Тяжелый труд не всегда вознаграждается.
А отсутствие тяжелого труда не обязательно означает и отсутствие награды.
ложная цель и вера в то, что существует только
один путь, могут опустошить человека.
Цепляться за какую-то идею больше четырех лет, как это было в моем случае, - одержимость. Нет слов более жестоких, чем «Никогда не сдавайся». Ситуацию, когда человек лишает себя жизни, потому что не может отказаться от своей цели, кроме как трагедией никак нельзя назвать.
В мире существует множество путей.
Упрямо придерживаться только одного - это отказ от всех остальных.
Вы уже от многого отказались, поэтому нет причин, по которым вы не можете отказаться и от этого «един-ственного» пути. Если слишком тяжело, сдавайтесь.
Сдаваться - это нормально. Потому что всегда есть другие варианты.
Как правило, только потеряв все, человек начинает сожалеть, что не сохранил хотя бы половину. Все вышесказанное относится и ко мне.
Грустно. Есть только одна причина, по которой люди не могут вовремя применить простой принцип стоп-лосс: «Я столько уже вложил, поэтому не могу сдаться сейчас, пусть мне и жалко денег».
В мире, где все много работают, усилия остаются незамеченными. Это лишь повышает стандарты, и жить становится тяжелее.
Мишель не плачет и не страдает. Однако она и не тот человек, который будет пассивно принимать то, что с ним происходит. Она предпринимает активные шаги для поиска насильника и решения остальных проблем.
Но не зацикливается на них. Она не позволяет им разрушить свою повседневную жизнь. Кажется, будто она просто отложила проблемы в сторону. «Я никуда не тороплюсь, подожду и посмотрю, что из этого полу-чится». Но самое удивительное - это срабатывает.
Я чувствую себя Бруксом. Как мне теперь жить? Я настолько привык работать в компании, где мне каждый месяц платят зарплату, что не знаю, как зарабатывать деньги во внешнем мире. Здесь не платят за то, что я просто продержался еще один месяц. Не хочется это признавать, но я привык к рабской жизни. Эх, все пропало. Такая тревожная свобода. Смогу ли я продолжить жить как свободный человек?
Считается, что люди используют 95% своего мозга, чтобы сожалеть о прошлом и переживать из-за бу-дущего. Мы живем в настоящем, но не можем на нем сосредоточиться. Очевидно, что, живя в настоящем только на 5%, мы быстро разряжаемся. Кажется, изму-ченным, нам нужно делать меньше, а не больше. Меньше волноваться, прилагать меньше усилий и меньше сожалеть. Разве это не извечная мудрость?
Раз так, мне снова придется идти и ничего не делать.
Путешествие - это не миссия по вычеркиванию пунктов из плана, а сам план - это всего лишь записи на бумаге. В реальности все может сложиться по-другому, и в таком случае нет смысла расстраиваться. Плани-рование необходимо, но приверженность плану - это ненужное обязательство.
Точно так же, как не получится найти любовь, бросившись на ее поиски со словами «С этих пор я ищу вторую по-ловинку», нельзя и найти дело по душе, разыскивая его.
Если в нашей валютной системе не было бы долгов, не было бы и денег.
Марринер
Такое чувство, что люди всю жизнь проводят не в поисках причин для счастья, а наоборот. Это какая-то разновидность мазохизма?
По его словам, можно, конечно, купить уже готовую вещь, но смысл в том, чтобы получать удовольствие от процесса ее создания, а не только от результата.
Время, проведенное в полном погружении, когда ты сосредоточен на работе и свободен от посторонних мыслей, восторг от завершения медленного и скучного процесса приносят настоящее удовольствие. Когда я услышал, что цель - не получение результата, а сам процесс, показалось, будто меня ударили чем-то тяжелым по голове. Никогда не думал, что буду беседовать с мудрецом.
Точно. Я с радостью нырял в процесс с головой и мне очень нравилось делать что-то своими рука-ми. Так почему же я не получал удовольствия? Потому что, честно говоря, меня интересовал только ре-зультат. Поскольку я смотрел на все только с точки зрения экономии (насколько быстро, легко и дешево смогу добиться желаемого), процесс и не мог быть интересным. К сожалению, проблема была не в одном кожевенном деле. Я ведь прожил так всю свою жизнь.
Поэтому жить усердно - это трудно.
Приходится всю жизнь терпеть.
Не лучше ли тогда работать не усердно, а с удоволь-ствием? Слишком ли неубедительно прозвучит то, что изменить жизнь можно, изменив мышление?