What do you think?
Rate this book
Sex, Politics, and Putin: Political Legitimacy in Russia
Is Vladimir Putin macho, or is he a "fag"? Sex, Politics, and Putin investigates how gender stereotypes and sexualization have been used as tools of political legitimation in contemporary Russia. Despite their enmity, regime allies and detractors alike have wielded traditional concepts of masculinity, femininity, and homophobia as a means of symbolic endorsement or disparagement of political leaders and policies.
By repeatedly using machismo as a means of legitimation, Putin's regime (unlike that of Gorbachev or Yeltsin) opened the door to the concerted use of gendered rhetoric and imagery as a means to challenge regime authority. Sex, Politics, and Putin analyzes the political uses of gender norms and sexualization in Russia through three case studies: pro- and anti-regime groups' activism aimed at supporting or undermining the political leaders on their respective sides; activism regarding military conscription and patriotism; and feminist activism. Arguing that gender norms are most easily invoked as tools of authority-building when there exists widespread popular acceptance of misogyny and homophobia, Sperling also examines the ways in which sexism and homophobia are reflected in Russia's public sphere.
By repeatedly using machismo as a means of legitimation, Putin's regime (unlike that of Gorbachev or Yeltsin) opened the door to the concerted use of gendered rhetoric and imagery as a means to challenge regime authority. Sex, Politics, and Putin analyzes the political uses of gender norms and sexualization in Russia through three case studies: pro- and anti-regime groups' activism aimed at supporting or undermining the political leaders on their respective sides; activism regarding military conscription and patriotism; and feminist activism. Arguing that gender norms are most easily invoked as tools of authority-building when there exists widespread popular acceptance of misogyny and homophobia, Sperling also examines the ways in which sexism and homophobia are reflected in Russia's public sphere.
376 pages, Hardcover
First published January 1, 2014
8 people are currently reading
118 people want to read
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 6 of 6 reviews
January 24, 2024
(The English review is placed beneath the Russian one)
Половое оружие к бою.
Рецепты коктейля ясны:
Горькая капля того, что зовётся «любовью»,
В сладкое море войны.
Книг на тему феминизма, а также о положении женщин в России, написано крайне мало, а те, что написаны, не заслуживают большого внимания. Поэтому я добавил этой книге один бал именно из-за того что автор обрисовала ситуация по вышеназванным темам максимально доступно и интересно для непрофессионального читателя.
Эта книга является тем редким случаем, когда узкоспециализированный вопрос разбирается просто и понятно. Тем не менее, книга выглядит всё же, как попытка собрать все вопиющие события, связанные с сексизмом, нарушением прав женщин и пр. в период правления Путина, т.е. иногда книга ощущается как нагромождение тем, где количество важнее качества. Тем не менее, мне было интересно узнать некоторые факты, о которых я раньше не знал, точнее, на которые раньше не обращал внимание. Самым главным таким фактом является использование темы секса и сексуальности в современной политике. Но прежде чем я приведу интересные цитаты из книги, я хотел бы особо подчеркнуть тот факт, что темы секса, порнографии и пр. в России не являются публичными. Если в 90-х годы на российском ТВ были программы на тему сексуального образования, то сегодня их нет, и нет уже очень давно. Я хочу сказать, что, несмотря на то, что общество в России достаточно свободное в плане сексуальных вопросов и техник, публично темы секса и порнографии являются если и не полностью запретными, то точно не поощряемыми. Даже эротика в России если и где появляется, то выглядит крайне скромно. Эротика и Россия – понятия несовместимые. Но данный вопрос в этой книге не обсуждается, а обсуждаются другие, интересные вопросы как, например, роль секса и сексуальности в большой политике.
…with a masculine Putin in power, Russia would no longer be kicked around and disrespected on the international scene. Putin’s regime emphasized his masculine toughness as a way to convince the population that they were safe under his rule and that instability would result from “weakening” the regime through protests or the election of someone other than Putin.
Я тоже заметил такое ненавязчивое внедрение в общество идеи «сильного лидера», которое было увязано с сексуальностью. Хотя, мне, будучи мужчиной, трудно оценить вопросы сексуальности, которые использовались тогда при PR кампании президента, всё же выглядело это действительно очевидным, особенно на фоне пьющего и больного Ельцина. Как мне кажется, такая политика была характерна только для первых двух сроков Путина, т.к. дальше было взято на вооружение, т.е. с целью оправдания пребывания Путина у власти, идея России как осаждённой крепости, особую роль в которой играл украинский вопрос. Поэтому, то о чём пишет автор, было актуально, с моей точки зрения, лишь в первые годы правления Путина. Возможно до того как случился военный конфликт России с Грузией. Но что потом стало с использованием сексуальности и секса в политике в РФ? Я думаю она была заменена псевдо политикой консервативных ценностей, примерно после того как Путин официально развёлся со своей женой (если вы ещё помните такую историю). Думаю, именно в этот момент Путин отдал приказ убрать все темы связанные с сексом из публичного дискурса, ибо одинокий мужчина (а Путин с того времени так и не женился), в таком случаи, вызывал бы вопросы, т.е. почему он живёт как монах. Однако книга не так много внимания уделяет непосредственно Путину, а больше интересуется вопросом сексуализации женщин, проблемами связанных с нарушением прав женщин, дискриминацией и особенно – кейсу Pussy Riot. Трудно выбрать какие-то особые яркие цитаты из этой книги, ибо книга интересна тем, что обрисовывает ситуацию в целом, лишь изредка концентрируясь на каких-то отдельных вопросах/кейсах как, например, история с Pussy Riot.
Хочу отметить довольно неоднозначное понимание гомосексуализма среди мужчин, о котором пишет автор, но не в смысле сексуальных практик или нетрадиционных отношений, а в плане либо наказания, либо открытого доминирования одного мужчины над другим. Мне, как мужчине, это понять крайне трудно. Мне кажется, автор слепо копирует ситуацию, связанную с женщинами, т.е. автор не понимает разницу, между таким способом доминирования мужчин над женщинами и мужчинами.
Topping—the physical act of sexual penetration—“symbolized one man’s power over another.” For men who “topped,” engaging in sex with effeminate men confirmed their masculinity rather than undermining it.
Автор не говорит о том, что такая форма гомосексуализма наблюдается только в тюремной среде и тюремной культуре, в обычной же жизни россиян любая гомосексуальность, не зависимо от того «кто сверху», не пользуется популярностью. Но почему пишет автор об этом? Потому что среди феминисток есть мнение, что иногда сексуальный акт между мужчиной и женщиной может использоваться мужчиной не в качестве сексуального удовлетворения, а исключительно, чтобы наказать женщину. Мне всегда такой подход казался странным и с которым я в корне не согласен, ибо, когда показывают сексуальный акт между мужчиной и женщиной, к примеру, в кино, женщина всегда привлекательна. Другими словами, мужчина не будет насиловать или подобным образом «наказывать» женщину которая не вызывает у него чувства сексуального возбуждения. Думаю, автору вообще не стоило было трогать тему гомосексуальности в РФ.
Автор верно подмечает, что сексуально привлекательны женщины часто используются как в российском кино и в рекламе так и во всех остальных областях публичной деятельности. Однако я бы всё же не сказал, что в данном вопросе Россия ушла дальше Европы и США. Да, присутствие привлекательных женщин рядом с богатыми мужчинами воспринимается как само собой разумеющееся, тем не менее, есть область, где присутствие сексуально привлекательных женщин, а иногда и просто женщин как таковых, не является обычным. Я говорю о политике и присутствие женщин в политике. Автор замечает, что женщин в российской политике крайне мало, но так же отмечает, что использовать свою сексуальность, чтобы проложить дорогу в большую политику, таким образом, является ошибочным, ибо не работает.
Women’s sexualization in the political realm may be more likely to backfire when women are the subjects of the campaign.
В принципе, в рекламе использование мотивов связанных с сексом и сексуальностью, также не всегда работает, и если мы посмотрим на нынешнюю рекламу, мы найдём в ней довольно умеренное присутствие сексуально привлекательных женщин. Возможно, так дело обстоит и в странах Запада.
Не могу не отметить довольно комичную ситуацию, когда автор описывает, как феминистки воспринимаются в российском обществе, т.е. каких женщин представляют российские мужчины, когда им говорят о феминистках.
In Russia, there’s a very widespread opinion that feminists are ugly (strashnye) women, very masculine, very tough (zhestkie), who hate men, are unattractive, and aggressive.
<…>
[If you identify as a feminist] you will immediately be seen as a butch ball-buster (muzhlanka), like a muzhik in the worst sense of the word. [There’s the idea that feminists are] angry (zlye), aggressive, and of course, none of them get enough sex. There’s the term “nedotrakhannaia” [i.e. needs a good fucking].
Это очень точное описание того, как выглядят феминистки, не зависимо от национальности и расы, в глазах российских мужчин. Но чья это вина? Чаще всего в СМИ появляются именно такие образы современных феминисток и крайне редко когда топ-модели или просто привлекательные и сексуальные женщины говорят о себе как о феминистках. Посмотрите на любую молодую красивую актрису, и вы увидите, что почти ни одна не заявляет о себе как о феминистке. Да, есть такие женщины, которые говорят что они за равноправие, против домашнего насилия и против дискриминации женщин, но кто в России и на Западе, против всего этого? Все «за», но с точки зрения обычных мужчин, феминистки воюют не за равенство между полами, а, к примеру, за запрет порнографии или за запрет использования в компьютерных играх сексуально привлекательных женских персонажей. Посмотрите, некоторые разработчики действительно пошли на поводу у таких феминисток и создали женских персонажей непривлекательными, а иногда даже, мужеподобными. И вот тут возникает справедливый вопрос: ради этого воюют феминистки? Книга такие вопросы не задаёт, и поэтому в книге нет критики современного западного феминистического дискурса. Тем не менее, я согласен с общим посылом книги, что феминистки и феминизм в России рисуются исключительно чёрными красками.
Natalia Bitten, coordinator of the Initiative Group “Pro-Feminism” (za feminizm), noted that not only was feminism’s reputation negative but that Russians had been subjected to a veritable “anti-feminist hysteria” whipped up in the media in connection with Pussy Riot’s infamous performance and the court case that followed it:
People have no idea what feminism is; by and large, it has this negative image. But the anti-feminist campaign began after Pussy Riot’s action.
There are very few books on feminism and the situation of women in Russia, and those that are written do not deserve much attention, therefore I added one point to this book precisely because the author outlined the situation on the above-mentioned topics in a way that is as accessible and interesting as possible for the non-professional reader.
This book is one of those rare cases where a highly specialized issue is dealt with simply and straightforwardly. Nevertheless, the book still looks like an attempt to collect all blatant events related to sexism, violation of women's rights, etc. during Putin's rule, i.e., sometimes the book feels like a jumble of topics where quantity is more important than quality. Nevertheless, I was interested to learn some facts that I had not known before or rather, that I had not paid attention to. The most important such fact is the use of sex and sexuality in contemporary politics. But before I give some interesting quotes from the book, I would like to emphasize the fact that the topics of sex, pornography, etc., are not public in Russia. If, in the 90s, there were programs on Russian TV on the topic of sex education, today, there are none, and there have been none for a long time. I want to say that despite the fact that society in Russia is free, in terms of sexual issues and techniques, publicly, the topics of sex and pornography are, if not taboo, certainly not encouraged. Even erotica in Russia, if it appears anywhere, looks modest. Erotica and Russia are incompatible. This issue is not discussed in this book, but other interesting issues, such as the role of sex and sexuality in big politics, are discussed.
…with a masculine Putin in power, Russia would no longer be kicked around and disrespected on the international scene. Putin’s regime emphasized his masculine toughness as a way to convince the population that they were safe under his rule and that instability would result from “weakening” the regime through protests or the election of someone other than Putin.
I also noticed such an unobtrusive introduction to the idea of a "strong leader," which was linked to sexuality. Although, as a man, it's hard for me to evaluate the sexuality issues that were used in the president's PR campaign at the time, it still looked obvious, especially against the backdrop of a drinking and sick Yeltsin. It seems to me this policy was present only during Putin's first two terms because further on, the idea of Russia as a besieged fortress, in which the Ukrainian issue played a special role, was adopted, i.e., to justify Putin's stay in power. Therefore, what the author writes about was relevant, from my point of view, only in the first years of Putin's rule. Perhaps before Russia's military conflict with Georgia. But then, what happened to the use of sexuality and sex in politics in the Russian Federation? I think it was replaced by a pseudo-policy of conservative values sometime after Putin officially divorced his wife. I think it was at that point that Putin gave the order to remove all topics related to sex from public discourse because a single man (and Putin has not married since then) would raise questions, i.e., why he lives like a monk. However, the book does not focus so much on Putin directly but is more interested in the issue of the sexualization of women, problems related to the violation of women's rights, discrimination, and especially the case of Pussy Riot. It is difficult to choose any particular striking quotes from this book because the book is interesting in that it outlines the situation as a whole, only occasionally focusing on specific issues/cases, such as the Pussy Riot case.
I would like to note the rather ambiguous understanding of homosexuality among men that the author writes about, not in terms of sexual practices or non-traditional sexual relationships but in terms of either punishment or open domination of one man over another. This is extremely difficult for me, as a man, to understand. It seems to me that the author is blindly copying the situation related to women, i.e., the author does not understand the difference between this way of men dominating women and men.
Topping—the physical act of sexual penetration—“symbolized one man’s power over another.” For men who “topped,” engaging in sex with effeminate men confirmed their masculinity rather than undermining it.
The author does not say that this form of homosexuality is observed only in the prison environment and prison culture, while in the ordinary life of Russians, any homosexuality, regardless of "who is on top," is not popular. But why does the author write about this? There is an opinion among feminists that sometimes a sexual act between a man and a woman can be used by the man not for sexual satisfaction but solely to punish the woman. This approach has always seemed strange to me (and with which I disagree) because when a sexual act between a man and a woman is shown, for example, in a movie, the woman is always attractive. In other words, a man will not rape or "punish" a woman who does not cause him feelings of sexual arousal. I think the author should not have touched on the topic of homosexuality in Russia at all.
The author correctly points out that sexually attractive women are often used in Russian movies and advertising as well as in all other areas of publicity. However, I would not say that Russia has gone further than Europe and the United States in this area. Yes, the presence of attractive women around wealthy men is taken for granted, however, there is an area where the presence of sexually attractive women, or sometimes just women per se, is not common. I am talking about politics and the presence of women in politics. The author notes that there are very few women in Russian politics but also notes that using one's sexuality to pave the way into big politics is thus misguided because it does not work.
Women’s sexualization in the political realm may be more likely to backfire when women are the subjects of the campaign.
In principle, the use of motives related to sex and sexuality in advertising does not always work either so, if we look at current advertising, we will find a moderate presence of sexually attractive women. This may be the case in Western countries as well.
I can't help but notice a rather comical situation when the author describes how feminists are perceived in Russian society, i.e., what kind of women Russian men imagine when they are told about feminists.
In Russia, there’s a very widespread opinion that feminists are ugly (strashnye) women, very masculine, very tough (zhestkie), who hate men, are unattractive, and aggressive.
<…>
[If you identify as a feminist] you will immediately be seen as a butch ball-buster (muzhlanka), like a muzhik in the worst sense of the word. [There’s the idea that feminists are] angry (zlye), aggressive, and of course, none of them get enough sex. There’s the term “nedotrakhannaia” [i.e. needs a good fucking].
This is a very accurate description of what feminists, regardless of nationality and race, look like in the eyes of Russian men. But whose fault is it? More often than not, the media portrays such images of modern feminists, and it is extremely rare for top models or simply attractive and sexy women to speak of themselves as feminists. Look at any young beautiful actress and you will see that almost none of them declare themselves as feminists. Yes, there are women who say they are for equality, against domestic violence, and against discrimination against women, but who in Russia and the West is against all this? Everyone is in favor, but from the point of view of ordinary men, feminists are not fighting for equality between the sexes but, for example, for the prohibition of pornography or the use of sexually attractive female characters in computer games. Look, some developers have actually gone along with such feminists and created female characters unattractive and sometimes even masculine-like. And this begs a fair question: is this what feminists are fighting for? The book does not ask such questions, and so the book does not criticize contemporary Western feminist discourse. Nevertheless, I agree with the general message of the book that feminists and feminism in Russia are painted exclusively in black colors.
Natalia Bitten, coordinator of the Initiative Group “Pro-Feminism” (za feminizm), noted that not only was feminism’s reputation negative but that Russians had been subjected to a veritable “anti-feminist hysteria” whipped up in the media in connection with Pussy Riot’s infamous performance and the court case that followed it:
People have no idea what feminism is; by and large, it has this negative image. But the anti-feminist campaign began after Pussy Riot’s action.
Половое оружие к бою.
Рецепты коктейля ясны:
Горькая капля того, что зовётся «любовью»,
В сладкое море войны.
Книг на тему феминизма, а также о положении женщин в России, написано крайне мало, а те, что написаны, не заслуживают большого внимания. Поэтому я добавил этой книге один бал именно из-за того что автор обрисовала ситуация по вышеназванным темам максимально доступно и интересно для непрофессионального читателя.
Эта книга является тем редким случаем, когда узкоспециализированный вопрос разбирается просто и понятно. Тем не менее, книга выглядит всё же, как попытка собрать все вопиющие события, связанные с сексизмом, нарушением прав женщин и пр. в период правления Путина, т.е. иногда книга ощущается как нагромождение тем, где количество важнее качества. Тем не менее, мне было интересно узнать некоторые факты, о которых я раньше не знал, точнее, на которые раньше не обращал внимание. Самым главным таким фактом является использование темы секса и сексуальности в современной политике. Но прежде чем я приведу интересные цитаты из книги, я хотел бы особо подчеркнуть тот факт, что темы секса, порнографии и пр. в России не являются публичными. Если в 90-х годы на российском ТВ были программы на тему сексуального образования, то сегодня их нет, и нет уже очень давно. Я хочу сказать, что, несмотря на то, что общество в России достаточно свободное в плане сексуальных вопросов и техник, публично темы секса и порнографии являются если и не полностью запретными, то точно не поощряемыми. Даже эротика в России если и где появляется, то выглядит крайне скромно. Эротика и Россия – понятия несовместимые. Но данный вопрос в этой книге не обсуждается, а обсуждаются другие, интересные вопросы как, например, роль секса и сексуальности в большой политике.
…with a masculine Putin in power, Russia would no longer be kicked around and disrespected on the international scene. Putin’s regime emphasized his masculine toughness as a way to convince the population that they were safe under his rule and that instability would result from “weakening” the regime through protests or the election of someone other than Putin.
Я тоже заметил такое ненавязчивое внедрение в общество идеи «сильного лидера», которое было увязано с сексуальностью. Хотя, мне, будучи мужчиной, трудно оценить вопросы сексуальности, которые использовались тогда при PR кампании президента, всё же выглядело это действительно очевидным, особенно на фоне пьющего и больного Ельцина. Как мне кажется, такая политика была характерна только для первых двух сроков Путина, т.к. дальше было взято на вооружение, т.е. с целью оправдания пребывания Путина у власти, идея России как осаждённой крепости, особую роль в которой играл украинский вопрос. Поэтому, то о чём пишет автор, было актуально, с моей точки зрения, лишь в первые годы правления Путина. Возможно до того как случился военный конфликт России с Грузией. Но что потом стало с использованием сексуальности и секса в политике в РФ? Я думаю она была заменена псевдо политикой консервативных ценностей, примерно после того как Путин официально развёлся со своей женой (если вы ещё помните такую историю). Думаю, именно в этот момент Путин отдал приказ убрать все темы связанные с сексом из публичного дискурса, ибо одинокий мужчина (а Путин с того времени так и не женился), в таком случаи, вызывал бы вопросы, т.е. почему он живёт как монах. Однако книга не так много внимания уделяет непосредственно Путину, а больше интересуется вопросом сексуализации женщин, проблемами связанных с нарушением прав женщин, дискриминацией и особенно – кейсу Pussy Riot. Трудно выбрать какие-то особые яркие цитаты из этой книги, ибо книга интересна тем, что обрисовывает ситуацию в целом, лишь изредка концентрируясь на каких-то отдельных вопросах/кейсах как, например, история с Pussy Riot.
Хочу отметить довольно неоднозначное понимание гомосексуализма среди мужчин, о котором пишет автор, но не в смысле сексуальных практик или нетрадиционных отношений, а в плане либо наказания, либо открытого доминирования одного мужчины над другим. Мне, как мужчине, это понять крайне трудно. Мне кажется, автор слепо копирует ситуацию, связанную с женщинами, т.е. автор не понимает разницу, между таким способом доминирования мужчин над женщинами и мужчинами.
Topping—the physical act of sexual penetration—“symbolized one man’s power over another.” For men who “topped,” engaging in sex with effeminate men confirmed their masculinity rather than undermining it.
Автор не говорит о том, что такая форма гомосексуализма наблюдается только в тюремной среде и тюремной культуре, в обычной же жизни россиян любая гомосексуальность, не зависимо от того «кто сверху», не пользуется популярностью. Но почему пишет автор об этом? Потому что среди феминисток есть мнение, что иногда сексуальный акт между мужчиной и женщиной может использоваться мужчиной не в качестве сексуального удовлетворения, а исключительно, чтобы наказать женщину. Мне всегда такой подход казался странным и с которым я в корне не согласен, ибо, когда показывают сексуальный акт между мужчиной и женщиной, к примеру, в кино, женщина всегда привлекательна. Другими словами, мужчина не будет насиловать или подобным образом «наказывать» женщину которая не вызывает у него чувства сексуального возбуждения. Думаю, автору вообще не стоило было трогать тему гомосексуальности в РФ.
Автор верно подмечает, что сексуально привлекательны женщины часто используются как в российском кино и в рекламе так и во всех остальных областях публичной деятельности. Однако я бы всё же не сказал, что в данном вопросе Россия ушла дальше Европы и США. Да, присутствие привлекательных женщин рядом с богатыми мужчинами воспринимается как само собой разумеющееся, тем не менее, есть область, где присутствие сексуально привлекательных женщин, а иногда и просто женщин как таковых, не является обычным. Я говорю о политике и присутствие женщин в политике. Автор замечает, что женщин в российской политике крайне мало, но так же отмечает, что использовать свою сексуальность, чтобы проложить дорогу в большую политику, таким образом, является ошибочным, ибо не работает.
Women’s sexualization in the political realm may be more likely to backfire when women are the subjects of the campaign.
В принципе, в рекламе использование мотивов связанных с сексом и сексуальностью, также не всегда работает, и если мы посмотрим на нынешнюю рекламу, мы найдём в ней довольно умеренное присутствие сексуально привлекательных женщин. Возможно, так дело обстоит и в странах Запада.
Не могу не отметить довольно комичную ситуацию, когда автор описывает, как феминистки воспринимаются в российском обществе, т.е. каких женщин представляют российские мужчины, когда им говорят о феминистках.
In Russia, there’s a very widespread opinion that feminists are ugly (strashnye) women, very masculine, very tough (zhestkie), who hate men, are unattractive, and aggressive.
<…>
[If you identify as a feminist] you will immediately be seen as a butch ball-buster (muzhlanka), like a muzhik in the worst sense of the word. [There’s the idea that feminists are] angry (zlye), aggressive, and of course, none of them get enough sex. There’s the term “nedotrakhannaia” [i.e. needs a good fucking].
Это очень точное описание того, как выглядят феминистки, не зависимо от национальности и расы, в глазах российских мужчин. Но чья это вина? Чаще всего в СМИ появляются именно такие образы современных феминисток и крайне редко когда топ-модели или просто привлекательные и сексуальные женщины говорят о себе как о феминистках. Посмотрите на любую молодую красивую актрису, и вы увидите, что почти ни одна не заявляет о себе как о феминистке. Да, есть такие женщины, которые говорят что они за равноправие, против домашнего насилия и против дискриминации женщин, но кто в России и на Западе, против всего этого? Все «за», но с точки зрения обычных мужчин, феминистки воюют не за равенство между полами, а, к примеру, за запрет порнографии или за запрет использования в компьютерных играх сексуально привлекательных женских персонажей. Посмотрите, некоторые разработчики действительно пошли на поводу у таких феминисток и создали женских персонажей непривлекательными, а иногда даже, мужеподобными. И вот тут возникает справедливый вопрос: ради этого воюют феминистки? Книга такие вопросы не задаёт, и поэтому в книге нет критики современного западного феминистического дискурса. Тем не менее, я согласен с общим посылом книги, что феминистки и феминизм в России рисуются исключительно чёрными красками.
Natalia Bitten, coordinator of the Initiative Group “Pro-Feminism” (za feminizm), noted that not only was feminism’s reputation negative but that Russians had been subjected to a veritable “anti-feminist hysteria” whipped up in the media in connection with Pussy Riot’s infamous performance and the court case that followed it:
People have no idea what feminism is; by and large, it has this negative image. But the anti-feminist campaign began after Pussy Riot’s action.
There are very few books on feminism and the situation of women in Russia, and those that are written do not deserve much attention, therefore I added one point to this book precisely because the author outlined the situation on the above-mentioned topics in a way that is as accessible and interesting as possible for the non-professional reader.
This book is one of those rare cases where a highly specialized issue is dealt with simply and straightforwardly. Nevertheless, the book still looks like an attempt to collect all blatant events related to sexism, violation of women's rights, etc. during Putin's rule, i.e., sometimes the book feels like a jumble of topics where quantity is more important than quality. Nevertheless, I was interested to learn some facts that I had not known before or rather, that I had not paid attention to. The most important such fact is the use of sex and sexuality in contemporary politics. But before I give some interesting quotes from the book, I would like to emphasize the fact that the topics of sex, pornography, etc., are not public in Russia. If, in the 90s, there were programs on Russian TV on the topic of sex education, today, there are none, and there have been none for a long time. I want to say that despite the fact that society in Russia is free, in terms of sexual issues and techniques, publicly, the topics of sex and pornography are, if not taboo, certainly not encouraged. Even erotica in Russia, if it appears anywhere, looks modest. Erotica and Russia are incompatible. This issue is not discussed in this book, but other interesting issues, such as the role of sex and sexuality in big politics, are discussed.
…with a masculine Putin in power, Russia would no longer be kicked around and disrespected on the international scene. Putin’s regime emphasized his masculine toughness as a way to convince the population that they were safe under his rule and that instability would result from “weakening” the regime through protests or the election of someone other than Putin.
I also noticed such an unobtrusive introduction to the idea of a "strong leader," which was linked to sexuality. Although, as a man, it's hard for me to evaluate the sexuality issues that were used in the president's PR campaign at the time, it still looked obvious, especially against the backdrop of a drinking and sick Yeltsin. It seems to me this policy was present only during Putin's first two terms because further on, the idea of Russia as a besieged fortress, in which the Ukrainian issue played a special role, was adopted, i.e., to justify Putin's stay in power. Therefore, what the author writes about was relevant, from my point of view, only in the first years of Putin's rule. Perhaps before Russia's military conflict with Georgia. But then, what happened to the use of sexuality and sex in politics in the Russian Federation? I think it was replaced by a pseudo-policy of conservative values sometime after Putin officially divorced his wife. I think it was at that point that Putin gave the order to remove all topics related to sex from public discourse because a single man (and Putin has not married since then) would raise questions, i.e., why he lives like a monk. However, the book does not focus so much on Putin directly but is more interested in the issue of the sexualization of women, problems related to the violation of women's rights, discrimination, and especially the case of Pussy Riot. It is difficult to choose any particular striking quotes from this book because the book is interesting in that it outlines the situation as a whole, only occasionally focusing on specific issues/cases, such as the Pussy Riot case.
I would like to note the rather ambiguous understanding of homosexuality among men that the author writes about, not in terms of sexual practices or non-traditional sexual relationships but in terms of either punishment or open domination of one man over another. This is extremely difficult for me, as a man, to understand. It seems to me that the author is blindly copying the situation related to women, i.e., the author does not understand the difference between this way of men dominating women and men.
Topping—the physical act of sexual penetration—“symbolized one man’s power over another.” For men who “topped,” engaging in sex with effeminate men confirmed their masculinity rather than undermining it.
The author does not say that this form of homosexuality is observed only in the prison environment and prison culture, while in the ordinary life of Russians, any homosexuality, regardless of "who is on top," is not popular. But why does the author write about this? There is an opinion among feminists that sometimes a sexual act between a man and a woman can be used by the man not for sexual satisfaction but solely to punish the woman. This approach has always seemed strange to me (and with which I disagree) because when a sexual act between a man and a woman is shown, for example, in a movie, the woman is always attractive. In other words, a man will not rape or "punish" a woman who does not cause him feelings of sexual arousal. I think the author should not have touched on the topic of homosexuality in Russia at all.
The author correctly points out that sexually attractive women are often used in Russian movies and advertising as well as in all other areas of publicity. However, I would not say that Russia has gone further than Europe and the United States in this area. Yes, the presence of attractive women around wealthy men is taken for granted, however, there is an area where the presence of sexually attractive women, or sometimes just women per se, is not common. I am talking about politics and the presence of women in politics. The author notes that there are very few women in Russian politics but also notes that using one's sexuality to pave the way into big politics is thus misguided because it does not work.
Women’s sexualization in the political realm may be more likely to backfire when women are the subjects of the campaign.
In principle, the use of motives related to sex and sexuality in advertising does not always work either so, if we look at current advertising, we will find a moderate presence of sexually attractive women. This may be the case in Western countries as well.
I can't help but notice a rather comical situation when the author describes how feminists are perceived in Russian society, i.e., what kind of women Russian men imagine when they are told about feminists.
In Russia, there’s a very widespread opinion that feminists are ugly (strashnye) women, very masculine, very tough (zhestkie), who hate men, are unattractive, and aggressive.
<…>
[If you identify as a feminist] you will immediately be seen as a butch ball-buster (muzhlanka), like a muzhik in the worst sense of the word. [There’s the idea that feminists are] angry (zlye), aggressive, and of course, none of them get enough sex. There’s the term “nedotrakhannaia” [i.e. needs a good fucking].
This is a very accurate description of what feminists, regardless of nationality and race, look like in the eyes of Russian men. But whose fault is it? More often than not, the media portrays such images of modern feminists, and it is extremely rare for top models or simply attractive and sexy women to speak of themselves as feminists. Look at any young beautiful actress and you will see that almost none of them declare themselves as feminists. Yes, there are women who say they are for equality, against domestic violence, and against discrimination against women, but who in Russia and the West is against all this? Everyone is in favor, but from the point of view of ordinary men, feminists are not fighting for equality between the sexes but, for example, for the prohibition of pornography or the use of sexually attractive female characters in computer games. Look, some developers have actually gone along with such feminists and created female characters unattractive and sometimes even masculine-like. And this begs a fair question: is this what feminists are fighting for? The book does not ask such questions, and so the book does not criticize contemporary Western feminist discourse. Nevertheless, I agree with the general message of the book that feminists and feminism in Russia are painted exclusively in black colors.
Natalia Bitten, coordinator of the Initiative Group “Pro-Feminism” (za feminizm), noted that not only was feminism’s reputation negative but that Russians had been subjected to a veritable “anti-feminist hysteria” whipped up in the media in connection with Pussy Riot’s infamous performance and the court case that followed it:
People have no idea what feminism is; by and large, it has this negative image. But the anti-feminist campaign began after Pussy Riot’s action.
April 27, 2019
Gives a great overview of the state of gender politics in Russia and lots of context about Russian and Soviet feminist movements, as well as thorough analysis of the increased sexualising of women and politics. A little repetitive, sometimes.
Want to read
February 26, 20212014
WRB Sept 2015 has a positive review full of content, by Rochelle Ruthchild
sperling has written several books on Russia. This one is partly based on interviews with women in Russia.
Part of the book contrasts uses of masculinity in Russia vs in US politics.
"White male Republicans highlight their machismo by supporting gun rights, and rightwing attacks on Pre Obama's masculinity are constant.
"USSR govt propaganda relentlessly stigmatized feminism as 'bourgeois'....The collapse of the USSR only intensified hostility to feminism....Feminists now widely considered to be unattractive man-haters and lesbians.
...Putin has sought support by increased emphasis on his macho militarist actions and adherence to supposed traditional natl values. The *presidency*, the Russian Orthodox *Church*, and the *army* are the country's 3 most trusted institutions.
...homophobia...is widespread in Russia...almost exclusively directed at men
WRB Sept 2015 has a positive review full of content, by Rochelle Ruthchild
sperling has written several books on Russia. This one is partly based on interviews with women in Russia.
Part of the book contrasts uses of masculinity in Russia vs in US politics.
"White male Republicans highlight their machismo by supporting gun rights, and rightwing attacks on Pre Obama's masculinity are constant.
"USSR govt propaganda relentlessly stigmatized feminism as 'bourgeois'....The collapse of the USSR only intensified hostility to feminism....Feminists now widely considered to be unattractive man-haters and lesbians.
...Putin has sought support by increased emphasis on his macho militarist actions and adherence to supposed traditional natl values. The *presidency*, the Russian Orthodox *Church*, and the *army* are the country's 3 most trusted institutions.
...homophobia...is widespread in Russia...almost exclusively directed at men
December 20, 2025
Venturing into non fic. This book was very easy to read for someone who usuallly doesn’t gravitate towards this genre - filled with so many fascinating examples and a very good analysis of the societal factors that allow putins use of gender rhet to thrive
June 10, 2018
An interesting topic and relevant, but also hard to follow and repetitive.
Read
April 12, 2019322.40947 S749 2015
Displaying 1 - 6 of 6 reviews