Воспоминания: Том 3

by Sergei Witte, Сергей Юльевич Витте

Vospominaniya vidnejshego gosudarstvennogo deyatelya tsarskoj Rossii Sergeya YUl'evicha Vitte (1849 - 1915) vossozdayut shirokoe polotno russkoj politicheskoj zhizni, uvidennoe glazami odnogo iz naibolee dal'novidnyh predstavitelej pravyaschego klassa. Tom 3. (17 oktyabrya 1905 - 1911). Tsarstvovanie Nikolaya II. Reprintnoe izdanie s originala 1960 goda.

Genres: History

728 pages, Paperback

First published January 1, 1921

About the author

Prime minister in Imperial Russia, one of the key figures in the political arena at the end of 19th and at the beginning of the 20th century.
Witte served under the last two emperors of Russia, Alexander III and Nicholas II. As Minister of Finance Witte presided over extensive industrialization and the management of various railroad lines. He framed the October Manifesto of 1905, and the accompanying government communication, but was not convinced it would solve Russia's problem with the Tsarist autocracy.
On 20 October 1905 he became the first Chairman of the Russian Council of Ministers (Prime Minister). Assisted by his Council he designed Russia's first constitution. Within a few months, he fell into disgrace within court circles as a reformer. He resigned before the First Duma assembled.
Witte, was a highly influential econometrician. He has been described as the 'great reforming finance minister of the 1890s', 'one of Nicholas's most enlightened ministers', and the architect of Russia's new parliamentary order in 1905.

Reviews

[Сергей Бережной · Rating 3 out of 5]

Закат политической карьеры Витте описан им самим в очаровательном ключе "ну теперь вы видите, что я всегда оказываюсь прав". Для самого Сергея Юльевича его правота и прозорливость и прежде не вызывала сомнений, а в конце жизни аргументы в его пользу стали появляться как бы сами собой. Другое дело, что эти аргументы были в значительной степени порождены его немыслимо раздутым самомнением, а также представлением о том, что ради подрыва его, как государственного деятеля, авторитета, Россия готова на немыслимые жертвы. Например, на ухудшение отношений с другими странами. Даже Государь, по мнению Витте, принимая то или иное решение, постоянно держал в уме возможность подложить бывшему премьеру какую-нибудь свинку, а уж про Столыпина, Коковцова и прочих воспреемников его министерских постов и вовсе говорить нечего - если у них и были некогда достоинства, так нынче этих достоинств нету никаких. А с их многочисленными недостатками (а тем паче преступлениями) Витте не прекращает яростную обличительную борьбу из своего политического небытия.

Выглядит вся эта психиатрия крайне печально, если учесть, что Сергей Юльевич долгие годы действительно был выдающимся государственным стратегом и в таком качестве оказал мощное влияние на развитие страны. Но в какой-то момент истории его прежние стратегии оказались исчерпаны, а новые, предлагаемые им, стали всё больше основываться на самом Витте. Он стал воспринимать себя как главный центр тяжести Российской политики, а своё пребывание во власти - как важнейшее условие её благополучия. Все неприятные качества его личности - заносчивость, самоуверенность, мания величия, бестактность и неумение (а главное, нежелание) слышать и понимать возражения - тем самым были возведены в квадрат и стали совершенно неприемлемы - ни для Николая, ни для бюрократии, ни для тогдашней оппозиционной общественности.

Поучительная история - особенно для нашего времени, когда фигур сравнимых масштабами с Витте, на горизонте не осталось, а мир российской бюрократии населён восхитительно забавными и бессмысленными пигмеями.