Я не верю в анархию

by Егор Летов

«Я не верю в анархию» — это дайджест, сборник различных газетных публикаций о Летове и ГО с 1989 по 1997 год. Несмотря на казалось бы специфическое содержание материала, книга в полной мере даёт представление об истории группы, о явлении сибирского панка, о роли личности Егора Летова в отечественной рок-культуре и общественно-политической деятельности начала 90-х. Книга содержит массу различных статей, интервью, повествований, которые формируют общую панораму феномена «Гражданской Обороны».

Unknown Binding

First published January 1, 1997

About the author

Советский и российский музыкант, певец, звукорежиссёр, художник-оформитель, коллажист и поэт. Основатель, лидер и единственный постоянный участник группы «Гражданская оборона», также известен по музыкальным проектам «Егор и Опизденевшие», «Коммунизм» и др.

Летова называют музыкальной легендой и одной из ключевых фигур сибирского андеграунда. Посмертно Летов был неоднократно назван «крёстным отцом», «патриархом» русского панк-рока и одним из самых влиятельных представителей панк-движения в России.

Помимо музыки занимался политической деятельностью. Вместе с Эдуардом Лимоновым и Александром Дугиным являлся одним из основателей, идеологов и лидеров скандально известной Национал-большевистской партии (НБП), ныне запрещённой на территории России.

Reviews

[Ivan · Rating 5 out of 5]

Потрясающе по концепции, а по содержанию — вроде очень информативно, а вроде за меня о Летове уже выразился один из авторов: "все его высказывания — полный бред, не слушайте их, это одержимый человек". Начинал со здравия в самиздатовских интервью, а кончил чем-то жутким и красно-коричневым. Как к его музыке заново подступаться, понятия не имею, а хочется же.

[Evil MortyMan · Rating 4 out of 5]

Годнота. Вся книга в закладках, много интересного о Летове узнал и о его взглядах.

[AURORA RU]

"Рок по сути — не музыка и не искусство, а некоторое религиозное действо — по типу шаманизма — которое существует, дабы утвердить определенную установку. Человек занимающийся роком, постигает жизнь, но не через утверждение, а через разрушение, через смерть. Шаманство здесь ритм, на который накладывается импровизация. И чем больше шаманства, тем больше рока. И, наоборот, если над шаманством начинает преобладать искусство, музыка — то рок умирает."