What do you think?
Rate this book
Дневник
Один из самых замечательных писателей XX столетия Юрий Нагибин вел дневники с 1942 по 1986 год. За 15 дней до кончины писатель лично отдал дневники в публикацию, объяснив, что "совершенная искренность и беспощадность к себе этого полудневника-полумемуаров могут заинтересовать других людей, ибо помогают самопознанию". Юрий Нагибин писал дневник для разговора с самим собой, и потому его реальная невыдуманная жизнь - самая захватывающая история на свете. После выхода в свет "Дневник" был принят неоднозначно и вызвал живые споры, но сегодня он уже причислен к классике и назван величайшим документом эпохи.
624 pages, Hardcover
First published January 1, 1006
3 people are currently reading
54 people want to read
About the author
Yuri Nagibin
77 books26 followersYuri Markovich Nagibin (Russian: Юрий Маркович Нагибин; April 3, 1920 – June 17, 1994) was a Soviet writer, screenwriter and novelist.
He is best known for his screenplays, but he also has written several novels and novellas, and many short stories. He is known for his novel The Red Tent that he later adapted for the screenplay for the film of the same name.[1] The novel was based on the history of Don Quixote's expedition to the North Pole.
The themes he explores range from war to ritual, history and cars.
Nagibin's mother was pregnant with him when his father was executed as a counter-revolutionary before he was born. He was raised by a Jewish stepfather from infancy, and was unaware of that he had a different father, so he always assumed he was Jewish himself. Mark Anthony, his stepfather was arrested himself and exiled to Northern Russia in 1927. Nagibin found out late in life that he was not in fact Jewish, but he consciously retained ethnic Jewish identity, having suffered many anti-Semitic incidents in the course of his life.[2]
In October 1993, he signed the Letter of Forty-Two.[3]
He was born, and died, in Moscow, and was buried in Novodevichy Cemetery.
He is best known for his screenplays, but he also has written several novels and novellas, and many short stories. He is known for his novel The Red Tent that he later adapted for the screenplay for the film of the same name.[1] The novel was based on the history of Don Quixote's expedition to the North Pole.
The themes he explores range from war to ritual, history and cars.
Nagibin's mother was pregnant with him when his father was executed as a counter-revolutionary before he was born. He was raised by a Jewish stepfather from infancy, and was unaware of that he had a different father, so he always assumed he was Jewish himself. Mark Anthony, his stepfather was arrested himself and exiled to Northern Russia in 1927. Nagibin found out late in life that he was not in fact Jewish, but he consciously retained ethnic Jewish identity, having suffered many anti-Semitic incidents in the course of his life.[2]
In October 1993, he signed the Letter of Forty-Two.[3]
He was born, and died, in Moscow, and was buried in Novodevichy Cemetery.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 3 of 3 reviews
December 31, 2022
О ЧЕМ КНИГА:
Дневники одного из самых известных писателей и автора сценариев для кинофильмов с 60-х по 90-е годы в СССР. По его сценариям снято около 40 фильмов. Не знаю, думал ли Нагибин, что его дневники будут читать, но он полностью, обнажает себя, свою жизнь и окружения в своих записях. Книга издана сразу после его смерти. Читая его дневник, ты как будто проживаешь вместе с автором пять десятилетий.
Очень интересно читать в его дневнике записи 1966-1968 годов, когда он был одного возраста со мной.
ГЛАВНАЯ МЫСЛЬ КНИГИ:
«Человек живет не только в макромире, но и в микромире, а последнее не менее важно.»
ЗАЧЕМ ЧИТАТЬ ЭТУ КНИГУ?
Чтобы понять, что изнутри чувствует творческий человек, живший в СССР.
ЕЩЕ НА ЭТУ ТЕМУ:
А. Тарковский «Мартиролог»
PS Из одного из последних интервью с Нагибиным понравился момент:
- Юрий Маркович, смысл жизни — в любви? — И в любви тоже. Смысл жизни — в ее процессе. Понимаете, жизнь — состояние, а не предприятие. Природа провела огромный эксперимент, создала мыслящую материю. Из этого человек узнал, что он смертен. Знать это и не сойти с ума, больше того — по возможности радоваться каждому дню, который приближает тебя к концу... На такой подвиг только человек способен.
ПОНРАВИЛОСЬ ИЗ ДНЕВНИКОВ
- «Я всё время с самим собой, со своим трудным, мучительным характером, со своей неудовлетворенностью и вечным ощущением неравенства тому, чем я должен быть.»
- Подводя итоги года хорошо сказал - «Много сделано лишнего, но представление о мире, в котором я живу, у меня крайне расширилось.»
- Про охоту у него красиво «Я думал, что еду за утками, а съездил за собой. »
- «Отовсюду прут страшные свиные рыла, а я всё так же доверчив и всё так же попадаю впросак. Но уж лучше ошибаться, чем заранее готовить себя на встречу со сволочью.»
- «А потом мне вспало на ум другое: а ведь кругом довольные люди. Они не обременены работой, у них два выходных в неделю, куча всяких праздников, не считая отпуска и бюллетеней, водки всегда навалом, хлеба и картошки хватает; они могут унизить владельца машины и обхамить любого белого, забредшего в их резервацию. Они ходят выбирать, могут послать жалобу в газету и донос куда следует — прав хоть отбавляй. Они счастливы. Им совершенно не нужны ни Мандельштам, ни Марина Цветаева. Всё, на самом деле, творится по их воле. Как ни странно, эта мысль меня успокоила. Ужасен произвол, а тут всё происходит по воле большинства, причем большинства подавляющего, так что виновных нет…»
- «Странно, но в глубине души я всегда был уверен, что мы обязательно вернемся к своей блевотине. Даже в самые обнадеживающие времена я знал, что это мираж, обман, заблуждение, и мы с рыданием припадем к гниющему трупу. Какая тоска, какая скука! И как все охотно стремятся к прежнему отупению, низости, немоте. Лишь очень немногие были душевно готовы к достойной жизни, жизни разума и сердца; у большинства не было на это сил. Даже слова позабылись, не то что чувства. Люди пугались даже призрака свободы, ее слабой тени. Сейчас им возвращена привычная милая ложь, вновь снят запрет с подлости, предательства; опять — никаких нравственных запретов, никакой ответственности, — детский цинизм, языческая безвинность, неандертальская мораль.»
- «Но человек живет не только в макромире, но и в микромире, а последнее не менее важно, особенно художнику.»
- «А ведь признаться, я сам не верил куда более серьезным страданиям, скажем, Мюссе, брошенного Жорж Санд, или Пушкина, ревновавшего жену. Мне казалось, что, создав «Лорензаччо» или «Ненастный день потух», нельзя придавать значение внешней жизни. Это глупость. Не было бы их литературы, если б они не умели жить «внешней» жизнью с интенсивностью чувств, превосходящей обычные человечьи возможности. Вот этого начисто не понимает Я. С. Он уверен, что жизнь писателя мешает его литературе. На деле же, она является единственным материалом творчества. Жизнь вовсе не высокая, отвлеченная, умственная, а самая простая — с бытовыми невзгодами, слабостями, пороками, заблуждениями, страстями.»
- «А близким людям не мешало бы жить друг с другом так, будто у каждого из них подозревают опухоль»
- «Талант не связан с характером, в этом я окончательно убедился.» - 1973
- "То, что делается у нас, так несозвучно всему остальному миру, его устремлениям, его обеспокоенности, его серьезным потугам найти выход. Наш трамвай чудовищно дергает, и пассажиры поминутно валятся то ничком, то навзничь. А смысл этих рывков никто не понимает."
- «Обретай мудрую жестокость старости. Всё доделывать, доводить до конца пусть останется моим принципом, но надо научиться отказывать: киностудиям, газетам, радио, друзьям, знакомым и сонму неизвестных претендентов на славу, которые почувствовали мою слабину и лезут, лезут… Есть истинные ценности: рассказы, книги, природа, поездки, Ленинград, музыка и два — три человека.» - 1974
Дневники одного из самых известных писателей и автора сценариев для кинофильмов с 60-х по 90-е годы в СССР. По его сценариям снято около 40 фильмов. Не знаю, думал ли Нагибин, что его дневники будут читать, но он полностью, обнажает себя, свою жизнь и окружения в своих записях. Книга издана сразу после его смерти. Читая его дневник, ты как будто проживаешь вместе с автором пять десятилетий.
Очень интересно читать в его дневнике записи 1966-1968 годов, когда он был одного возраста со мной.
ГЛАВНАЯ МЫСЛЬ КНИГИ:
«Человек живет не только в макромире, но и в микромире, а последнее не менее важно.»
ЗАЧЕМ ЧИТАТЬ ЭТУ КНИГУ?
Чтобы понять, что изнутри чувствует творческий человек, живший в СССР.
ЕЩЕ НА ЭТУ ТЕМУ:
А. Тарковский «Мартиролог»
PS Из одного из последних интервью с Нагибиным понравился момент:
- Юрий Маркович, смысл жизни — в любви? — И в любви тоже. Смысл жизни — в ее процессе. Понимаете, жизнь — состояние, а не предприятие. Природа провела огромный эксперимент, создала мыслящую материю. Из этого человек узнал, что он смертен. Знать это и не сойти с ума, больше того — по возможности радоваться каждому дню, который приближает тебя к концу... На такой подвиг только человек способен.
ПОНРАВИЛОСЬ ИЗ ДНЕВНИКОВ
- «Я всё время с самим собой, со своим трудным, мучительным характером, со своей неудовлетворенностью и вечным ощущением неравенства тому, чем я должен быть.»
- Подводя итоги года хорошо сказал - «Много сделано лишнего, но представление о мире, в котором я живу, у меня крайне расширилось.»
- Про охоту у него красиво «Я думал, что еду за утками, а съездил за собой. »
- «Отовсюду прут страшные свиные рыла, а я всё так же доверчив и всё так же попадаю впросак. Но уж лучше ошибаться, чем заранее готовить себя на встречу со сволочью.»
- «А потом мне вспало на ум другое: а ведь кругом довольные люди. Они не обременены работой, у них два выходных в неделю, куча всяких праздников, не считая отпуска и бюллетеней, водки всегда навалом, хлеба и картошки хватает; они могут унизить владельца машины и обхамить любого белого, забредшего в их резервацию. Они ходят выбирать, могут послать жалобу в газету и донос куда следует — прав хоть отбавляй. Они счастливы. Им совершенно не нужны ни Мандельштам, ни Марина Цветаева. Всё, на самом деле, творится по их воле. Как ни странно, эта мысль меня успокоила. Ужасен произвол, а тут всё происходит по воле большинства, причем большинства подавляющего, так что виновных нет…»
- «Странно, но в глубине души я всегда был уверен, что мы обязательно вернемся к своей блевотине. Даже в самые обнадеживающие времена я знал, что это мираж, обман, заблуждение, и мы с рыданием припадем к гниющему трупу. Какая тоска, какая скука! И как все охотно стремятся к прежнему отупению, низости, немоте. Лишь очень немногие были душевно готовы к достойной жизни, жизни разума и сердца; у большинства не было на это сил. Даже слова позабылись, не то что чувства. Люди пугались даже призрака свободы, ее слабой тени. Сейчас им возвращена привычная милая ложь, вновь снят запрет с подлости, предательства; опять — никаких нравственных запретов, никакой ответственности, — детский цинизм, языческая безвинность, неандертальская мораль.»
- «Но человек живет не только в макромире, но и в микромире, а последнее не менее важно, особенно художнику.»
- «А ведь признаться, я сам не верил куда более серьезным страданиям, скажем, Мюссе, брошенного Жорж Санд, или Пушкина, ревновавшего жену. Мне казалось, что, создав «Лорензаччо» или «Ненастный день потух», нельзя придавать значение внешней жизни. Это глупость. Не было бы их литературы, если б они не умели жить «внешней» жизнью с интенсивностью чувств, превосходящей обычные человечьи возможности. Вот этого начисто не понимает Я. С. Он уверен, что жизнь писателя мешает его литературе. На деле же, она является единственным материалом творчества. Жизнь вовсе не высокая, отвлеченная, умственная, а самая простая — с бытовыми невзгодами, слабостями, пороками, заблуждениями, страстями.»
- «А близким людям не мешало бы жить друг с другом так, будто у каждого из них подозревают опухоль»
- «Талант не связан с характером, в этом я окончательно убедился.» - 1973
- "То, что делается у нас, так несозвучно всему остальному миру, его устремлениям, его обеспокоенности, его серьезным потугам найти выход. Наш трамвай чудовищно дергает, и пассажиры поминутно валятся то ничком, то навзничь. А смысл этих рывков никто не понимает."
- «Обретай мудрую жестокость старости. Всё доделывать, доводить до конца пусть останется моим принципом, но надо научиться отказывать: киностудиям, газетам, радио, друзьям, знакомым и сонму неизвестных претендентов на славу, которые почувствовали мою слабину и лезут, лезут… Есть истинные ценности: рассказы, книги, природа, поездки, Ленинград, музыка и два — три человека.» - 1974
October 22, 2020
Мужско и интересно
December 2, 2024
Кажется Нагибин был не очень приятный человек, но писал восхитительно.
Displaying 1 - 3 of 3 reviews