What do you think?
Rate this book
Мефодий Буслаев #8
Первый эйдос
Когда всемогущий глава Канцелярии мрака не может раздавить шестнадцатилетнего мальчишку, это, согласитесь, ужасно раздражает… Чтобы избавиться от конкурента, Лигул устраивает Мефу поединок с чудовищем из недр Тартара. Мефодий только чудом остается в живых, а великодушный горбун награждает его дархом. Пустых же дархов, как известно, не бывает. И вот мерзкая живая сосулька по каплям высасывает из Мефа жизнь. Но это был не единственный сюрприз от Лигула. Оказывается, у него есть воспитанница, ровесница Мефа. Все, кто знаком с ней, знают, что бывает, когда она смеется или плачет. Любить ее тоже крайне нежелательно, ведь Лигул намеревается сделать Прасковью новой наследницей мрака…
416 pages, Hardcover
First published August 1, 2007
1 person is currently reading
19 people want to read
About the author
Dmitrii Aleksandrovich Emets
104 books76 followersDmitrii Aleksandrovich Yemets (Russian: Дмитрий Александрович Емец) is a Russian author of children's and young adult fantasy literature. He is a graduate of the Philological Faculty of Moscow State University, a member of the Writers' Union and the author of scholarly works on the history of the Orthodox
Yemets is most famous for his Tanya Grotter series and spin-offs, which he calls "a parody" or, alternatively, as "a sort of Russian answer" to Harry Potter. He has been repeatedly threatened, by J.K. Rowling to be sued; however, the books still are very popular, with the first, The Magic Double Bass, selling about 100,000 copies. After third book, "Tanya Grotter" stopped being a parody and became an independent book cycle.
Yemets is most famous for his Tanya Grotter series and spin-offs, which he calls "a parody" or, alternatively, as "a sort of Russian answer" to Harry Potter. He has been repeatedly threatened, by J.K. Rowling to be sued; however, the books still are very popular, with the first, The Magic Double Bass, selling about 100,000 copies. After third book, "Tanya Grotter" stopped being a parody and became an independent book cycle.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 3 of 3 reviews
October 7, 2020
Reread October 7th, 2020
Bumping it up to at least 3.75. It didn't atake me as long as the last time to read this, so I can rate it more clearly. And I liked it quite a bit.
Reread August 18th, 2017
Каким образом эта книга растянулась у меня на год, я не имею ни малейшего понятия. И тем не менее, я её перечитала. Из-за длительного перерыва, не могу её адекватно оценить... Но это и не важно. Главное, что вновь появилось желание продолжать перечитывать серию. Надеюсь, в этот раз не погаснет. Ведь так хочется дочитать до конца, в детстве я её бросила на 13 книге.
Bumping it up to at least 3.75. It didn't atake me as long as the last time to read this, so I can rate it more clearly. And I liked it quite a bit.
Reread August 18th, 2017
Каким образом эта книга растянулась у меня на год, я не имею ни малейшего понятия. И тем не менее, я её перечитала. Из-за длительного перерыва, не могу её адекватно оценить... Но это и не важно. Главное, что вновь появилось желание продолжать перечитывать серию. Надеюсь, в этот раз не погаснет. Ведь так хочется дочитать до конца, в детстве я её бросила на 13 книге.
Read
December 30, 2025В деревне у сестры бабушки, где я в детстве читала Емца, просто не было "Первого эйдоса", и поэтому я читала эту книгу, наверно, ровно один раз, когда додумалась взять ее в библиотеке. Учитывая, что после 50 прочтений остальных книг я их помню только смутно, эта книга была для меня абсолютно новой. И может быть именно поэтому она мне показалась куда более интересной, чем несколько предыдущих. Мне искренне понравился сюжет и повествование здесь. Опять же, сложные выборы и моральные мучения (с дархом и с муками Дафны из-за укуса мавки) это моя любимая тема в любых книгах и фильмах, так что мне угодить не так уж тяжело.
Оглядываясь назад, я понятия не имею как я читала книжки после этой, потому что здесь впервые представляют аж трех персонажей, архиважных для последующих книг - Прасковью, Ромасюсика и Корнелия.
Правда, мне забавно с того, что якобы Лигул растил Прасковью много лет и ни одна СОБАКА из Тартара не проболталась об этом. Ну да, ну да, мало же там швали всякой бегает, которые такую информацию с руками и ногами бы оторвали.
Битва с Яросом в самом начале это прям удивительно для Емца, у него обычно такие сюжетные штуки напоследок остаются. Необычно, и от того хорошо. Но правда я всю битву размышляла о том, что Ярос Емца и Кысь Татьяны Толстой если не одно и то же существо, то хотя бы близкие родственники ахахах
>Значит, убить стража по имени Тобул нужно, когда он сделает один шаг, но еще не сделает второй.
Еще мне понравилось, как явно был показан поворот Мефа ко тьме. Да, в предыдущих книгах это тоже было заметно, но здесь мы впервые получаем от него мысли, в которых он рассчитывает что и как нужно сделать, чтобы убить другого стража.
>Эссиорх деликатно сорвал лист с дерева терпения, понюхал его, пожевал и решил, что убивать наглого юнца не станет, а то судьбе будет некого пинать.
Боже где найти это дерево??? Срочно. Потому что Корнелий меня тоже бесит просто нестерпимо. Никто другой в этой серии книг меня не бесит, как Корнелий. Даже всякий Эдя Хаврон и Петруша Чимоданов еще терпимые персонажи, но Корнелий заставляет меня скрипеть зубами. Особенно в следующих книгах, когда появится Варвара, и он будет раз за разом неуспешно к ней подкатывать.
>Меф ощутил легкую ревность. Он считал, что у Евгеши от него тайн нет.
А почему я в детстве не обращала внимания на этот очаровательный броманс????? В предыдущих книгах тоже пару раз подчеркивалось, что Евгеша Мефу симпатизирует.
>Беспокойные, вечно в поиске, валькирии рыскали по городам и весям России, старательно отправляя в небытие всех духов мрака, что встречались им на пути.
Я только щас задумалась, насколько Москвоцентрична эта серия книг... Если валькирии живут по всей России, почему они всегда встречаются в Москве? Или это специально для Ирки? Вдруг их обычные пятиминутки проходят во Владивостоке...
Продолжается любимая рубрика Емца: упомянуть какую-нибудь прикольную силу (Дафна передает Мефу дар везения с листа платана; Мошкин получает силу огня; Мефодий получает силу из саркофага; Дафна надевает свои крылья Мефу в лабиринте), чтобы потом это сыграло ровно ноль значения за всю книгу. Жестко надеюсь, что это хотя бы будет упомянуто потом, но я честно не помню такого.
Другая любимая рубрика Емца это макароны макфа. Вы просто не представляете, в каком истерическом припадке я каждый раз, когда персонажи едят макароны макфа и нахваливают их. Мне кажется, никогда и НИГДЕ я больше не видела рекламы в сюжете книги. Гениально.
Подборка моментов, когда я умерла от смеха:
>Мечник промычал что-то утвердительное. Мефу показалось, он втайне опасался, что его тоже назовут «Арейсюсиком».
>Такта в нем было, как у танка, который едет по трупам. Ромасюсик от обиды перестал вертеться и подозревать неизвестное смертоносное оружие в выбивалке для ковров.
>Опять воцарилась тишина, ознаменовавшаяся где-то в незримой дали массовым рождением сотрудников правоохранительных органов.
Ежекнижная рубрика сексизма:
Как же мне тяжело читать, как Дафна все дальше и дальше становится просто тенью Мефодия, без своих каких-то размышлений, без своих целей, без своего характера.
>...оскорбилась Даф, желавшая быть с ним везде и повсюду.
>- Теперь у меня нет ничего. Если ты когда-нибудь разлюбишь меня или предашь, я умру.
>Дафна не ответила, однако Меф понял, что она его услышала и сделает все, как он сказал.
Я после этого поняла, что несмотря на то, что я люблю грустные истории с расставанием персонажей или со смертью одного из них, я их люблю, потому что второму персонажу приходится жить дальше со своей измученной любовью. Ну взять хотя бы Эрвина и Леви из атаки титанов, да? Я люблю эрури, потому что Леви не ложится и не умирает после смерти Эрвина, а идет дальше. Я люблю сильные эмоции, сильную привязанность на грани смерти в книгах, но именно на грани. Иначе мне это кажется абсурдом, потому что я сама ради другого человека, как сильно бы я его не любила, не умру.
>Ела Дафна неожиданно жадно и много. Меф ее не узнавал. Обычно Даф не испытывала особого аппетита, с легкостью перебиваясь шоколадками, булками, пиццей.
Как же меня бесит этот троп никогда не голодной девушки. Дайте нам хотя бы пожрать в спокойстви, я не могу...
Еще одна персонажка, которую очень грустно слили, это БАБАНЯ. Она же ненавидела быт, ненавидела готовку в первой книге, я прям так четко помню тот пассаж про то, что у Бабани в холодильники были только те продукты, которые готовить особо не надо. А тут вдруг:
>В литровых банках и бесконечных маленьких кастрюльках томились остатки позавчерашнего супа, вчерашней лапши, куски воскресной курицы, субботнего рагу, и так до бесконечности.
Нам не дается никакое объяснение, почему Бабаня вдруг жестко полюбила быть и начала торчать у плиты едва ли не каждый день. Возможно ли это объяснить тем, что с годами Бабаня все тяжелее воспринимает состояние Ирки и так выражает свою любовь? Ну наверно. Но я считаю, что Емец просто забыл о том, какой характер ей дал.
И наконец, Ната. Как же мне жалко Нату. Имея такую силу, как она может не считать мужчин центром вселенной? Да, она управляет ими, но ведь без них - она ничто. Я понимаю, что такого не будет, но как же хочется хэппи-энд для Наты, где она понимает, что men ain't shit и сепарируется от них.
Помимо этого разочарования, кэжуал сексизма навалила Улита ("Девушки боятся высоты, когда им это выгодно. И визжат при виде крысы лишь при наличии вблизи симпатичного поклонника, которому нужно дать шанс проявить мужество", "Женский пол я на дух не переношу, даже в виде кильки в консервной банке"), Зозо ("Как всякая истинная женщина, она владела наукой логических перескоков"), Эдя ("Короче, мы с ним пришли к выводу, что женщины - это бытовые приборы"), Мефодий ("И всякий раз Меф размышлял, как много такое простое занятие, как уборка, может сказать о женском характере"), Багров ("Женщина - настоящая женщина, истинная - пассивное начало. Она приз, она награда. Что это за приз, который сам бежит за спортсменом, чтобы ему навязчиво вручиться?" - честно, от этого чуть не проблевалась, прям жалко, что мне Матвей в детстве нравился; он Ирку вообще не заслуживает), Ирка ("Девушки - величайшие в мире специалистки по самообману. Обыграть их на этом поле невозможно"), Антигон ("- Вон он, женский коллектив! Вам чудовищно повезло, что вы одиночка, мерзкая хозяйка!"). Разнообразно, не правда ли...
Оглядываясь назад, я понятия не имею как я читала книжки после этой, потому что здесь впервые представляют аж трех персонажей, архиважных для последующих книг - Прасковью, Ромасюсика и Корнелия.
Правда, мне забавно с того, что якобы Лигул растил Прасковью много лет и ни одна СОБАКА из Тартара не проболталась об этом. Ну да, ну да, мало же там швали всякой бегает, которые такую информацию с руками и ногами бы оторвали.
Битва с Яросом в самом начале это прям удивительно для Емца, у него обычно такие сюжетные штуки напоследок остаются. Необычно, и от того хорошо. Но правда я всю битву размышляла о том, что Ярос Емца и Кысь Татьяны Толстой если не одно и то же существо, то хотя бы близкие родственники ахахах
>Значит, убить стража по имени Тобул нужно, когда он сделает один шаг, но еще не сделает второй.
Еще мне понравилось, как явно был показан поворот Мефа ко тьме. Да, в предыдущих книгах это тоже было заметно, но здесь мы впервые получаем от него мысли, в которых он рассчитывает что и как нужно сделать, чтобы убить другого стража.
>Эссиорх деликатно сорвал лист с дерева терпения, понюхал его, пожевал и решил, что убивать наглого юнца не станет, а то судьбе будет некого пинать.
Боже где найти это дерево??? Срочно. Потому что Корнелий меня тоже бесит просто нестерпимо. Никто другой в этой серии книг меня не бесит, как Корнелий. Даже всякий Эдя Хаврон и Петруша Чимоданов еще терпимые персонажи, но Корнелий заставляет меня скрипеть зубами. Особенно в следующих книгах, когда появится Варвара, и он будет раз за разом неуспешно к ней подкатывать.
>Меф ощутил легкую ревность. Он считал, что у Евгеши от него тайн нет.
А почему я в детстве не обращала внимания на этот очаровательный броманс????? В предыдущих книгах тоже пару раз подчеркивалось, что Евгеша Мефу симпатизирует.
>Беспокойные, вечно в поиске, валькирии рыскали по городам и весям России, старательно отправляя в небытие всех духов мрака, что встречались им на пути.
Я только щас задумалась, насколько Москвоцентрична эта серия книг... Если валькирии живут по всей России, почему они всегда встречаются в Москве? Или это специально для Ирки? Вдруг их обычные пятиминутки проходят во Владивостоке...
Продолжается любимая рубрика Емца: упомянуть какую-нибудь прикольную силу (Дафна передает Мефу дар везения с листа платана; Мошкин получает силу огня; Мефодий получает силу из саркофага; Дафна надевает свои крылья Мефу в лабиринте), чтобы потом это сыграло ровно ноль значения за всю книгу. Жестко надеюсь, что это хотя бы будет упомянуто потом, но я честно не помню такого.
Другая любимая рубрика Емца это макароны макфа. Вы просто не представляете, в каком истерическом припадке я каждый раз, когда персонажи едят макароны макфа и нахваливают их. Мне кажется, никогда и НИГДЕ я больше не видела рекламы в сюжете книги. Гениально.
Подборка моментов, когда я умерла от смеха:
>Мечник промычал что-то утвердительное. Мефу показалось, он втайне опасался, что его тоже назовут «Арейсюсиком».
>Такта в нем было, как у танка, который едет по трупам. Ромасюсик от обиды перестал вертеться и подозревать неизвестное смертоносное оружие в выбивалке для ковров.
>Опять воцарилась тишина, ознаменовавшаяся где-то в незримой дали массовым рождением сотрудников правоохранительных органов.
Ежекнижная рубрика сексизма:
Как же мне тяжело читать, как Дафна все дальше и дальше становится просто тенью Мефодия, без своих каких-то размышлений, без своих целей, без своего характера.
>...оскорбилась Даф, желавшая быть с ним везде и повсюду.
>- Теперь у меня нет ничего. Если ты когда-нибудь разлюбишь меня или предашь, я умру.
>Дафна не ответила, однако Меф понял, что она его услышала и сделает все, как он сказал.
Я после этого поняла, что несмотря на то, что я люблю грустные истории с расставанием персонажей или со смертью одного из них, я их люблю, потому что второму персонажу приходится жить дальше со своей измученной любовью. Ну взять хотя бы Эрвина и Леви из атаки титанов, да? Я люблю эрури, потому что Леви не ложится и не умирает после смерти Эрвина, а идет дальше. Я люблю сильные эмоции, сильную привязанность на грани смерти в книгах, но именно на грани. Иначе мне это кажется абсурдом, потому что я сама ради другого человека, как сильно бы я его не любила, не умру.
>Ела Дафна неожиданно жадно и много. Меф ее не узнавал. Обычно Даф не испытывала особого аппетита, с легкостью перебиваясь шоколадками, булками, пиццей.
Как же меня бесит этот троп никогда не голодной девушки. Дайте нам хотя бы пожрать в спокойстви, я не могу...
Еще одна персонажка, которую очень грустно слили, это БАБАНЯ. Она же ненавидела быт, ненавидела готовку в первой книге, я прям так четко помню тот пассаж про то, что у Бабани в холодильники были только те продукты, которые готовить особо не надо. А тут вдруг:
>В литровых банках и бесконечных маленьких кастрюльках томились остатки позавчерашнего супа, вчерашней лапши, куски воскресной курицы, субботнего рагу, и так до бесконечности.
Нам не дается никакое объяснение, почему Бабаня вдруг жестко полюбила быть и начала торчать у плиты едва ли не каждый день. Возможно ли это объяснить тем, что с годами Бабаня все тяжелее воспринимает состояние Ирки и так выражает свою любовь? Ну наверно. Но я считаю, что Емец просто забыл о том, какой характер ей дал.
И наконец, Ната. Как же мне жалко Нату. Имея такую силу, как она может не считать мужчин центром вселенной? Да, она управляет ими, но ведь без них - она ничто. Я понимаю, что такого не будет, но как же хочется хэппи-энд для Наты, где она понимает, что men ain't shit и сепарируется от них.
Помимо этого разочарования, кэжуал сексизма навалила Улита ("Девушки боятся высоты, когда им это выгодно. И визжат при виде крысы лишь при наличии вблизи симпатичного поклонника, которому нужно дать шанс проявить мужество", "Женский пол я на дух не переношу, даже в виде кильки в консервной банке"), Зозо ("Как всякая истинная женщина, она владела наукой логических перескоков"), Эдя ("Короче, мы с ним пришли к выводу, что женщины - это бытовые приборы"), Мефодий ("И всякий раз Меф размышлял, как много такое простое занятие, как уборка, может сказать о женском характере"), Багров ("Женщина - настоящая женщина, истинная - пассивное начало. Она приз, она награда. Что это за приз, который сам бежит за спортсменом, чтобы ему навязчиво вручиться?" - честно, от этого чуть не проблевалась, прям жалко, что мне Матвей в детстве нравился; он Ирку вообще не заслуживает), Ирка ("Девушки - величайшие в мире специалистки по самообману. Обыграть их на этом поле невозможно"), Антигон ("- Вон он, женский коллектив! Вам чудовищно повезло, что вы одиночка, мерзкая хозяйка!"). Разнообразно, не правда ли...
August 31, 2025
Итоговый обзор на Емца (ТГ, МБ и Шныр) тут - https://www.goodreads.com/review/show...
Displaying 1 - 3 of 3 reviews