Литературная политика Третьего рейха. Книги и люди при диктатуре

by Jan-Pieter Barbian, Ян-Питер Барбиан

ожжение десятков тысяч книг 10 мая 1933 года на Опернплац в Берлине — а затем и по всей Германии, — стало прелюдией к всеобъемлющему процессу утверждения и развертывания тоталитарной политики Третьего рейха в сфере литературы. Используя множество различных источников, историк Ян-Питер Барбиан — главный знаток дискурса об угнетателях и угнетенных, властителях и подвластных, — рассказывает историю о том, как книжный рынок стал важнейшей опорой политической пропаганды. Контроль над писателями, издателями, книжными магазинами и библиотеками, их преследование, а также расцвет самоцензуры: в книге воссоздается подробная картина подавленного диктатурой общества, в котором каждый, кто не высказался против, неминуемо становится функциональной частью системы подавления свободы и независимости, будь то писатель, редактор или даже обычный посетитель библиотеки.

В Третьем рейхе к культурной политике подходили с германской скрупулезностью, кроме того, как и показывает книга, у фашистов была отдельная литературная политика, включающая и удаление инакомыслящих и неудобных авторов, и выстраивание подконтрольной системы издания и книгораспространения. Ян-­Питер Барбиан в своем глубоком исследовании показывает, как трудно, даже невозможно, было ограничить слово уже в ХХ веке и к чему такие попытки приводят.
— Борис Куприянов, участник проекта «Фаланстер», директор сайта о книгах и чтении «Горький», заместитель руководителя Дома творчества Переделкино

Genres: Nonfiction, History

536 pages, Unknown Binding

First published July 14, 2010

Reviews

[Bridget · Rating 3 out of 5]

Ausschließlich Fließtext. Ein paar Tabellen, Stichpunkte und mehr Absätze hätten dem äußert faktenreichen Buch sehr gut getan.

[Vladimir · Rating 2 out of 5]

Это практически невозможно читать. Это не просто академическая книга, а немецкая акдемическая книга в квадрате. Половина страницы осмысленного текста, затем три страницы цифр, имен и ссылок. Такое ощущение, что словарь читаешь.
Буду откровенен, я не осилил.

[Reis Mukhamadiev · Rating 3 out of 5]

There are too many numbers for a book about books.