением, хотя на него может иметься определённый спрос (Трикстер) - это большое преимущество. Так как индивидуальное влияние оказывается строго ограниченным проявлениями архетипа в сновидениях, поведенческих особенностях, жизненных перипетиях, творческой реализации - аналитик не может позволить себе "возвышаться" до родительской и наставнической роли; в то же время, не лишая себя полноценных функций "серого кардинала". Но и последний, при адекватном течении терапии, трансформируется в компонент архетипа, свойственного аналитику - то есть происходит продуктивное самоуглубление лечащего, благодаря сознанию излечимости травмированного.
Мысль (ist der durch die Analyse des Denkens bestimmte Inhalt oder Stoff der Denkfunktion) определённо напоминает что-то вроде "молока-материала процесса производства мороженого" или "сахара-материала сгущающей функции молока".
Характерно указание Юнгом на то, что либидо им самим не объясняется как некая психическая сила, но - как понятие "для обозначения интенсивностей или ценностей" (Begriff für Intensitäten oder Werte). В то же время, интенсивности и ценности следует, имхо, разграничивать, подобно активной и пассивной фантазии. Либидо как энергия предполагает питание и тех и других, вполне возможно, без необходимости адаптации под активность либо пассивность, подобно электричеству, протекающему проводом (интенсивностью), минуя стабилизатор (ценность),поступая к функционирующему за счёт такой последовательности техническому оснащению. Естественно, стабилизатор в республиках и королевствах со стабильной энергетикой может не понадобится - так, вероятно, и ценность при достигшей предельного "очищения" психике оказывается совершенно излишней (см. сайентология).
Конструктивность и редуктивность, соответственно, индивидуального и коллективного методов не вызывают сомнения. В частности, война - явление неконструктивное (даже если она и не деструктивна, как Бодрийяр, которого в Заливе не было), потому подхода к массам требует редуктивного - отсылки к многовековой борьбе с империалистическими замашками и террористическими экслибрисами соседей приграничных или припланетных. Политика, с другой стороны - конструктивный метод, прибегающий к войне в двух случаях: (а) если агенты не имеют компетенции в использовании конструктивных методов и (б) когда подотчётные массы склонны, в результате многолетней дестабилизации их существования и самой существенности, исключительно к редуктивной реакции на конструктивный метод. Оба варианта - результат планомерного формирования гражданского общества классической вертикалью. Это к тому, например, что толпа, стихия, может быть конструктивна, если она не революционна, но эволюционна, то есть благорасположена к Реформации не столько системы обеспечения, сколько взаимоотношений, в том числе, с теми, кто минуту тому считался "кровным врагом".
Редуктивный метод оказывается значительно полезнее в деле выявления коллективной оценки того, чем является органически существующее независимое общественное образование. Только после этого, на мой взгляд, можно приступать к проведению аналитического лечения в масштабах отдельных коллективных выборок. Прежде должно прийти осознание того, чем коллектив сам для себя является исторически, затем - трансформировать эту "явленность" в нечто более гуманное, продуктивное, актуальное, способное учитывать чужую самодостаточность как непреодолимую и равноценную собственной.
И если иррациональное "не может быть предметом науки", в чём, видимо, на момент написания глоссария автор был вполне убеждён, то необходимо либо "иррационализировать" науку либо отказаться от всех научных степеней, заслуженных психологией с начала ХХ века, либо попросту продолжать активную работу с терминологией. Не трансформируется ли контекст ratio во время причащения ir? Не актуальным ли окажется (внеочередное) указание на порядок раскрытия рационального "из", а не "вопреки" иррациональному? Ведь вполне допустимо выведение логики раскрытия абсурда, так откуда это стремление "демонизировать", простите, обабсурдеществление порядка?
Одновременно с тем, автор указывает на фундаментальную иррациональность (нахождение вне разума, а не вопреки ему, опять же) (1) научных фактов и (2) случайностей - Eine völlige rationale Erklärung eines wirklich seienden Objektes ist eine Utopie oder ein Ideal, ведь Nur ein Objekt, das gesetzt wurde, kann rational auch völlig erklärt werden. Так на чём основывается убеждённость в том, что иррациональное ненаучно, если только рациональное не является более предполагаемым с точки зрения учёного, в то время как наличие неизвестного и непостижимого - аксиоматично по природе (?)
Далее, идентификация в качестве бессознательного подражания перекликается со сложившимися (исторически) взглядами настоящей читательницы с тем, как развивается "проблема" национальной идентичности в Украине. Именно - идентичность, на мой взгляд, является до крайности суженной версией идентификации, что оправдывается исключительно вопросами управляемости и функциональности масс, признавших за собой определённую идентичность. То есть - если "идентификация есть бессознательная имитация" (unbewusste Imitation) и "имитация есть сознательное подражание" (bewusstes Nachahmen), то идентичность можно сопоставить с "паразитарным" сосуществованием на основании равно психологически здравой устоявшейся частной идентификации и идеологическом подражании. То бишь идетничность, в случае навязанности условиями существования, явление не столько культурное, сколько субкультурное (или возрастное - уточню, речь не о психологической "зрелости"); под субкультурным я понимаю влияние временное, предназначенное для трансформации превалирующих культурных смыслов, что едва ли заметным оказывается в продолжении наиболее интенсивного периодов влияния, но за счёт этого приобретающее гарантию долговременных последствий.
Юнг указывает, что Durch die Regression werden frühere Zustände wiederbelebt..die familiäre Identität - что только подкрепляет мою уверенность в том, что идентичность как таковая не является обязательным культурным компонентом (если только госаппарат не имеет намерением формирование "нации", под каковой лично мне представляется милитаристское образование, существующее за счёт решения проблем инвестирующих в него гуманитарных инициатив), если независимое государство готово к участию в международном обмене и развитии на равных с главными действущими агентами правах.
Бальзамы на душу Юнг льёт с особенной обстоятельностью.
Gassenengel и Hausteufel таки иллюстрирует "явление расщепления", но оно носит характер, на мой взгляд, принудительно-добровольный: за неимением репутации или материального базиса (в том числе власти) в обществе индивид вынужден вести себя "ангельски" либо проявлять максимальную сдержанность и незаинтересованность (что более походит на "ангельское" поведение), сочетающуюся с готовностью своевременно оказать помощь, не привязываясь при этом ни интеллектуально, ни морально к пострадавшим и другим участникам; и эта принуждённость не имеет ничего общего с памятным требованием сохранять дистанцию в полтора метра, независимо от санитарного состояния перекрывающего полфизиономии куска стилизованной под Чеширского материи. Как следствие, teufel нуждается в компенсации, и если под рукой не оказывается коуча либо самопровозглашённого Властелина скрипучих подмостков и Покорителя протёртых кресел - вынужденно "реализует" собственную неудовлетворённость через лишённые здравомыслия дискуссии с родственниками и сожительствующими на непередаваемое бытовые темы, при упоминании каковых бы и Хайдеггер завертелся как Гоголь.
По сути, engel und teufel как социальные роли, приближающиеся к, но не смешивающиеся с "детьми-родителями", опять же, имхо, не имеют в виду намерений собственных и притязаний среды, хотя систематизация, например, психологической работы с конкретными личностями требует привнесения таких связующих между персоной и персональным отношением со стороны общественности. Тот и другой могут быть отождествлены с персонажами театрального действа, у каковых целенаправленно не прописывается сверхзадача. Постановщик, согласованно со сценаристом и автором первоисточника или нет, как бы просто выпускает их из клеток и келий (ожидания) за кулисами, позволяя, поднявшись на сцену в любой приглянувшийся момент, творить осмысленный беспредел настолько свободно, насколько это могут допустить границы действия, декорации и инвентарь. Возможно, Hausengel und Gassenteufel - это своеобразные Годо или, если взять пример чуть сложнее, извержения Херцогских вулканов (La Soufrière, 1977 - поскольку в оных ролях куда больше стихийного, чем цивилизованного), происходящих в это самое время наблюдения и ожидания, однако на другом конце Вселенной ("в глубинах душ", если угодно) с точностью до наоборот.
В самом деле, выбор "персоны" и "архетипа" как терминов представляется своего рода кокетством со стороны Карла Густава. Специфичность выбора, вероятно, не осталась бы незамеченной Фрейдом - в годы предшествующие написанию монографии о кокаине (стимуляторы прежде всего стимулируют экспансивную природу эго). Можно называть это "заигрыванием с древностью" - что довольно мило, особенно в процессе прохождения "кризиса среднего возраста". Однако душа, выступающая в качестве персоны, в свою очередь, предлагающей действительности ограниченное индивидуальным опытом число личностей, в ступающих в контакт с такими же личностями, ограниченными индивидуальным опытом, контролируемым персоной, в качестве каковой выступает душа - это Филипп Дик и эксперименты с "психоделиками" (галлюциногены, в свою очередь, удерживают эго от агрессивной экспансивной политики, раскрываясь экспансии, с одной стороны, других эго, с другой - раскрывая экспансивность эго в персонах, лишённых способности и условий для раскрытия самостоятельного).
Если внешняя установка - это персона, внутренняя - анима\анимус, то что, простите за пошлость, в промежутке пребывает? Дальнейшее указание на "ограниченность существа" (unveränderlich festen und selbständigen Charakter) души не отвечает на вопрос, а только акцентирует внимание на том, что "нечто" дислоцируется между персоной и ею. Возможно, именно нечто становится жертвой социальных условий или поддаётся импульсам бессознательного - однако и тут: социальные условия чем не импульсы коллективного бессознательного в той мере, в какой они оказывают непосредственное влияние на жизненный путь индивида? Ohne Differenzierung ist Richtung unmöglich, да, но где же конец дифференциации, если только функция не является конечной и недостижимой по природе своей целью?
Опыт нам, это верно, поведать о том, чем может быть бессознательное не может. Хм. Нет, всё-таки опыт нам может поведать может, чем может быть, но не чем является, поскольку в момент формулировки бессознательное, если на миг вообразить его застывшим в ожидании оной, качественно трансформируется. Под "качественно" я понимаю не (диалектическое) перетекание в воображаемую противоположность, а что-то наподобие перемещения отдельного представителя из одного биологического вида в другой (например, фугу - сойка). Более важно, на мой взгляд, что опыт нам не может подсказать, чем бессознательное быть не может. Даже если отказаться от логически выводимого из предшествующего "закона" (бессознательное в самый момент говорения принимает форму того, чем оно, по нашим словам, не может быть), остаётся едва ли оспоримая "сущностность" бессознательного, лишённого "родного" и одновременно ежемгновенно рождающего новые и совершенствующего существующие языки. Бессознательное, в этом контексте, приближается к страдающим к��айними степенями синдрома Туретта - чисто графически его можно обозначить как неспособное оценить целительную силу "собственного" заболевания произведение одновременной, линейной истории на реакцию, вызванную сообщением о том, что заболевание неизлечимо (поскольку целительно).
Из этого выплывает необходимость компенсации: есть болезнь, предназначенная исцелять ею больного; есть больной, отказывающийся от признания за болезнью равно болезненных и исцеляющих функций, концентрируясь исключительно на навязываемой культурой (воспитанием, просвещением, социальными отношениями) временности состояния, в котором больной пребывает на протяжении одной или нескольких жизней (поколений). Компенсации требуют и Без вины виноватый пациент и Лечащий врач-узурпатор (в том числе, "семейное" доброкачественное образование где-то в районе бессознательного Сириуса), члены Комиссии по Проверке Недопроверенного в Прошлый раз, Гробовых дел мастер и Неподражаемый Лопатоглотатель, а также Падальщики-плакальщицы, Соседи по пробирке (они же Друзья детства) и многие другие, перечисление кого заняло бы ещё приблизительно 2022 утерявших свой символический вес знака.
Und doch: wann ist ein vergessener Inhalt total ausgelöscht?
March 10, 2024
Remarkable (as expected)
Read
December 10, 2021thesis book 1
July 5, 2024
Förhoppningsvis början på en lång resa som en Jungfrau… myers briggs but make it academic 💋
February 15, 2018
Jung is just ridiculous. There is no causality and conditionality. Before the chapter X. General description of the types, there are no examples of his own observations, it simply discusses the opinions and conclusions of the others, and he even proud of himself, that the opinion of the others matches with his own. And where did he got his own opinions, if not from the examples of these authors? Who have been existed before him? ohh.. come on... I understand that he draws conclusions from the types of judgments and works of some authors who before him have already given some definitions about the types of people. And he just put everything together. As if he had already taken existing types and simply gave them other names. If there will never have been Jordan, Spitteler or William James and their explanations, there will be no Jung book about the psychological types altogether. So, as I had already got acquainted with his other works before, and now as I read his other book alongside "psychological types", I can say that he (his worldview) is like a guru or esoteric, or someone like them. His types for me, like astrological divisions by the 12th signs of the zodiac. Many people believes them...
For me it is generally impossible to identify people by specific types. Everyone has all types in them, only depending on the situation and on their perception of the world, they can react accordingly. And much depends on their level of consciousness and intellect. It is generally not possible to compare him with Freud. If you wanted to compare Schopenhauer and Nietzsche. And in this book, it seemed to me, that he wants to philosophize as Nietzsche, but he does not succeed. How wondrously and diligently he wants to show how clever he is. This book is more bearable than "The Man and His Symbols". It is as if the opposite of the judgments of Nietzsche's book "Will to Power" . And in the book that I'm still reading (the development of personality), he judges by the psychology of the child based on only ONE case, and from these judgments he generalizes the whole psychology of children. I'm just in shock. What the hell?? He is like a priest, only with a psychological education. He temporarily applies a soothing balm to a sore spot, but this will not treate the main cause of the disease.... Ahhh get lost Jung, i'm done with you.I am getting nausea by hearing anything about him.
For me it is generally impossible to identify people by specific types. Everyone has all types in them, only depending on the situation and on their perception of the world, they can react accordingly. And much depends on their level of consciousness and intellect. It is generally not possible to compare him with Freud. If you wanted to compare Schopenhauer and Nietzsche. And in this book, it seemed to me, that he wants to philosophize as Nietzsche, but he does not succeed. How wondrously and diligently he wants to show how clever he is. This book is more bearable than "The Man and His Symbols". It is as if the opposite of the judgments of Nietzsche's book "Will to Power" . And in the book that I'm still reading (the development of personality), he judges by the psychology of the child based on only ONE case, and from these judgments he generalizes the whole psychology of children. I'm just in shock. What the hell?? He is like a priest, only with a psychological education. He temporarily applies a soothing balm to a sore spot, but this will not treate the main cause of the disease.... Ahhh get lost Jung, i'm done with you.I am getting nausea by hearing anything about him.
September 27, 2024
Carl Jung’s "Psychological Types" represents a pioneering framework for understanding the human psyche, outlining distinct personality types that have resonated in psychology ever since. Written in 1921, but stemming from observations Jung made as early as 1913, this groundbreaking work introduced concepts that would become central to modern psychology, particularly the distinction between introversion and extroversion. Jung's development of psychological types emerged from his deep exploration of the unconscious and his aim to map the unseen aspects of our personalities. These ideas are not just academic concepts; they offer a practical roadmap to understanding ourselves and our relationships.
The foundation of Jung's theory begins with his classification of people into introverts and extroverts, based on how individuals interact with and are energized by the world. Extroverts thrive on social interactions, like Sarah at a party, who feels energized by talking to everyone, while introverts like Michael prefer solitude to recharge after such events. These tendencies, Jung noticed, are not rigid but represent the preferred modes of behavior. Beyond this basic dichotomy, Jung’s theory expands into four cognitive functions: thinking, feeling, sensation, and intuition. Each person has a dominant function that directs how they make decisions and process information. These functions play out in diverse ways, illustrated by how different detectives might approach a crime scene, from relying on senses to gut instincts or logical deductions.
Jung’s insight that individuals gravitate towards certain cognitive preferences while using all functions to varying degrees promotes self-awareness. The ability to recognize and understand these patterns, both in ourselves and others, opens pathways to improved communication and deeper relationships. Jung saw his theory of psychological types not just as a personality framework, but as a tool for fostering empathy and personal growth, giving rise to many personality assessments that are now commonplace. His work calls us to a deeper understanding of how we perceive the world and how that influences our interactions.
A significant aspect of Jung’s theory is the unconscious, which he likened to an iceberg with most of its mass hidden beneath the surface. While Freud had already explored the unconscious, Jung delved deeper by dividing it into the personal and collective unconscious. The personal unconscious consists of forgotten memories and repressed experiences unique to the individual, while the collective unconscious, a revolutionary concept, is shared among all humans. It consists of archetypes—universal symbols and themes that recur in myths, dreams, and cultural stories. For instance, the hero’s journey, seen in characters like Odysseus and Luke Skywalker, resonates deeply because it taps into these archetypal patterns.
Jung believed that by acknowledging and integrating the unconscious, individuals could achieve what he called individuation—a process of becoming whole. He warned that ignoring unconscious forces often leads to their manifestation in unpredictable ways, as fate seemingly conspires against us. This is where Jung’s dream analysis comes into play. Dreams, he proposed, offer symbolic insights into the unconscious, providing guidance for the individuation process. A recurring dream about being lost in a maze might suggest internal confusion or an unaddressed need to explore different life paths. By interpreting such symbols, one can bring unconscious material into consciousness, aiding personal development.
Jung saw individuation as the ultimate goal of human life. It is the journey of integrating all aspects of the self, including those hidden in the shadow—the parts we often reject. The shadow is not inherently negative, but it represents the repressed aspects of our personalities that we find uncomfortable. For instance, a person who prides themselves on being rational might suppress their emotional side, and only by confronting this shadow can they become more authentic. Jung believed that facing the shadow required moral courage, but doing so would lead to personal growth and a more balanced life. This process is not just about individual psychology; it involves a connection to the collective unconscious, where mythological and universal themes inform our understanding of ourselves and the world.
The idea of individuation also has practical implications in relationships. Jung observed that psychological types greatly influence how we relate to others. Relationships often thrive on the balance between opposites. For example, introverted and extroverted partners may complement each other’s strengths, but understanding and navigating these differences is crucial for harmony. When two people with contrasting types come together, they may initially struggle to understand each other. However, with awareness of their psychological tendencies, they can appreciate the value in their partner’s approach. A relationship between a thinking type and a feeling type, for example, can offer a balance between logic and empathy, but only if both individuals respect their differences. Jung’s framework helps individuals embrace not only their personal tendencies but also those of the people they care about, fostering richer, more meaningful connections.
Finally, Jung’s exploration of the four cognitive functions—thinking, feeling, sensation, and intuition—provides a practical guide for self-understanding. Each function represents a different way of processing the world, and though individuals may have a dominant function, Jung emphasized the importance of developing all four. A thinking type, who excels at logic and analysis, might benefit from cultivating their feeling side to enhance emotional intelligence. Similarly, an intuitive type may learn from a sensation type’s attention to detail, grounding abstract ideas in concrete realities. Jung’s psychological types encourage a lifelong journey of personal growth, urging us to explore the aspects of ourselves that may be underdeveloped or neglected.
In conclusion, Carl Jung’s "Psychological Types" offers a transformative lens through which we can better understand ourselves and others. By introducing the concepts of introversion, extroversion, and the four cognitive functions, Jung provided a roadmap for personal development and self-discovery. His insights into the unconscious, the shadow, and the process of individuation invite us to embark on a journey toward authenticity and wholeness. Through this journey, we not only enrich our own lives but also enhance our relationships, fostering empathy, understanding, and connection. Jung’s work remains a profound tool for navigating the complexities of human nature and offers timeless wisdom for those seeking to explore the depths of the psyche.
The foundation of Jung's theory begins with his classification of people into introverts and extroverts, based on how individuals interact with and are energized by the world. Extroverts thrive on social interactions, like Sarah at a party, who feels energized by talking to everyone, while introverts like Michael prefer solitude to recharge after such events. These tendencies, Jung noticed, are not rigid but represent the preferred modes of behavior. Beyond this basic dichotomy, Jung’s theory expands into four cognitive functions: thinking, feeling, sensation, and intuition. Each person has a dominant function that directs how they make decisions and process information. These functions play out in diverse ways, illustrated by how different detectives might approach a crime scene, from relying on senses to gut instincts or logical deductions.
Jung’s insight that individuals gravitate towards certain cognitive preferences while using all functions to varying degrees promotes self-awareness. The ability to recognize and understand these patterns, both in ourselves and others, opens pathways to improved communication and deeper relationships. Jung saw his theory of psychological types not just as a personality framework, but as a tool for fostering empathy and personal growth, giving rise to many personality assessments that are now commonplace. His work calls us to a deeper understanding of how we perceive the world and how that influences our interactions.
A significant aspect of Jung’s theory is the unconscious, which he likened to an iceberg with most of its mass hidden beneath the surface. While Freud had already explored the unconscious, Jung delved deeper by dividing it into the personal and collective unconscious. The personal unconscious consists of forgotten memories and repressed experiences unique to the individual, while the collective unconscious, a revolutionary concept, is shared among all humans. It consists of archetypes—universal symbols and themes that recur in myths, dreams, and cultural stories. For instance, the hero’s journey, seen in characters like Odysseus and Luke Skywalker, resonates deeply because it taps into these archetypal patterns.
Jung believed that by acknowledging and integrating the unconscious, individuals could achieve what he called individuation—a process of becoming whole. He warned that ignoring unconscious forces often leads to their manifestation in unpredictable ways, as fate seemingly conspires against us. This is where Jung’s dream analysis comes into play. Dreams, he proposed, offer symbolic insights into the unconscious, providing guidance for the individuation process. A recurring dream about being lost in a maze might suggest internal confusion or an unaddressed need to explore different life paths. By interpreting such symbols, one can bring unconscious material into consciousness, aiding personal development.
Jung saw individuation as the ultimate goal of human life. It is the journey of integrating all aspects of the self, including those hidden in the shadow—the parts we often reject. The shadow is not inherently negative, but it represents the repressed aspects of our personalities that we find uncomfortable. For instance, a person who prides themselves on being rational might suppress their emotional side, and only by confronting this shadow can they become more authentic. Jung believed that facing the shadow required moral courage, but doing so would lead to personal growth and a more balanced life. This process is not just about individual psychology; it involves a connection to the collective unconscious, where mythological and universal themes inform our understanding of ourselves and the world.
The idea of individuation also has practical implications in relationships. Jung observed that psychological types greatly influence how we relate to others. Relationships often thrive on the balance between opposites. For example, introverted and extroverted partners may complement each other’s strengths, but understanding and navigating these differences is crucial for harmony. When two people with contrasting types come together, they may initially struggle to understand each other. However, with awareness of their psychological tendencies, they can appreciate the value in their partner’s approach. A relationship between a thinking type and a feeling type, for example, can offer a balance between logic and empathy, but only if both individuals respect their differences. Jung’s framework helps individuals embrace not only their personal tendencies but also those of the people they care about, fostering richer, more meaningful connections.
Finally, Jung’s exploration of the four cognitive functions—thinking, feeling, sensation, and intuition—provides a practical guide for self-understanding. Each function represents a different way of processing the world, and though individuals may have a dominant function, Jung emphasized the importance of developing all four. A thinking type, who excels at logic and analysis, might benefit from cultivating their feeling side to enhance emotional intelligence. Similarly, an intuitive type may learn from a sensation type’s attention to detail, grounding abstract ideas in concrete realities. Jung’s psychological types encourage a lifelong journey of personal growth, urging us to explore the aspects of ourselves that may be underdeveloped or neglected.
In conclusion, Carl Jung’s "Psychological Types" offers a transformative lens through which we can better understand ourselves and others. By introducing the concepts of introversion, extroversion, and the four cognitive functions, Jung provided a roadmap for personal development and self-discovery. His insights into the unconscious, the shadow, and the process of individuation invite us to embark on a journey toward authenticity and wholeness. Through this journey, we not only enrich our own lives but also enhance our relationships, fostering empathy, understanding, and connection. Jung’s work remains a profound tool for navigating the complexities of human nature and offers timeless wisdom for those seeking to explore the depths of the psyche.
February 17, 2009
Admittedly a very important book - probably Jung's most important work, and by far his most accepted "legacy" in the wider field of Psychology. Also highly influential in the way people approach the world. I would have given it 5 stars, if it were not for its intense LAG the first 260ish pages. In an attempt to review introversion/extraversion in various related and nonrelated fields, he wanders and meanders, and the reader is like to get lost in his ruminations. I was able to engross myself in the stuff he said about Gnosticism, Christian History, Grail Mythology, and Neitzche, but I found myself totally lost when he talked about Schiller, various forms of Poetry, and other subjects that I had absolutely no familiarity with. I couldn't help but think this 260 pages could have been summed up appropriately in 50-100 pages, and he could have moved on with his theory, giving more time and energy to the actual types. 4 stars because of its legacy, but no more because of the confusing style.
December 11, 2008
One of the most important books by psychologist Carl Jung. The basis for the theory of psychological types. The basis for Meyers Briggs and a number of other, in my opinion, less accurate, but more popular, theories of types. The foundation for the notions of extraversion and introversion, which are mainstream notions today. The book is a bit hard to read, though easier than some of Jung's works, and the core of the type theory section is really only about 75 pages in the middle of the book and can stand alone. His examples are good and the theory can be diagrammed as a series of diagrams. Understanding this theory of types can be a revelation about people you know and how and why that act as they do.
March 25, 2015
Limited by the Kantian worldview, Jung supposes psychology to be the defining science in the study of the human person, and thus precludes the possibility of there being something higher than the psyche in the nature of man. Nevertheless, Jung himself acknowledges that psychology pertains purely to the psyche, and proceeds accordingly, analyzing the problem of opposing types & functions first from the perspective of past poets & philosophers (recontextualizing them psychologically), and then from his own experience. A highly useful text that sheds light on man's inner operations.
Displaying 1 - 30 of 171 reviews