Сорока на виселице

by Эдуард Веркин

Добро пожаловать в мир будущего! Мир, в котором побеждены болезни, войны, голод и старость, открыты более двухсот экзопланет и экспансия продолжается. Прекрасный новый мир, мир для всех. Кроме Яна. Но именно он, простой смотритель заповедника, волей случая попадает в состав Большого Жюри, которое определит дальнейший вектор развития земной цивилизации. Ждут ли нас в космосе? Ждет ли нас космос? По плечу ли он нам? Стоит ли «разгонять» мозг человека ради дальнейшего освоения Галактики? Останется ли после этого человек человеком?

Эдуард Веркин исследует тему оправдания глобальных экспериментов над человечеством, феномен преодоления старости и эволюцию космических миссий, сообщая по сути научно-фантастическому тексту глубину и тревожность настоящей психологической прозы. Прозы большой, щемящей и гулкой, заставляющей вспомнить лучшие образцы советской фантастики о выборе пути к звездам сквозь мрак Вселенной.

Genres: Fiction, Audiobook, Science Fiction, Russia

512 pages, Hardcover

Published February 28, 2025

About the author

Эдуард Веркин – современный детский писатель, фантаст, член Союза писателей России. Также известен под псевдонимом Макс Острогин.

Reviews

[Nastja]

Я, конечно, все понимаю: и про преломление смыслов, и про инверсию сюжетности, и про субверсию фокальности, и про снизывание пространства на суровую нитку восприятия, так чтобы оно как следует заморщинилось, и про игру, и про иронию, и про нарушенные читательские ожидания, и про ассоциативный поток, и про пинг-понг идеями, и про деструктурализацию нарратива, и про отсылки, и про зеркальность абсурдизма, нарративный лабиринт и дух Стругацких, который веет там, где хочет, а где не хочет — не веет, я все понимаю тоже.
Одного я только не понимаю, что ж так скучно-то.

[Mikhail Korobko · Rating 5 out of 5]

Далекое будущее, "мир полудня": человечество достигло пика развития, расселилось по ближайшим системам и в целом живет в обществе пост-изобилия. ГГ — простой спасатель на туристических маршрутах — попадает случайной жеребьевкой в Большое Жюри. Это комиссия, которая может быть собрана для принятия самых важных решений для человечества. Он летит на далекую планету, где будет заседать Жюри, вот только там почти никого нет, и никак не прилетят другие члены Жюри...Зато там есть Институт, который занимается проблемами синхронной физики — странной науки, которая строится на парадоксах и совпадениях, и обещает прорыв для человечества. Для этого в Институте строится некоторый механизм...Вблизи него реальность искажается, начинают происходить невероятные вещи и в целом становится странно. ГГ бродит по пустым коридорам Института, ждет Жюри и общается с местыми учеными...

Это странная литература: в ней почти ничего не происходит, большая часть текста состоит из диалогов и размышлений ГГ. При этом диалоги и события немного не в фазе с реальностью: в них всегда сквозит некоторый абсурд и избыточность — совпадая с физикой места. По общему настроению это похоже на Лема или Стругацких, если убрать все фантастическое и оставить только общее настроение, добавить Хармса и Линча, ну и вспомнить "Замок" Кафки. И все это написать прекрасным богатым языком. При этом книга наполнена очень интересными философскими идеями, от геронтологии и целей научного поиска до смысла существования человечества, времени, искусства и природы в целом. Наверное, в них основная суть книги, и кажется, идей там столько, что можно разобрать на целую диссертацию.

Мне очень понравилось, это настоящая философская научная фантастика, какой я давно не читал, и в стиле, какого сейчас не встретишь. Я получал огромное удовольствие просто от языка. В этот раз я слушал, но думаю, когда-нибудь перечитаю, чтобы выделять важные мысли, перечитывать абзацы и вот это все. При этом читать это не просто: практическое отсутствие сюжета и общая недосказанность и абсурдность заставляют постоянно держать внимание на тексте. Наверное, это можно было бы сравнить с классиками постмодернизма по степени "что тут вообще происходит", но тут сложность в первую очередь смысловая, а не языковая, а язык как раз упрощает процесс.

Я точно буду возвращаться к этой книге, и надеюсь с кем-нибудь еще пообсуждать, что там вообще происходит.

Кому понравится:
- вы от всего сердца кайфуете от "Сталкера" и "Соляриса" Тарковского, а 8 серия 3 сезона Твин Пикс привела вас в вострог
- вы любите большую смысловую плотность
- вам хочется почитать необычной философской НФ

Не стоит читать:
- вам в книгах важен сюжет
- вы не терпите, когда ничего не понятно, и вам нужно знать, что же этим хотел сказать автор
- вас раздражает абсурд

[Fellini · Rating 2 out of 5]

Wtf did I read? Я ждала сюжета, историй, после середины книги - что хотя бы начатые линии и эпизоды во что-то сложатся. И не дождалась. Впрочем, это проблема моих ожиданий.
Сон, блуждания в тумане, ограниченном планетой; размышления о границах познаваемого мира, о возможностях познания вообще. Ничего не понятно, вероятно я не очень умный.

[Anatoly Bezrukov · Rating 4 out of 5]

Несмотря на почти полное отсутствие сюжета (а точнее, его "расползание" и "растворение" в разговорах и размышлениях), роман читается хорошо.
Огромное количество, пускай обрывочных, но зато причудливым и порой абсурдным образом переплетенных мыслей и идей о том, как человечество может (или не может?) справляться с прогрессом, с бесконечностью вселенной и с собственной природой.
Читать можно с любого места, а можно перечитывать раз за разом и находить всё новые взаимосвязи внутри текста, хотя сдается мне, многие из них - это сознательные "обманки" со стороны автора, превратившего апофению в художественный метод. Или не сознательные. Или и не "обманки" вовсе. Боюсь, этого даже и сам Веркин не знает. Или знает, но не скажет.

[Anastasia · Rating 2 out of 5]

Не смогла до конца дочитать: нет сюжета и герои описаны так схематично, что их не представишь толком и поэтому не посочувствуешь. Несмотря на флёр фантастики 1960ых годов, которую я люблю, эта книга совсем не увлекла. Может быть вернусь к ней позже, когда преодолею раздражение.

[Майя Ставитская · Rating 5 out of 5]

Рукопись, найденная в изумлении
Прежний мир был составлен из глины, золота и хрусталя, новый будет из скорости и света.
Давайте так: я понимаю, что новый роман Эдуарда Веркина он же, самая ожидаемая книга 2025, вызовет много вопросов, нужен кто-то, кто ответит хотя бы на часть из них, пусть это буду я. Начнем с заглавия, оно, как и обложка, отсылает к одноименной картине Питера Брейгеля старшего, написанной в середине 16 века, когда ростки протестантского инакомыслия в Нидерландах жестоко подавлялись католической Испанией, под властью которой пребывала страна. Протестантизм, более прогрессивный и развернутый к пастве, опередил свое время, его последователей пытали и казнили - непропорционально большая виселица на картине как напоминание и предостережение. Жестокая расплата за веру во что-то, пришедшее слишком рано; за потребность продолжать следовать этим путем в период отката и реакции - ключевой образ "Сороки на виселице". Понятно, что это самая поверхностная трактовка, книга предлагает множество градаций от: "отнимают самое необходимое", до "спасибо, что забрали спички у детей".

Роман продолжает тему Синхронной физики или Потока Юнга, которую автор начал рассказом "Крылья" (сборник "Новое будущее") и повестью "Физики" (сборник "Мир без Стругацких"). Веркин, в отличие от большинства коллег-писателей, глядя в будущее, создает не антиутопию, но утопический мир, близкий Полдню Стругацких: энергетический кризис разрешен изобретением репликатора, позволяющего синтезировать что угодно из примерно ничего; проблема освоения дальнего космоса - здешним аналогом прыжковой телепортации, когда межзвездное расстояние разбивается на некоторое количество перемещений, преодолеваемых людьми в состоянии полу-смерти, лайтовой версии эвтаназии, на выходе из которой, во избежание побочек, нужно пить здешний аналог Регидрона, тягучий электролит в банках - в основном все переносят без последствий. Освоено девять землеподобных планет, найдено еще больше, человечество расселяется по вселенной, на Земле в статусе отчасти заповедника, остаются немногие.

Ян, герой-рассказчик, один из таких. Проблема с абстрактным мышлением закрыла для него пути в интеллектоемкие сферы, но работа спасателя совершенно его устраивает. Однако именно он, волей обстоятельств, стал членом Большого жюри, которому предстоит решить: быть или не быть Синхронной физике. Жюри формируется наполовину из специалистов в самых разных отраслях, наполовину из рандомных обывателей. Теперь собственно о физике, что она такое? Если очень примитивно, то это инструмент, в перспективе способный дать людям сверхчеловеческие способности: изменять по желанию физический облик, жить в безвоздушном пространстве, мгновенно (а не вот это вот все с промежуточными смертями) перемещаться в любую точку, предвидеть будущее, моделируя желаемое. Как ни странно, в основе механизмы синхронности, известные всякому по гадательным техникам: таро и руны, всевозможные -мантии и толкование снов, бобы кумалаки и подброшенная монетка, астрология, наконец, прямо базирующаяся на принципе "то, что внизу подобно тому, что наверху".

Очевидная проблема в том, что, при крайне высокой ресурсоемкости и оттягивании на себя лучших мозгов популяции, видимых результатов Поток Юнга не дает, вот уже полтора столетия, и время окончательной реализации сбычи мечт откладывается все дальше. Заседание должно пройти на планете Реген ("Дождь", салют, мокрецы Стругацких), где расположен Институт синхронной физики. Там строится Актуатор - конструкт, находящийся одновременно в нескольких измерениях, чье действие напрямую связано с потоком Юнга, туда в немыслимых количествах свозятся бумажные книги - необходимый фактор работы синхронистов. Туда прибывают Ян и библиотекарь (где книги, там непременно должен/должна быть) Мария. Там, в ожидании остальных членов Комиссии, в прогулках и разговорах, разворачивается действие тягучего, как смола, безумно рекурсивного романа.

"Сорока на виселице" совсем не многофигурна, буквально семерка персонажей: Энтузиаст (он же Сумасшедший-гений) Уистлер; Скептик Кассини; Неопределившийся Шуйский ("левая рука не знает, что делает правая"); Простак (он же Человек-задающий-вопросы) Ян; Наблюдатель Мария; Штайнер, с чьим амплуа я для себя не определилась и доктор Уэзерс, но он в основном советует пить электролит. В блуждании коридорами Института, воплощающем образы снов, обрывки прочитанного с книжных страниц, разговоры - кое-что от "Соляриса" и довольно много от других веркинских историй, начиная с "Кошек, которые ходят поперек" и "Пчелиного волка", заканчивая кровавым бессмертием "Через сто лет" и "Звездолетом с подбитым крылом". Внимательный и неленивый читатель найдет здесь привет еще одной самой ожидаемой книге года, "Смеху лисы" Идиатуллина, не считая всяких борхесов в количествах.

Вот и все, что я хотела сказать для начала. Дальше - сами.

[Trounin · Rating 1 out of 5]

В год 2025 литературная премия «Большая книга» изменила формат. Отныне лауреаты будут избираться единожды, как гласил новый устав. Из каких это было сделано побуждений? Вероятно, чтобы избавиться от лицезрения трудов ряда писателей, чьи творческие потуги успели изрядно надоесть. Поэтому никто не удивился, когда первым лауреатом по новой системе стал Эдуард Веркин. Получалось так, что отныне «Большая книга» словно бы переходила в формат не выбора лучших из номинированных, а в подобие инструмента, ярко показывающего, чьи труды лучше обходить стороной. Но так нельзя судить по пока ещё единственному лауреату. Может такое мнение чрезмерно надуманное? Отнюдь! Кто уже успел ознакомиться с трудами Веркина, вынес определённую точку зрения, преимущественно в негативной окраске. Вместе с тем, доверие читателя к литературным премиям в качестве ориентира на качественную литературу в очередной раз не нашло подтверждения.

В прошлом крупном произведении, каким стала вторая книга «снарка снарка» — «Снег Энцелада», читатель ожидал открытия космических горизонтов, пришельцев и приключений на спутниках Сатурна, чего по итогу не увидел. Веркин понял читательский запрос, направив мысли в требуемом от него направлении. Только Эдуард не внял прочим пожеланиям читателя, видеть не пространные размышления обо всём и ни о чём, а сухое и конкретное изложение, позволяющее следить за развитием описываемого действия. Увы! «Сорока на виселице» стала всё тем же «снарком снарком». Данное произведение вполне могло получить нумерацию третьей книги. То есть, развивая мысль, читатель теперь попросит более внятного растолкования ему представленного. И тогда, ещё года через три, Веркин представит произведение, описывающее некое зооботаническое действо с налётом средневековых пыток, отображённое на фоне восстания ратующих за справедливое распределение доступных человечеству ресурсов, заканчивающееся карательным воздействием со стороны наделённых властью. А пока нужно внимать так и не описанному в «Снеге Энцелада».

Перед читателем мир будущего. Люди живут долго. Желаемое достигнуто. И это главная проблема общества. Как её разрешить? Веркин всячески о том рассуждает. Достигнуто и другое — синхронная физика. Что это такое? Веркин придумал нужное ему объяснение. В чём оно заключается? Если подумать, то ни в чём. Собственно, с какой стороны не подойди к произведению Эдуарда — ни о чём и ни в чём. В обилии размышлений, которые можно уподобить речам софистов, вся суть сводится к самоутверждению за счёт ложного мудрствования. Какой бы тезис Веркин не выдвигал, обоснованный за счёт остальных тезисов, становится всё тем же силлогизмом. Впрочем, «тезис» и Веркин — это взаимоисключающие друг друга понятия. Зато Веркин и «силлогизм» — понимаемое под одно. Ведь читатель знает, в чём пагубность силлогизмов. Дальнейшая мысль развивается без пояснений. Хоть в чём-то силлогизмы должны быть близкими к истине.

Постойте, вскричит читатель. Ведь «Сорока на виселице» — это явная отсылка к картине Брейгеля Старшего. Вовсе нет! Веркин мог назвать произведение хоть «Явлением Христа народу». Нет-нет, повторит читатель, ключевое слово — «сорока». Сорока является символом болтливости. Да! В таком случае читатель прав. Веркин в кои-то веки отобразил смысл наполнения произведения в его названии. Чрезмерная сорока. А что есть такое «болтливость»? Стремление к извержению большого количества слов, чаще всего неуместных. Что же, хорошо, если Эдуард вложил в понимание содержания именно такой смысл. Потому более говорить про его произведение не требуется. Там не о чем рассказывать. Это тот самый случай, когда допустить спойлер не представляется возможным.

(c) Trounin

[Eugene Pustoshkin · Rating 3 out of 5]

Начало многообещающее, но как и в случае со снарком автор не смог додержать интенсивность. С середины книга распадается на ошмётки, разрывается, раскалывается, расколдовывается. Типичные приёмы автора перестают работать, сдают себя в утиль. Суховатый воздух раздражает ноздри, и нет спасительной струи бобра

В первой половине книги всё было нормально и был целый ряд философских размышлений. Понравилась следующая цитата: «…третий же слой бытия есть поле Юнга, кипящий океан снов, надежд, молитв и разочарований всех, кто когда-либо был, и сила его столь велика, что порой лёгким дыханием прорывается через лёд и твердь гравитации, корабли задевают его верхушками мачт…» (с. 89–90).

И: «…для существования и развития любого разума необходима бесконечность, наличие границ фатально для сознания, машинного или естественного» (с. 123).

Больше, увы, ничего.

[E. Artyom · Rating 5 out of 5]

Скажи мне кто с полгода назад, что я буду рекомендовать фантастику, - я бы поверил. Русскую фантастику - поверил, но уже со скепсисом. Современную русскую фантастику - точно бы не поверил и предложил обратиться в дурку. Однако рекомендую. Идейно ноги слегка растут из "Волны гасят ветер" Стругацких, на мой взгляд, но автор поворачивает всё по-своему, хотя стилистически это тоже "экспериментальный" роман со вставными новеллами, письмами и т.д. К деталям лучше быть внимательным и держать нос по ветру.

[A13 · Rating 3 out of 5]

Взялся за новую книгу Веркина с радостью и предвкушением, поначалу все так нравилось, словно Снарк в других декорациях - ничего не происходит, все говорят страшно интересные и парадоксальные вещи, смешно и непонятно. Но чем дальше, тем книга все скучнее и скучнее, к сожалению. Идеи и диалоги словно замкнулись сами в себе и повторяются, сюжет так и не сдвинулся, смысла пусть и не ждешь, но и его тоже нет.

[Irina Toumanian · Rating 5 out of 5]

Очень мне понравился этот роман, своей неуловимой мерцающей сложно определимой атмосферой. Из встроенных историй особенно запомнились бессмертные медве��и и для контраста AI, покончивший жизнь самоубийством.
Прекрасна рецензия Владимирского: "причесывает" разрозненные мысли, метающиеся в голове после прочтения.
https://www.kinopoisk.ru/media/articl...

[feeeper · Rating 2 out of 5]

Я вообще не понял, что это было. Возможно, надо будет перечитать когда-нибудь, но это не точно.

[BookClubBot]

book_id:434

[Александр Светов · Rating 3 out of 5]

Рукопись, найденная в прострации.
Патафизическая медвежуть, изобилующая смысловыми войдами. Скучная, как лоток Барсика.
Веркина покусал пиштакозавр, инфа 100%