The Worlds of Russian Village Women: Tradition, Transgression, Compromise

by Laura J. Olson, Svetlana Adonyeva

Russian rural women have been depicted as victims of oppressive patriarchy, celebrated as symbols of inherent female strength, and extolled as the original source of a great world culture. Throughout the years of collectivization, industrialization, and World War II, women played major roles in the evolution of the Russian village. But how do they see themselves? What do their stories, songs, and customs reveal about their values, desires, and motivations?
    Based upon nearly three decades of fieldwork, from 1983 to 2010, The Worlds of Russian Rural Women follows three generations of Russian women and shows how they alternately preserve, discard, and rework the cultural traditions of their forebears to suit changing needs and self-conceptions. In a major contribution to the study of folklore, Laura J. Olson and Svetlana Adonyeva document the ways that women's tales of traditional practices associated with marriage, childbirth, and death reflect both upholding and transgression of social norms. Their romance songs, satirical ditties, and healing and harmful magic reveal the complexity of power relations in the Russian villages.

Table of
Tradition, Transgression, Compromise
1 Traditions of Patriarchy and the Missing Female Voice in Russian Folklore Scholarship
2 Age and Gender Status and Structure and History
3 Subjectivity and the Relational Self in Russian Village Women's Stories of Courtship and Marriage
4 The Pleasure, Power, and Nostalgia of Twentieth-Century Singing Traditions and Women's Identity Construction
5 Transgression as Communicative Rural Women's Chastushki
6 Magical Forces and the Symbolic Resources of Motherhood
7 Magic, Control, and Social Roles
8 Constructing Identity in Stories of the Other World
9 Death, the Dead, and Memory-Keepers
Conclusion

Genres: Nonfiction, Feminism, History, Russian History, Anthropology

368 pages, Paperback

First published January 1, 2013

Reviews

[Alexandra · Rating 4 out of 5]

Я прочитала две книги Адоньевой подряд, но одной из них - "Категория ненастоящего времени" - на GoodReads пока нет, поэтому напишу одно ревью на обе.

Первое, что надо понимать, берясь за книги Адоньевой - они не только не художественные, это даже не науч. поп. Это в чистом виде научная литература, которую непосвященному тяжело иногда читать. Много сленга, много сложных построений фраз, отсылки на авторов, о которых неспециалист (вроде меня) никогда не слышал. Но содержание того стоит.

В "Категории ненастоящего времени" меня поразило, что можно аналитически подходить к современному фольклору. Вместо того, чтобы ехать в Новую Зеландию или Зимбабве, можно прямо на месте, в родном городе, изучать девчоночьи дневники и детские стишки из серии "маленький мальчик нашел пулемет" (это реально один из примеров в книге) и на их основе делать какие-то выводы, рассуждать о мифологии пионерии, к примеру. Это вроде бы очевидная, но какая-то совершенно неожиданная для меня мысль оказалась. И все это вместе - антропология, ни много, ни мало. Там замечательные очерки о том, как (и какие) авторские вещи начинают считать фольклором, как можно создавать новый фольклор с помощью государственной пропаганды, как дети отвечают на эту пропаганду с помощью издевательских стишков (берущих начало, видимо, от частушек). Это небольшой сборник очерков, очень тяжеловесно написанный, словно автор пытается доказать самой себе, что это серьезное исследование, а не шутка. Очень было бы здорово, если б это все написать более читабельным языком и для массового читателя.

"Традиция, трансгрессия, компромисс" - это тоже научный труд, только тут в роли "Новой Зеландии" выступает русская деревня. Полевые исследования, интервью (а у читателя в моем лице подспудно мысль, что у меня самой бабушка из такой вот деревни, и половину данных из этих интервью я уже слышала, и не раз). Книга написано в соавторстве, и судя по всему, Олсон смягчила тяжеловесный стиль Адоньевой (мне так показалось). Но все равно оборотов в духе "частушечный фрейм коммуникации" хватает.
Было очень интересно взглянуть на русскую культуру со стороны. Ощущение, как при чтении фантастики - твой личный быт описывается глазами инопланетян, которым все любопытно. А почему так? А что это? Почему русские женщины поют, как это перекликается с любовью к сериалам. Откуда идет конфликт между свекровями и невестками, всегда ли так обстояло дело. Роль женщины рассматривается не в традиционно патриархальном, но и не в современном либерально-феминистическом ключе. Это не о тяжкой судьбе и не о месте женщины в мире. Это о том, как люди жили и как они сами себе свою жизнь объясняли. И очень многое из этого вполне релевантно и для современной вполне себе городской женщины.

[Inna · Rating 5 out of 5]

A feminist ethnography of a Russian village, with an emphasis on women's hierarchical structures.

[Alexandria · Rating 4 out of 5]

This is a fantastic book for folklorists. It could be confusing and a bit dense for new folklorists or people interested in folklore as a hobby, and might require some prior reading to understand some of the methods and theories.

[Laura Davis · Rating 5 out of 5]

Outstanding research and presentation

[Mills College Library]

305.40947 O526 2012