What do you think?
Rate this book
Пьяный Силен: О богах, козлах и трещинах в реальности
Силен — наставник и спутник Диониса, бога вина и разгула. «Пьяный Силен» американского философа и арт-критика Моргана Мейса начинается с анализа одноименного полотна Питера Пауля Рубенса, чтобы затем превратиться в завораживающее исследование философского пессимизма, проходящее сквозь века: от блеянья козла, раздираемого на части в древних мистериальных культах, до «Рождения трагедии» Фридриха Ницше; от катастрофы бронзового века и Троянской войны до Второй мировой. Эта книга, беззастенчиво мрачная и смешная одновременно, придется по душе всем любителям искусства и рассуждений о предельных вопросах человеческого бытия.
201 pages, Kindle Edition
Published April 22, 2024
1 person is currently reading
28 people want to read
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 3 of 3 reviews
November 23, 2024
Я не смогла дочитать, простите. Автор говорит, что он придумал новый и крутой способ рассказывать про искусство, но у меня было ощущение, что я сижу с очень пьяным и занудным учеником философского в разгар вечеринки и не могу уйти, пока он talks my ear off про то как он ПОНЯЛ какой-то концепт. И он еще знаете так склоняется над тобой в три погибели, пока ты пытаешься отодвинуться подальше к стенке, и потом проливает на тебя свое пиво.
А ты ведь лучше него эту философию знаешь. И греков читала в оригинале, и Ницше нормально изучила…
А ты ведь лучше него эту философию знаешь. И греков читала в оригинале, и Ницше нормально изучила…
May 20, 2024
«Пьяный Силен», наверное, найдет немало злопыхателей, так как Морган Мейс - язва ещё та. А тут он специально задаётся целью написать нечто «странное, весёлое, интеллектуальное и грубое». И преуспевает в этом.
Людям со своеобразным чувством юмора такая книжка зайдёт за милую душу. Ещё и добавку попросят. Я вот вообще решила бумажной версией обзавестись. Настолько меня вштырила эта история.
Прежде чем приступать к чтению, рекомендую мельком ознакомиться с содержанием, чтоб знать, о чём весь сыр-бор.
Названия глав прекрасны! Оформлены красноречиво и многообещающе. Они будто сошли со страниц «The globe and mail» в худшие свои времена, когда за каждым читателем газеты охотились как за ценным пушным зверем, идя на всё, дабы зацепить:
- Дилемма царя Мидаса и разочарование от как-бы-мудрости Силена. А если мудрость — не то, чем нам кажется?
- Порой мы думаем, что греческая трагедия — изысканное действо, но она коренится в низкой похабщине;
- Старший Ницше бранит младшего, что тот недостаточно отбитый. То есть Ницше идёт в своей ницшевости до конца и затем отправляется на войну.
И тэ дэ, и тэ пэ.
После краткого предисловия, автор обращает внимание читателя на обложку книги. Вы только посмотрите на неё. Думаете, это просто картина Рубенса? Ха! Как бы не так! Это настоящий ящик Пандоры, чтоб вы знали. Который любовно распаковывает Морган Мейс.
Он предлагает сразу несколько занимательных догадок, в каком же обкуренном угаре великому художнику зачесалось изобразить наклюкавшегося Силена. Чувака не то, чтобы привлекательного или хотя бы мало-мальски спортивного. Неприглядного, прямо скажем, чувака. Ещё и нализавшегося вина! Да и вообще. Если приглядеться, кажется, что там, на картине, творится какой-то беспредел. Вакханалия какая-то. Чё-то все невесёлые, будто бы. Явно проблемная ситуация запечатлена. Нужно разбираться!
И автор разбирается.
Каждая выдвинутая гипотеза заслуживает внимания.
При этом, сам Мейс, не стесняясь в выражениях, придерживается следующей позиции: «Я всё-таки предпочитаю считать, что Рубенса потрясло до глубины души полотно Тициана. «Кто этот уродец верхом на осле там сзади?» — наверняка подумал он. Всё это фантазийное мельтешение на переднем плане тициановой картины вдруг забыто ради убогого зрелища Силена с ослом. «Вот где собака зарыта», — должно быть, подумал Рубенс. Всем своим видом Силен вершит молчаливый суд над происходящим. Силену известно, что весь этот дикий цирк — показуха. За ней — лишь простая истина, что жизнь не имеет смысла.»
Нахожу этот момент чрезвычайно кинематографичным.
Вообще, по ходу чтения, у меня в голове то и дело всплывали образы Даррена Аронофски, Гая Риччи, Дэвида Линча и Стенли Кубрика, которые яростно дерутся между собой за право экранизации того или иного отрывка.
К примеру, этого:
«Царь Мидас получает от бога особый дар. Бог дает Мидасу удивительную силу, о которой тот давно грезил, — силу превращать всё в золото. Силу превращать всё на свете — всё-всё на свете, вы слышите? — в золото. Со временем Мидас осознаёт, что сила золотого касания — дар с подвохом. Потом до него доходит, что это вообще проклятие».
Мне кажется, весьма зрелищно.
Замечу, что это всё вершки. Подобного добра в книге - тонны.
После Рубенса, Морган ненадолго переходит к Ницше, которого явно недолюбливает. Поэтому Ницше огребает по полной и, полагаю, вертится в своем гробу как курица-гриль на скорости 4Х.
Некоторые моменты озадачивают флегматичным философским настроем.
Приведу одно такое изречение ухрюканного Силена, которое так и просится в рамочку на стену:
«Самое лучшее вообще не рождаться. Второе же по достоинству, - добавил Силен, - поскорей умереть».
Вот так-то. Не всё же шуточки шутить. Надо и о вечном подумать. Тем более, это же искусство. А какое искусство может быть без житейской мудрости? Если только д@рьмовое. А в этой книге основная информация касается знаменитого Рубенса! Сами понимаете, какой уровень. Это вам не жук лапкой потрогал. Поэтому и философия вполне к месту.
В общем, ценители сарказма и чёрного юмора, обращаюсь в первую очередь к вам. Если кто-то из вас ещё не погружался в эту высококультурную игру - от всего сердца рекомендую! И немного завидую: прочесть такое впервые - удовольствие не из обыденных!
Людям со своеобразным чувством юмора такая книжка зайдёт за милую душу. Ещё и добавку попросят. Я вот вообще решила бумажной версией обзавестись. Настолько меня вштырила эта история.
Прежде чем приступать к чтению, рекомендую мельком ознакомиться с содержанием, чтоб знать, о чём весь сыр-бор.
Названия глав прекрасны! Оформлены красноречиво и многообещающе. Они будто сошли со страниц «The globe and mail» в худшие свои времена, когда за каждым читателем газеты охотились как за ценным пушным зверем, идя на всё, дабы зацепить:
- Дилемма царя Мидаса и разочарование от как-бы-мудрости Силена. А если мудрость — не то, чем нам кажется?
- Порой мы думаем, что греческая трагедия — изысканное действо, но она коренится в низкой похабщине;
- Старший Ницше бранит младшего, что тот недостаточно отбитый. То есть Ницше идёт в своей ницшевости до конца и затем отправляется на войну.
И тэ дэ, и тэ пэ.
После краткого предисловия, автор обращает внимание читателя на обложку книги. Вы только посмотрите на неё. Думаете, это просто картина Рубенса? Ха! Как бы не так! Это настоящий ящик Пандоры, чтоб вы знали. Который любовно распаковывает Морган Мейс.
Он предлагает сразу несколько занимательных догадок, в каком же обкуренном угаре великому художнику зачесалось изобразить наклюкавшегося Силена. Чувака не то, чтобы привлекательного или хотя бы мало-мальски спортивного. Неприглядного, прямо скажем, чувака. Ещё и нализавшегося вина! Да и вообще. Если приглядеться, кажется, что там, на картине, творится какой-то беспредел. Вакханалия какая-то. Чё-то все невесёлые, будто бы. Явно проблемная ситуация запечатлена. Нужно разбираться!
И автор разбирается.
Каждая выдвинутая гипотеза заслуживает внимания.
При этом, сам Мейс, не стесняясь в выражениях, придерживается следующей позиции: «Я всё-таки предпочитаю считать, что Рубенса потрясло до глубины души полотно Тициана. «Кто этот уродец верхом на осле там сзади?» — наверняка подумал он. Всё это фантазийное мельтешение на переднем плане тициановой картины вдруг забыто ради убогого зрелища Силена с ослом. «Вот где собака зарыта», — должно быть, подумал Рубенс. Всем своим видом Силен вершит молчаливый суд над происходящим. Силену известно, что весь этот дикий цирк — показуха. За ней — лишь простая истина, что жизнь не имеет смысла.»
Нахожу этот момент чрезвычайно кинематографичным.
Вообще, по ходу чтения, у меня в голове то и дело всплывали образы Даррена Аронофски, Гая Риччи, Дэвида Линча и Стенли Кубрика, которые яростно дерутся между собой за право экранизации того или иного отрывка.
К примеру, этого:
«Царь Мидас получает от бога особый дар. Бог дает Мидасу удивительную силу, о которой тот давно грезил, — силу превращать всё в золото. Силу превращать всё на свете — всё-всё на свете, вы слышите? — в золото. Со временем Мидас осознаёт, что сила золотого касания — дар с подвохом. Потом до него доходит, что это вообще проклятие».
Мне кажется, весьма зрелищно.
Замечу, что это всё вершки. Подобного добра в книге - тонны.
После Рубенса, Морган ненадолго переходит к Ницше, которого явно недолюбливает. Поэтому Ницше огребает по полной и, полагаю, вертится в своем гробу как курица-гриль на скорости 4Х.
Некоторые моменты озадачивают флегматичным философским настроем.
Приведу одно такое изречение ухрюканного Силена, которое так и просится в рамочку на стену:
«Самое лучшее вообще не рождаться. Второе же по достоинству, - добавил Силен, - поскорей умереть».
Вот так-то. Не всё же шуточки шутить. Надо и о вечном подумать. Тем более, это же искусство. А какое искусство может быть без житейской мудрости? Если только д@рьмовое. А в этой книге основная информация касается знаменитого Рубенса! Сами понимаете, какой уровень. Это вам не жук лапкой потрогал. Поэтому и философия вполне к месту.
В общем, ценители сарказма и чёрного юмора, обращаюсь в первую очередь к вам. Если кто-то из вас ещё не погружался в эту высококультурную игру - от всего сердца рекомендую! И немного завидую: прочесть такое впервые - удовольствие не из обыденных!
July 14, 2024
Представьте, что вы слушаете монолог Жванецкого в исполнении Карцева про раков, которые вчера были большие, но по пять, а сегодня маленькие, но по три. И всё это повторяется 30-40 раз подряд. Такова и эта книга. Реальной информации там на 10-15 страниц, но книга при этом в 10 раз толще. Одни и те же мысли повторяются по кругу буквально десятки раз почти в одних и тех же выражениях, юмор очень вымученный и натужный, после первых 10-20 страниц новых мыслей там уже практически не будет. Если прочитать биографию Рубенса в Википедии и статью про Силена там же — это уже во многом превзойдёт содержание этой книги, за исключением натужного юмора. А если добавить биографию Ницше и книгу Роберта Грейвса о мифах Древней Греции — то смысл чтения «Пьяного Силена» полностью исчезает.
Сложилось впечатление, что автор писал эту книгу пьяным. Об этом было несколько намёков в самом начале. Возможно, если и читать её пьяным, то будет нормально. Но этого я не пробовал.
Сложилось впечатление, что автор писал эту книгу пьяным. Об этом было несколько намёков в самом начале. Возможно, если и читать её пьяным, то будет нормально. Но этого я не пробовал.
Displaying 1 - 3 of 3 reviews