Американцы и все остальные: Истоки и смысл внешней политики США

by Ivan Kurilla

- Увлекательная книга авторитетного российского историка, приглашающая разобраться, какую роль США играют в мире
- Как американцы представляют себе мир и как мир представляет себе американцев
- Как американцы создали нацию, построили государство и сочинили внешнюю политику, чуть не раскололись на две части, попробовали пересоздать мир, и главное — что будет дальше
- Исторические факты, неожиданные связи, скрытые параллели в истории взаимоотношений Америки со всем миром

О чем

Как бы ни сложились дела в мире, Соединенные Штаты Америки остаются одним из ключевых игроков на мировой арене. Их действия, нравится это кому-то или нет, вызывают живой откл

Genres: History, Nonfiction, Politics

388 pages, Kindle Edition

About the author

Ivan Kurilla’s primary field of interest is the history of US – Russian relations. Besides, he has organized workshops, published articles and edited volumes on the theme of the use of history, historical memory and historical politics in contemporary society. Kurilla’s articles appeared in the leading Russian and international journals.

Reviews

[Sergey Bezak · Rating 3 out of 5]

Мне книга больше не понравилась, чем понравилась. Язык повествования банально скучноватый, академический, пресный, а местами даже усыпляющий. Полезной информации также не много. Из интересных моментов отмечу: отсылки к современности / текущим мировым событиям, а также общие интересные факты об США и иных странах.

Моя оценка: 3.25 из 5 (совершенно не обязательно к прочтению)

[Oleg · Rating 3 out of 5]

Мы, американцы, особые избранные люди, мы - Израиль нового времени; мы несём миру ковчег свободы. (Г.Мелвилл, "Белый бушлат").

Without the cold war, what’s the point of being an American? (John Updike. Rabbit at Rest)

1. Ключевые моменты книги

Курилла пишет, что книга посвящена исследованию того, как Америка воображала себя на протяжении своей истории, как это воображение влияло на внешнюю политику США, и как другие народы воображали себе Америку. Если честно, мне показалось, что о последнем воображении (другими – Америки) в книге не так много, а всё по сути сводится к исследованию феномена американской исключительности через призму внешней политики США.

Книга использует при этом т.н. конструктивистский подход к изучению внешней политики. Конструктивисты исследуют внешнюю политику как одну из важнейших функций борьбы за идентичность внутри политического сообщества. Автор попробовал посмотреть под этим углом зрения на развитие американской нации, которая страдала «от такого внутреннего раскола, какой Европе и не снился». Этот раскол (между поселенцами разных колоний, между ними и индейцами, между белыми и афроамериканцами и т.д.) возник с самого начала существования Америки и парадоксальным образом создал стимул для большего, как думает автор, по сравнению с различными видами европейского национализма политического усилия по поддержанию единства и большей опоры в этом усилии на противопоставление себя внутренним и внешним Другим. Сама внешняя политика страны оказывается под этим углом зрения частью процесса борьбы за идентификацию.

Автор подчёркивает, что внешняя политика США — это не только геополитика, но и борьба за собственную идентичность, где образ “Другого” (сначала Британия, затем СССР, сейчас Китай – список ни в коем случае не закрытый) служит консолидации нации.

2. Поверхностность и некритичный подход

Книга носит ознакомительный характер, часто фокусируется на публичных нарративах политиков, но зачастую игнорирует глубинные мотивы тех или иных поступков. Курилла, такое ощущение, принимает как есть заявления политиков вроде “распространения свободы” или “защиты прав человека”, не вскрывая стоящие за ними экономические интересы или внутриэлитные конфликты.

Автор умалчивает (не думаю, что он этого не понимает), что внешнеполитическая риторика американских лидеров — лишь фасад, за которым скрываются прагматичные цели, в том числе: контроль ресурсов, рынков и транспортных узлов.

3. Игнорирование универсальности имперских практик

Курилла подчёркивает уникальность американской внешней политики, но не проводит параллелей с другими странами. Например:
А) Поиск внутреннего врага для консолидации общества (как в случае с “охотой на ведьм” маккартизма) характерен и для Британской империи (образ “варвара”), и для третьего Рейха (образ "мирового еврейского кагала"), да и много для кого ещё.
Б) Экспансионизм под идеологическим прикрытием — общая черта колониальных держав: “бремя белого человека” у британцев vs. “предначертание судьбы” у американцев. Да, Киплинг своё произведение посвятил вторжению США на Филиппины, но в голове, конечно, держал и миссию белого человека в границах Британской империи.
В) Двойные стандарты, в том числе вмешательство в дела других стран при отрицании такого права для других государств присущи всем крупным империям, начиная со времён древнего Рима.

4. Предвзятость

Курилла – бесспорно профессиональный историк, он не позволяет личным убеждениям явно вмешиваться в изложение, нарушать границы профессиональной этики. Однако если внимательно читать книгу и быть чуть более знакомым с излагаемыми Куриллой фактами, можно увидеть определённую предвзятость автора. Даже встречающаяся на страницах книги критика действий США не переходит определённые границы и повторяет (в крайне облегчённом варианте) те тезисы, которые уже давно вполне допустимы в самой американской науке. Что же касается аргументов в пользу Штатов, то тут некритичный подход автора приводит зачастую к крайне спорным утверждениям. Вот пара примеров (их на самом деле намного больше).

1. Курилла:

«Однако страх перед тем, что присоединение новых земель послужит появлению новых граждан, способных коренным образом изменить идентичность американцев, проявлялся весьма отчётливо. Вероятно, опасения по поводу разрушения идентичности могут частично объяснить отсутствие в американской истории значительных колониальных приобретений».

Строки выше Курилла пишет в главе, посвящённой американо-мексиканской войне середины XIX века. По итогам войны США забрали у соседа одну треть всей его территории, равную размеру всей Западной Европы. К 1941 году в колониях, принадлежавших США, проживало 19 миллионов людей: Американская империя была пятой по размеру в мире на тот момент. В настоящее время на неинкорпорированных территориях США (за пределами штатов) проживает четыре миллиона людей. Вот такие «незначительные» колониальные приобретения.

Всю информацию выше я привёл из книги Daniel Immerwahr. How to Hide An Empire. A History Of The Greater United States. Самое забавное, что Курилла ссылается на эту книгу, но, видимо, это была ссылка ради демонстрации солидности использованной библиографии. Есть стойкое ощущение, что Курилла либо Иммервара в принципе не читал, либо читал невнимательно.

2. Курилла о положениях Атлантической Хартии 1941, традиционно считающейся предтечей Устава ООН:

«Самым спорным оказался старый вильсоновский пункт о праве наций на самоопределение. Великобритания, а позднее, после присоединения к Хартии, Нидерланды и Советский Союз восприняли этот пункт как противоречащий их интересам. У каждой из стран были колонии или территории, присоединённые вопреки воле жителей, и право на самоопределение, безусловно, угрожало сохранению этих территорий.»

Упоминание тут Советского Союза более чем странно и содержит в себе прозападный лживый намёк на то, что Советский Союз – некая колониальная империя, не дававшая право народам на самоопределение и выступавшая против него. Добровольный, народный характер вхождения территорий в СССР, наличие в нём национальных республик, придание официального статуса местным языкам, развитие в целом национальных территорий, общее стремление большевиков к деколонизации народов – всё это в этом намёке Куриллой игнорируется.

На самом же деле, Советский Союз конкретно в этой части Хартии выступал за расширительное толкование права наций на самоопределение. Вот прямая цитата из декларации Правительства СССР от сентября 1941 года о присоединении к основным принципам англо-американского соглашения (т.н. Атлантической Хартии):

«Советский Союз в своей внешней политике руководствовался и руководствуется принципом самоопределения наций. Во всей своей национальной политике, лежащей в основе государственного строя Советского Союза, Советский Союз исходит из этого принципа, в основе которого лежит признание суверенности и равноправия наций. Исходя из этого принципа, Советский Союз отстаивает право каждого народа на государственную независимость и территориальную неприкосновенность своей страны, право устанавливать такой общественный строй и избирать такую форму правления, какие он считает целесообразными и необходимыми в целях обеспечения экономического и культурного процветания всей страны.»

5. Специфические термины американской политики

Курилла верно отмечает, что политическое действие требует соответствующего языка, на котором можно описать это действие, принять решение, поставить задачи. Этот язык постоянно развивается как под влиянием собственной логики, так и реагируя на смену политических задач. Слова и понятия подстраиваются под вызовы современности, но обладают и собственной инерцией, требуют от политиков решений и действий, исходящих из логики дискурса. Изобретение новых терминов и концепций, позволяющих осуществлять новую политику, тем не менее требует наличия преемственности с существовавшими ранее терминами и концепциями.

Соответственно, исходя из вышесказанного, вот он краткий словарик концепций и терминов американской политики, взятых из рецензируемой книги, но дополненных мною из других источников:
E pluribus unum - "из многих единое", девиз на Большой печати США.
Melting pot / salad bowl (плавильный котёл / салатница) . Идеологии скрепления во единое американской нации, состоящей из потомков иммигрантов со всего мира. Плавить всех в единый шаблон WASP (как пытались сначала) или же признавать изначальные различия, не мешающие верхнеуровневой общей настройке (African American, Italian American, Scots Irish American etc.).
Mutually assured destruction / MAD (гарантированное взаимное уничтожение) – доктрина взаимоотношений сверхдержав во время Холодной войны, основывающая безопасность на признании взаимной уязвимости. Ключевым постулатом доктрины является признание необходимости мирного сосуществования государств с различным государственным строем. Доктрина противоположна идеи о том, что безопасность можно обеспечить за счёт технического, финансового и иного вида превосходства (доминирующая в современном внешнеполитическом дискурсе позиция западного мира).
Демократии не воюют друг с другом – теория, оправдывающая экспансионистскую политику под лозунгом продвижения демократии. При этом в рамках этой теории только США (и изредка их сателлиты) имеют право давать определение «демократия» другим странам, что делает удобным подгонять под теорию любого оппонента Америки как «недемократическую» страну. Теория также не учитывает, что на самом деле не т.н. «демократические ценности», а торгово-экономические отношения и членство в международных межправительственных организациях играют определяющую роль в поддержании мира между странами.
Доктрина Монро (1823) — Америка (в широком смысле) для американцев. Доктрина сводилась к предъявлению европейским державам требований об отказе от дальнейшей колонизации американских территорий (сверх того, чем они уже владели), о невмешательстве в дела Американского континента и о запрете перехода колониальных владений от одних европейских держав к другим.
Доктрина Трумэна – исходя из речи президента Конгрессу в 1947 году, миссия Соединённых Штатов заключается в том, чтобы «поддерживать свободные народы, сопротивляющиеся попыткам их подчинения, предпринимаемым вооружёнными меньшинствами или внешними силами». Понятно, что под свободными народами понимались исключительно те силы, которые готовы были сотрудничать с США. Опять-таки всё сводилось к тому, как посчитать и как определить.
Исключительность (American Exceptionalism) — идея уникальности исторического пути США.
Мягкая сила (Soft Power) — влияние на другие страны через культуру и ценности, способность государства добиваться целей на основе симпатии, привлекательности и добровольного участия, а не принуждения (термин популяризирован в конце 20 века теоретиком международных отношений Джозефом Наем (Nye). Казалось бы, причём тут тогда 800 или сколько там военных баз по всему миру? О «мягкой силе» как новой итерации колониализма через язык, стандарты, технологии см. у Д. Иммервара.
Ось зла — риторика Дж. Буша-мл. (2002) против “стран-изгоев”.
Охота на ведьм — преследование инакомыслящих; происходит от известного Салемского дела (XVII век), также упоминается в связи с маккартизмом в 1950-е. Тогда же в 50е годы актёр, в будущем президент страны, Р. Рейган участвует в составлении «чёрных списков» коллег, заподозренных в сочувствии коммунистам (научился у Д. Оруэлла?). Генсек Компартии США Г.Холл сидит в тюрьме с 1951 по 1957 годы, просто потому что поддерживает марксистские идеи.
Политика большой дубинки (big stick diplomacy) - силовое продавливание Штатами нужных решений в других государствах; то самое предложение касательно открытой двери (см. ниже), от которого нельзя отказаться. Теодор Рузвельт любил говорить: speak softly and carry a big stick; you will go far; Политика открытых дверей — экономическая экспансия США в Азии и Южной Америке (XIX-XX вв.).
Политические противоречия заканчиваются у кромки воды (politics stops at the water's edge) – идея двухпартийного согласия по вопросам внешней политики. Опровергает существовавшее ранее в нашей стране заблуждение, что демократы являются более «добрыми» по отношению к России (СССР), чем республиканцы. Также хорошо объясняет единую внешнеполитическую риторику всех т.н. «независимых» американских СМИ.
Рейды Палмера (Palmer raids, First Red Scare) – кампания генерального атторнея А. Митчела Палмера в 1919-1920 гг. по выявлению социалистов, коммунистов и анархистов в США: в рамках рейдов было арестовано около 10 000 человек, выслано из страны 556. В рамках указанной кампании был в том числе организован американский «философский пароход», он же Soviet Ark («советский ковчег») с известной анархисткой Эммой Гольдман на борту.
Рождённый свыше (born again) – не американский термин как таковой, а общехристианский. Тем не менее история США характеризируется волнами духовного перерождения (сухой закон начала XX века - как последствие одной из волн), а христианская риторика в политике присутствует до сих пор (рождённым свыше объявлял себя Дж.Буш-мл., упор на веру делают и нынешний вице-президент Вэнс, и пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Левитт).
Сдерживание (Containment) — стратегия США против СССР в Холодной войне. Впервые предложена дипломатом Дж.Кеннаном в т.н. «длинной телеграмме», отправленной из Москвы в Вашингтон в феврале 1946 г.
Сияющий град на холме — символ морального лидерства США. Впервые термин упомянут в 1630 Дж.Уинтропом, первым губернатором Массачусетса, в торжественной речи перед отправлением колонистов в Америку. Отсылка к Нагорной проповеди Христа. Фраза взята из бумаг Уинтропа и запущена в оборот лишь к середине XIX века.
Фронтир (frontier) - символ американской экспансии / продвижения вперёд. Происходит из идеи о том, что американский характер, американский образ жизни и сама американская демократия сформировались на фронтире — в регионе постоянно движущейся на запад границы. Аляска, ставшая штатом в 1959 году, взяла себе прозвище "Последний фронтир". При продвижении космической программы полёта на Луну Джон Кеннеди преподносил своим гражданам спутник Земли как «новый фронтир».
Явное предначертание / предопределённая судьба (Manifest Destiny) — оправдание экспансии США на запад континента в XIX в. Впервые фраза использовалась в анонимной статье в United States Magazine and Democratic Review, призывающей к аннексии Техаса (manifest destiny to overspread the continent allotted by Providence for the free development of our yearly multiplying millions). В том же году была опубликована ещё одна статья о будущем территории Орегон (в 1845 году территория была в совместном ведении США и Великобритании). Американцам суждено получить новую территорию "по праву нашей предопределённой судьбы расширить свои пределы и владеть всем континентом, который Провидение отдало нам для развития великого эксперимента свободы, федерации и самоуправления (the right of our manifest destiny to overspread and to possess the whole of the continent which Providence has given us for the development of the great experiment of liberty and federated self-government entrusted to us).

[Vitaliy Ermakov · Rating 4 out of 5]

Другой взгляд на внешнюю политику США, без вездесущего материализма и иногда, как крайняя степень, конспирологии, или real politics.
Подход позволяет по-новому взглянуть на внутренние проблемы страны, ее дисбаланс и поиски себя как нации. и то каким образом методы решения этих вопросов отражались на внешней политике.

Интересна мысль, что потребность общества определять свою идентичность формирует язык и/или определённое мировоззрение на само же себя. Через призму этого мировоззрения формируется уже отношение этого общества ко внешнему миру и возможности делать то или иное. А материализм может являться только какой-то частью этого мировоззрения, а сам язык общения с миром может меняться, как и идентичность.

[Bodies_upon_the_gears · Rating 4 out of 5]

Das Buch schließt eine wichtige Lücke in der Literatur zur politischen Geschichte der USA. Obwohl ich die aktuelle US-Politik relativ aufmerksam verfolge, war ich erstaunt, wie viele moderne politische Mottos sich in der amerikanischen Vergangenheit wiederfinden lassen – selbst „Make America Great Again“. Und dieser Zusammenhang, das kann ich nach der Lektüre sagen, beeinflusst erheblich, wie die Lage in den USA interpretiert werden kann. Das Herzstück des Buches ist inzwischen der Zusammenhang zwischen Innen- und Außenpolitik – aber darauf kann ich ohne Spoiler leider nicht näher eingehen.

[Gor Papazyan · Rating 3 out of 5]

Книга показалась мне слишком пресной — из-за академического, сухого языка её не очень приятно читать. Факты в тексте нередко подаются без должной глубины и точности, а интерпретация американской дипломатической истории через призму русского взгляда выглядит однобоко и субъективно. Тем не менее, если вы уже хорошо знакомы с темой, книгу можно рассматривать как дополнительный источник информации и точек зрения — для сравнения и переосмысления уже имеющихся знаний.

[Irina Fetisova · Rating 3 out of 5]

Автор пытается звучать непредвзято, но у него не получается. Первая половина с разбором фактов из истории занимательна, но если совсем не знать историю Америки, будет сложно воспринимать и пытаться составить собственное мнение

[Юскер · Rating 3 out of 5]

Базовая книга про американскую внешнюю политику. Я тему знаю достаточно глубоко, поэтому почти ничего нового не узнала. Но для начинающих вполне хорошо будет. Она достаточно емкая и короткая, при этом охватывает всю историю США.