What do you think?
Rate this book
Сестра печали
С первых до последних дней войны Вадим Шефнер, замечательный поэт и прозаик, потомственный петербуржец, был на фронте. Его повесть «Сестра печали», рассказывающая о большой любви и большой войне, принадлежит к золотым страницам русской прозы.
352 pages, Paperback
First published January 1, 1968
About the author
Vadim Shefner
35 books8 followersВ.С. Шефнер родился 30 декабря 1914 года (12 января 1915) в Петрограде в семье пехотного офицера. Является внуком Алексея Карловича Шефнера, капитан-лейтенанта, основателя порта Владивосток.
Почти всё детство и юность провёл в Петрограде-Ленинграде. Но в 1921 году семья уехала в Старую Руссу к месту службы отца. После смерти отца от чахотки Вадим Шефнер вместе с матерью-воспитательницей жил при детском доме в Старой Руссе, спустя некоторое время вернулся в Петроград. После школы окончил ФЗУ, в 1930-е годы был рабочим на различных ленинградских заводах.
В первые месяцы Великой Отечественной войны был рядовым в батальоне аэродромного обслуживания под Ленинградом, с 1942 года — фронтовой корреспондент газеты Ленинградского фронта «Знамя победы», закончил войну в звании старшего лейтенанта. Член ВКП(б) с 1945 года.
Умер 5 января 2002 года в Санкт-Петербурге. Отпевание прошло во Владимирском соборе 8 января. Согласно воле писателя, гражданской панихиды и прощальных речей не было. Похоронен на Кузьмоловском кладбище (Всеволожский район, Ленинградская область).
Почти всё детство и юность провёл в Петрограде-Ленинграде. Но в 1921 году семья уехала в Старую Руссу к месту службы отца. После смерти отца от чахотки Вадим Шефнер вместе с матерью-воспитательницей жил при детском доме в Старой Руссе, спустя некоторое время вернулся в Петроград. После школы окончил ФЗУ, в 1930-е годы был рабочим на различных ленинградских заводах.
В первые месяцы Великой Отечественной войны был рядовым в батальоне аэродромного обслуживания под Ленинградом, с 1942 года — фронтовой корреспондент газеты Ленинградского фронта «Знамя победы», закончил войну в звании старшего лейтенанта. Член ВКП(б) с 1945 года.
Умер 5 января 2002 года в Санкт-Петербурге. Отпевание прошло во Владимирском соборе 8 января. Согласно воле писателя, гражданской панихиды и прощальных речей не было. Похоронен на Кузьмоловском кладбище (Всеволожский район, Ленинградская область).
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 12 of 12 reviews
January 7, 2014
Книга не про блокаду. Длится неспешный 1940 год, и все, конечно, знают, что будет с городом уже к декабрю 1941-и не верится. Это как проклятые две реальности, и ни от одной не отвернуться, и обе больные (вот они рвут сирень-а дальше, дальше?) История Шефнера-история многих, но история очень камерная, очень лирическая и глубоко интимная-временами неловко и хочется отвернуться и перелистнуть.
И я теперь думаю:а кому лучше? Тем, кто погиб в том заледенелом голодном городе, или тем, кто выжил? И не могу ответить.
И я теперь думаю:а кому лучше? Тем, кто погиб в том заледенелом голодном городе, или тем, кто выжил? И не могу ответить.
November 20, 2022
Лучшая книга в этом году, хоть и очень тяжело на душе после прочитанного.
February 11, 2026
В поисках художественной книги о блокаде натолкнулся на рекомендацию прочесть повесть Вадима Шефнера "Сестра печали".
Шефнер — советский и российский писатель из Петербурга/Ленинграда, заставший и Российскую империю, и СССР, и современную Россию. Его дед, генерал-лейтенант по флоту А. К. Шефнер, был первостроителем Владивостока. Именем деда названы улицы во Владивостоке и Находке, мыс в заливе Находка.
Повесть Шефнера хоть и художественная, но, конечно, в её основе личные впечатления автора о войне. Детали биографии Шефнера распределены между тремя друзьями-детдомовцами, жителями "изразцово-плиточной комнаты": страсть к поэзии и детское прозвище достались Володе, невидящий глаз и белый билет — Косте, опыт работы кочегаром по обжигу фарфора и служба в батальоне аэродромного обслуживания — главному герою Толе.
Собственно, описания блокады в книге мало. Большая часть событий происходит в 1940 году. Однако это в полной мере блокадная книга. Ужас того времени передаётся читателю через его постзнание: читая про Ленинград 40-го — начала 41-го годов, он, в отличие от героев, знает, что произойдёт дальше. В 2026 году чтение "Сестры печали" вновь и вновь наталкивает на мысль о том, как хрупок мир, как мелки мы, отдельные люди, в нём и как молот мировой истории может внезапно выдернуть человека из "коробки" бытия и начать вбивать его как гвоздь в казарму, в товарный вагон, в траншею.
Что будет там, за поворотом, в будущем? Человеку хочется верить, что дальше будет лучше. А потом он — в позиции бога по отношению к героям со своим постзнанием — читает следующее:
И вот пришло большое горе, война, и человека как щепку увлёк водоворот мировых событий. Спрятаться, сбежать? Человек, не случайно появившийся на Земле, никуда не бежит, участвует в жизни и делает, что должно, а там будет, как будет:
Герои повести именно так и рассуждают: кроме них никто не оградит эту землю. Они хозяева земли, они деятельные субъекты госстроительства. И им прилагать усилия к выправлению ситуации.
Вновь, как и во многих советских книгах (да так и было в жизни) на первый план выступает общее дело. И долг советского гражданина — отдать себя во имя Родины. Да, это результат сработавшей государственной пропаганды. Но это была пропаганда, имевшая в своей основе здравое зерно. И люди, «обработанные» ею, именно что принимали её здравую основу, соглашались с ней, отмечая при этом все имевшиеся перекосы. Потому в техникуме, где учится главный герой, не любят чрезмерного активиста Бормаковского. Потому весь техникум собирается на похоронах погибшего в советско-финскую войну товарища, проигнорировав «рекомендацию» директора не делать этого.
Примечательно, что в повести не описаны какие-то геройские поступки ни Толика "Чухны", ни его друга Кости, ни Лёли. Все они просто делают то, что должны делать, и делают на совесть. Преобладание в стране именно таких людей и помогло стране выиграть войну. Гитлера победил хороший человек.
Шефнер — советский и российский писатель из Петербурга/Ленинграда, заставший и Российскую империю, и СССР, и современную Россию. Его дед, генерал-лейтенант по флоту А. К. Шефнер, был первостроителем Владивостока. Именем деда названы улицы во Владивостоке и Находке, мыс в заливе Находка.
Повесть Шефнера хоть и художественная, но, конечно, в её основе личные впечатления автора о войне. Детали биографии Шефнера распределены между тремя друзьями-детдомовцами, жителями "изразцово-плиточной комнаты": страсть к поэзии и детское прозвище достались Володе, невидящий глаз и белый билет — Косте, опыт работы кочегаром по обжигу фарфора и служба в батальоне аэродромного обслуживания — главному герою Толе.
Собственно, описания блокады в книге мало. Большая часть событий происходит в 1940 году. Однако это в полной мере блокадная книга. Ужас того времени передаётся читателю через его постзнание: читая про Ленинград 40-го — начала 41-го годов, он, в отличие от героев, знает, что произойдёт дальше. В 2026 году чтение "Сестры печали" вновь и вновь наталкивает на мысль о том, как хрупок мир, как мелки мы, отдельные люди, в нём и как молот мировой истории может внезапно выдернуть человека из "коробки" бытия и начать вбивать его как гвоздь в казарму, в товарный вагон, в траншею.
Что будет там, за поворотом, в будущем? Человеку хочется верить, что дальше будет лучше. А потом он — в позиции бога по отношению к героям со своим постзнанием — читает следующее:
— Ну, ребята, за Новый год! Чтоб ничего такого, чтоб всё хорошо было в сорок первом! — Кондуктор оглянулся по сторонам, сделал несколько изрядных глотков, отёр горлышко рукой. Бутылка пошла по второму кругу.
Первый человек, которого мы встретили в Новом году, это трёхцветная счастьеприносящая кошка.Вывод напрашивается сам собой: наступивший новый одна тысяча девятьсот сорок первый год обещает быть счастливым.
И вот пришло большое горе, война, и человека как щепку увлёк водоворот мировых событий. Спрятаться, сбежать? Человек, не случайно появившийся на Земле, никуда не бежит, участвует в жизни и делает, что должно, а там будет, как будет:
Говорю вам: война — сестра печали, и многие из вас не вернутся под сень кровли своей. Но идите. Ибо кто, кроме вас, оградит землю эту.
Герои повести именно так и рассуждают: кроме них никто не оградит эту землю. Они хозяева земли, они деятельные субъекты госстроительства. И им прилагать усилия к выправлению ситуации.
Меня воспитало государство, и я должен за него стоять. Родителей у нас нет, всем на нас наплевать было, мы без государства бы с голоду под забором подохли, а государство нас выручило. И мы, детдомовские, должны на всякое дело идти в первую очередь. Другие — как там хотят, а мы должны в первую очередь.
Вновь, как и во многих советских книгах (да так и было в жизни) на первый план выступает общее дело. И долг советского гражданина — отдать себя во имя Родины. Да, это результат сработавшей государственной пропаганды. Но это была пропаганда, имевшая в своей основе здравое зерно. И люди, «обработанные» ею, именно что принимали её здравую основу, соглашались с ней, отмечая при этом все имевшиеся перекосы. Потому в техникуме, где учится главный герой, не любят чрезмерного активиста Бормаковского. Потому весь техникум собирается на похоронах погибшего в советско-финскую войну товарища, проигнорировав «рекомендацию» директора не делать этого.
Примечательно, что в повести не описаны какие-то геройские поступки ни Толика "Чухны", ни его друга Кости, ни Лёли. Все они просто делают то, что должны делать, и делают на совесть. Преобладание в стране именно таких людей и помогло стране выиграть войну. Гитлера победил хороший человек.
September 25, 2013
Это очень хорошая книга. Это Литература. Рекомендую. Это история о годе перед войной (2 мировая), о Ленинграде и о любви, о том как никто не верил, что будет война. Все очень по-настоящему. Многие события в книге автобиографичны. Шефнер для меня был неизвестным автором, по отзывам - мастером "бытовой" фантастики. Эту книгу автор считал свой лучшей (по мнению википедии).
December 18, 2020
Этот шедевр. Книга написана в духе "Трёх товарищей", но она круче, так как контекст понятнее, роднее. A must.
June 11, 2017
Довольно быстро в процессе чтения романа стало понятно, что просчётом было решение прочитать перед тем ряд рассказов, которые идут в сборнике непосредственно перед "Сестрой печали". Это "Черта города", "Наследница", "Неведомый друг" и "Дальняя точка". В каждом из них также рассказано о войне. При этом рассказано как бы немного со стороны - хотя у 3 из них главными действующими лицами являются солдаты, но за все 4 рассказа, если не ошибаюсь, ими, главными героями, совершено всего пару выстрелов. Но вот как раз именно этот метод невовлечения в боевые действия и оказывается ключевым в итоговом сильнейшем впечатлении, произведенным этими рассказами. Мы не видим войны непосредственно - где-то в далеке бухают разрывы артиллерийского огня или бомбардировочного удара, или уже отбухало и мы стоим у черты, но врага лицом к лицу мы нигде не видим, только где-то в дымке, неясными тенями. Но тем не менее ощущение реальности войны, врага, потерь чрезвычайно сильное. В этом плане как раз-таки все сцены романа "Сестра печали", непосредственно описывающие военные действия, кажутся немного лишними и воспринимаются чем-то вроде отходняка от наркоза после операции - "болит" до операции и после неё, но не во время оной. А болит сильно, чего уж там.
Роман начинается издалека - где-то за год до войны, но уже тогда ощущается грядущая большая Война ("малая" финская заканчивается на первых главах романа). Это предчувствие витает даже в среде учащихся техникума. Мы внимательно наблюдаем хоть и немного тревожную, но всё же мирную жизнь группы молодых людей. В основном, действия мирной части проходят на Васильевском острове Ленинграда, где молодёжь проживут обычную для своего возраста жизнь - немного выпивают, много курят, крепко дружат, как-то влюбляются. А потом приходит война, которая остаётся с каждым до последнего абзаца их жизни сколько бы она, эта самая жизнь, не длилась.
Впечатляет сколь всё чрезвычайно реалистично описано, я до последнего момента думал, что это полностью автобиографичный роман, настолько всё объемно. Этой мысли без сомнения способствовал вроде нехитрый, но столь естественно мощный в данном случае приём ведения рассказа от первого лица. По прочтении, я даже не удержался и погуглил биографию Шефнера. Но нет, судя по всему, большинство событий, непосредственно не связанных с войной - плод сочинительства. Из общего с романом нашёлся только факт того, что он некоторое время жил в детском доме, но нет, не потому что был беспризорником, просто в тот период его мама работала там воспитательницей. Хотя определённая доля автобиографии в романе всё же присутствует - это отдельные черты характера автора, распределённые между 4-кой друзей. Да и многие факты военной части романа, Шефнер прожил самолично, за что и получил ряд весомых наград.
Отдельной, особо тронувшей меня частью, были взаимоотношения двоих. Настолько простого в самом лучшем смысле этого слова, по-хорошему наивного, но от того ещё более трогательного и душевного описания, как у Шефнера я не встречал, как минимум, давно.
А последний абзац упал на грудь тяжёлым грузом, который будет быстро не смахнуть.
В Санкт-Петербурге буквально пару лет назад появилась улица Вадима Шефнера, хоть и в новостройках, но хорошо, что на Васильевском острове - как сам Шефнер писал: "Васин остров для меня - пуп Земли и центр Вселенной". Как и для главных героев "Сестры печали". И роман о них - об авторе, его героях и миллионах людей, которые жили, дружили и любили, но которым пришлось испить сполна горькой воды в печальных колодцах войны. И они идут пить. Идут, потому что кто, если не они?..
Роман начинается издалека - где-то за год до войны, но уже тогда ощущается грядущая большая Война ("малая" финская заканчивается на первых главах романа). Это предчувствие витает даже в среде учащихся техникума. Мы внимательно наблюдаем хоть и немного тревожную, но всё же мирную жизнь группы молодых людей. В основном, действия мирной части проходят на Васильевском острове Ленинграда, где молодёжь проживут обычную для своего возраста жизнь - немного выпивают, много курят, крепко дружат, как-то влюбляются. А потом приходит война, которая остаётся с каждым до последнего абзаца их жизни сколько бы она, эта самая жизнь, не длилась.
Впечатляет сколь всё чрезвычайно реалистично описано, я до последнего момента думал, что это полностью автобиографичный роман, настолько всё объемно. Этой мысли без сомнения способствовал вроде нехитрый, но столь естественно мощный в данном случае приём ведения рассказа от первого лица. По прочтении, я даже не удержался и погуглил биографию Шефнера. Но нет, судя по всему, большинство событий, непосредственно не связанных с войной - плод сочинительства. Из общего с романом нашёлся только факт того, что он некоторое время жил в детском доме, но нет, не потому что был беспризорником, просто в тот период его мама работала там воспитательницей. Хотя определённая доля автобиографии в романе всё же присутствует - это отдельные черты характера автора, распределённые между 4-кой друзей. Да и многие факты военной части романа, Шефнер прожил самолично, за что и получил ряд весомых наград.
Отдельной, особо тронувшей меня частью, были взаимоотношения двоих. Настолько простого в самом лучшем смысле этого слова, по-хорошему наивного, но от того ещё более трогательного и душевного описания, как у Шефнера я не встречал, как минимум, давно.
А последний абзац упал на грудь тяжёлым грузом, который будет быстро не смахнуть.
В Санкт-Петербурге буквально пару лет назад появилась улица Вадима Шефнера, хоть и в новостройках, но хорошо, что на Васильевском острове - как сам Шефнер писал: "Васин остров для меня - пуп Земли и центр Вселенной". Как и для главных героев "Сестры печали". И роман о них - об авторе, его героях и миллионах людей, которые жили, дружили и любили, но которым пришлось испить сполна горькой воды в печальных колодцах войны. И они идут пить. Идут, потому что кто, если не они?..
May 22, 2024
Книга, пропитанная питерской серостью неторопливого советского предвоенного быта - первая часть казалась немного затянутой, было не очень понятно, к чему ведут эти размеренные будни ленинградского детдомовца, и читалось лениво. Во второй части, когда началась война и блокада, стало ясно, что предыдущие главы нужны для контраста: они показывают, как сильно изменилась жизнь героя, который теперь вспоминает прошлое как полузабытый сон. Военные главы местами напомнили работы писателей Потерянного Поколения, но окопной правды здесь не очень много - это очень личное и грустное произведение, где во главе угла скорее жизненные перипетии главного героя. Поначалу хотел поставить 3 звезды, потом понял, что эта книга все же выше по сравнению с другими моими трехзвездными оценками.
April 24, 2019
Вроде бы тема такая, что сложно не зацепить. Но не зацепило. Вроде бы про взросление героев, но в начале прописан хорошо только Костя, а в конце - вообще никто. Очень понравилась только последняя фраза.
July 24, 2021
Очень. Живой живой язык, живой Ленинград. Грустно.
August 15, 2021
Шедевр.
June 28, 2023
“Истинно вам говорю: война -сестра печали, горька вода в колодцах ее.» И никакого пафоса.
April 7, 2025
Очень простая и очень трогательная история любви, войны и смерти на фоне предвоенного и блокадного Ленинграда. Удивительно, как книга практически без всяких литературных изысков, может так впечатлить и заставить думать и вспоминать.
Displaying 1 - 12 of 12 reviews