Путешествия по ту сторону

by J.M.G. Le Clézio

Путешествие в прекрасный мир фантазии предлагает читатели французский писатель Жан Мари Гюсгав Леклезио.
Героиня романа Найя Найя — женщина-фея, мечты которой материализуются в реальной жизни. Она обладает способность парить в воздухе вместе с дымом сигареты, превращаться в птицу, идти к солнцу по бликам на воде, проливаться дождем, становиться невидимой — то есть путешествовать «по ту сторону» реального и возможного. Поэтичны и увлекательны сказки, которые героиня рассказывает своим друзьям.
Повествование о странной женщине-фее обрамляют рассказы о начале и конце жизни на Земле.

272 pages, Unknown Binding

First published January 1, 1975

About the author

Jean-Marie Gustave Le Clézio, better known as J.M.G. Le Clézio (born 13 April 1940) is a Franco-Mauriciano novelist. The author of over forty works, he was awarded the 1963 Prix Renaudot for his novel Le Procès-Verbal (The Interrogation) and the 2008 Nobel Prize in Literature.

Reviews

[AiK · Rating 5 out of 5]

Редчайшая тема, история мезоамериканских индейцев в период, предшествовавший конкисте, с фундаментальным изучением эпосов и анализом негативного влияния европейских завоеваний и физического истребления местного населения и его культурного наследия. Импонируют глубокое знание и уважение автора к древнейшей культуре коренных жителей Центральной Америки, его гуманистические взгляды.

[Krys · Rating 5 out of 5]

Ная Ная ўмее перамяшчацца па часе, па чужых снах, па адваротніцы свету, часам яна шпацыруе па залатых цаглінках сонечнай дарожкі да самага далягляду, дзе

"...сухость неба и сухость камня были так плотно пригнаны друг к другу, что между ними не проскользнуло бы и верещанье сверчка".

Ная Ная ўмее ператварацца ў котку і ў кажана, бо гэта так цікава – скакаць па прыступках маленькай гнуткай істотай або зігзагамі несціся ў сетцы ультрагукаў.
Ная Ная ўмее апавядаць казкі і дзяліцца незвычайнымі здольнасцямі з сваімі сябрамі, каб і яны ўрасталі дрэвам ва ўзбярэжжа, сустракалі світанак птушкамі на даху, услухоўваючыся ў гучанне будзённых слоў, знаходзілі за імі чароўныя пейзажы.
Хто такая Ная Ная?
Я не ведаю... Я прымярала на яе розныя абліччы, але яна засталася неразгаданай.
Ная Ная – Тая, што ў Пачатку і ў Канцы? Касмаганічная істота? Маці міфаў?
Ная Ная – дзіўная каханая аўтара?
Ная Ная – падлетак-аўтыст, які хаваецца ад нашага жорсткага свету па-той бок маўчання?
Ная Ная – душа невялікай кампаніі, усімі любімая казачніца-сяброўка?
Ная Ная – нявеста... не... сястра (!) Маленькага Прынца?
Ная Ная – душа кожнага з нас, якую мы стараемся ўвагнаць у рамкі “даросласці” ды утылітарызму?
Ная Ная – само Жыццё?
Няма адказу.
Ёсць падарожжа па-той бок прадметаў ды слоў, на адваротніцу рэчаў.
Па-той бок рэчыўнага свету не патрапіць паміж працай ды кухняй, мноствам “важных” спраў “дарослага чалавека”. Як лёгка чыталася кніга, калі я занырвала ў яе, узвёўшы непрабіўную сцяну між чытвом і рэальнасцю! Як цяжка даваўся мне гэты тэкст, калі навязлівыя нявырашаныя праблемы біліся ў свядомасць, пульсавалі ў розуме і не давалі расшчапіцца ў тканцы аповеду.
У аповед, наіўна празрысты, цнатлівы (такая рэдкасць для сучаснай літаратуры), без “дарослых” намёкаў і праблем, такі дзіцячы, да якога трэба яшчэ доўга расці, уплецены просценькія казкі пра маракоў, што знайшлі жывы востраў, ці пра марскіх жучкоў, якія вярталі мору соль, здабытую людзьмі. Кніга ўся – нетаропкае сузіранне адценняў свету па-той бок будзённай мітусні, у іншай канцэнтрацыі хвілінаў, адкрыццё звыклага і будзённага, адкрыццё сябе і ўласных пачуццяў, доўгае разглядванне аднаго пялёстка рэчаіснасці. Няма куды спяшацца, гэта асалода нічоганераблення, бязмэтавага шпацыру па-той бок ПРАЦЫ-СЯМ’І-КРАМЫ-ХАЛТУРКІ-ХОБІ.
Тут няма лінейнага сюжэту. Гэта мультфільм, намаляваны імпрэсіяністам. І не скажаш, што метафары аздабляюць тэкст, бо метафары тут больш рэальныя, чым прамыя значэнні слоў, метафары апрадмечваюцца, арэчаўляюцца, а прамыя значэнні застаюцца па гэты, банальны бок. У чароўнай краіне Наі Наі звыклыя пачуцці мяняюцца месцамі. Пахі адрозніваюцца на дотык. Гукі мігцяць і свецяцца. Колеры перамаўляюцца.

"Все так и бывает, когда путешествуешь по стране звуков. Но ведь есть еще и страна запахов, и страна, где ты путешествуешь, прикасаясь пальцами к предметам, и целые области, скрытые в кислых лимонах, засахаренных корешках и горькой кожуре".

"А цвета на улице сегодня тоже живые. Ультрамариновые стулья на террасе кафе, кроваво-красные занавеси, а вокруг яркие пятна — оранжевые, бежевые, яблочно-зеленые. Цвета скачут, пляшут, жалят, как осы. Тоненько, пронзительно гудят, жужжат, а то вдруг запоют, словно флейта".

ATTENTION!
Калі вы не любілі ў дзяцінстве (і не любіце цяпер) доўга-доўга разглядаць кропелькі паветра ў шкляным шарыку, назіраць, як мяняюць форму аблокі або як пераліваюцца адценні колеру на хвалях, не чытайце гэтую кнігу.
Калі вы не разумееце, што за вершы без рыфмы і рытму, не чытайце гэтую кнігу: яна ўся – верш.
Калі кніга для вас не кніга без напружанага канфлікту, пярэстай змены падзеяў, рэальных глыбокіх драматычных герояў, пачуццёвасці і гумару, не чытайце гэтую кнігу. Вы станецеся расчараванымі.
Калі вы выраслі з казак і ні за што не возьмеце перачытаць Джані Радары або Крапівіна, калі паравозік з Рамашкава выклікае ў вас ваніты, а ў вашым актыўным частотным лексіконе пераважаюць фразы “ружовыя соплі” і “чортавы інфантылы”, не чытайце гэтую кнігу, яна не для вас...

Я не чытала яе – я пражывала не толькі кожнае яе слова, але кожны прабел, асабліва прабел, бо я так і не магу зразумець, як можна было словамі перадаць столькі цішыні.

[Elilysa · Rating 3 out of 5]

Честно, не знаю как относиться к этому роману. Читала я его в дороге. Казалось бы, путешествие из точки А в пункт Б, всего лишь. "Вырвавшись из одного кошмара, бросившись в объятия другого", — сказала бы осенняя меланхолия взяв под ручку королеву драмы. Начало и конец скитания скучны до невозможности, а вот процесс перехода, то ради чего мы все здесь собрались, самое интересное. "Путешествие по ту сторону" находится где-то там же, неуловимо скользит по отрезку АБ между временем и пространством. ЛюблюНенавижу неопределенность. С одной стороны, мысли куда приведет этот путь вгрызаются в мозг как слизкие пиявки, вызывая мерзкое липкое чувство тревожности. С другой стороны, конечная остановка еще так далеко, а впереди пару часов, когда можно отключиться и не думать ни о чем. В общем, идеальная пора для разработки сценариев, которые никогда не воплотятся в жизнь.
Я не мечтатель. Находить скрытую красоту в капле воды или блике света — особый скилл. Растворяться в этих фантазиях вообще что-то за гранью моего понимания. Однако никакого осуждения и камней в огород подсевшим на иглу такого рода трипа, каждый избегает реальности как может. Я отключаюсь. Запираюсь в свой непроницаемый кокон спокойствия, позволяю небытию поглотить меня, отсекаю все чувства и настойчивые мысли. Время уже не течет сквозь меня, оно не замирает, нет, лишь слегка касается, не смея тревожить. Автор же предлагает читателям совершенно другой метод побега. Собственно, создать мир на коленке из пыли и скрепок, чтобы отплыть подальше от дна — перспективная идея для стартапа. Леклезио не просто описывает не-такую-простую-мечту, а наглядно показывает как достичь нирваны. Он завлекает людей на сеанс релакса, обещая невероятные приключениями Найи Найи, очаровательными сказками и бесплатный вебинар по философии.
На первый взгляд может показаться, что роман не стоит особого внимания, наверное, потому что он не вписывается в каноны уродливого серого мира, однако он найдет своих читателей. Сотни, тысячи человек, живущих, нет, скорее существующих, на этой забавной круглой планете, желающих распутать тот теплый цветастый комочек сложных чувств в своей душе, которая жаждет пуститься в дикий пляс по необъятному миру фантазий даже не выходя из дома. Уверена, они смогут разгадать все тайны, скрытые в такой маленькой, но весомой книге. Они, прирожденные странники, будут встречать критику от таких слепых людей как я с добродушными улыбками на лицах, никак иначе. Отбивая волны негодования, шквал возмущения и непонимания, они будут молиться и ждать, когда мы будем готовы раскрыть глаза и встретиться лицом к лицу с первозданный хаосом мироздания и оценить по достоинству его красоту.
Почесав тыковку, собрав мысли в кучку, потерев усталые глазки, наконец, можно признать, что оказывается во множестве темных уголков романа скрывается куда больше, чем можно было представить. Признаюсь, до этой минуты я и не осознавала всей глубины произведения. Где же это вездесущее "но", которое портит всю малину? Скорее всего, моя истории не пересекается с этой книгой, да, произведение оставило свой отпечаток, может, даже изменило меня, однако струны души так и не почувствовали теплоту сильных пальцев музыканта, а музыка не зазвучала в тихом зале моей души из чего сделаю вывод, что до конца проникнуться историей не уд��лось. Я поняла, что мне еще только предстоит научиться мечтать, растворяться в ощущениях, размышлять о великом, бесконечном и неуловимом.