Сегодня и Ежедневно

by Виктор Драгунский

Имя писателя Виктора Драгунского знакомо каждому. На знаменитых "Денискиных рассказах" выросло не одно поколение, зачитываясь тем, как главный герой выбрасывал манную кашу из окна, сидел 20 лет под кроватью, дарил другу Мишке Слонову на день рождения гусиное горло и катался на велосипеде с мотором. Но у Виктора Драгунского есть и другая, "взрослая", невероятно лиричная и проникновенная проза.

После войны клоун Николай Ветров возвращается в цирк, где работал долгие годы. Время и тяжёлые испытания многое изменили, и прошлые связи восстановить не просто. Но у Ветрова есть цель – смешить людей, которая помогает ему двигаться дальше.

О цирке Виктор Драгунский, служивший здесь когда-то артистом, знал не понаслышке. В нежной и лиричной повести Сегодня и ежедневно автор приоткрывает для нас занавес загадочного и манящего внутреннего циркового мира.

В проникновенном исполнении Григория Переля проза Виктора Драгунского сохранила теплую и искреннюю авторскую интонацию.

Audible Audio

Published March 13, 2024

About the author

англ.: Victor Dragunsky

Reviews

[Anastasia · Rating 4 out of 5]

Это повесть о любви, не романтическом помутнении рассудка, а чувстве взрослом, выстраданном, и оттого таком желанном. Сцена объяснения главного героя с его любимой – одна из самых сильных из тех, что я когда-либо читала. Сильная не откровенностью эмоций, а сдержанностью, простотой, смыслами, вложенными в каждое слово. Это повесть о том, как человеку приходится зубами держаться за свою жизнь, пытаясь выкарабкаться из той канавы, в которую забросило на очередном крутом повороте. Неслучайно повесть заканчивается фразой из репризы о собачке, пересказанной в самом начале. Это повесть о цирке. Такую любовь к своему делу, искусству, жанру, я встречала, пожалуй, только у Никулина. Даже в биографиях обоих Дуровых не было этой безоглядной влюблённости именно в цирк, манеж, в каждый канат и каждый фонарь. Повесть отчасти автобиографична, ведь Драгунский и сам был клоуном, и вряд ли человек посторонний смог бы написать настолько проникновенно.