What do you think?
Rate this book
Молох
Molox
101 pages, Kindle Edition
First published January 1, 1896
About the author
Aleksandr Kuprin
910 books166 followersAleksandr Kuprin (Russian: Александр Иванович Куприн; 7 September 1870 in the village of Narovchat in the Penza Oblast - August 25, 1938 in Leningrad) was a Russian writer, pilot, explorer and adventurer who is perhaps best known for his story The Duel (1905). Other well-known works include Moloch (1896), Olesya (1898), Junior Captain Rybnikov (1906), Emerald (1907), and The Garnet Bracelet (1911) (which was made into a 1965 movie). Vladimir Nabokov styled him the Russian Kipling for his stories about pathetic adventure-seekers, who are often "neurotic and vulnerable."
Kuprin was a son of Ivan Ivanovich Kuprin, a minor government official who died of cholera during 1871 at the age of thirty-seven years. His mother, Liubov' Alekseevna Kuprina, Tatar princess (of the Kulunchakovs), like many other nobles in Russia, had lost most of her wealth during the 19th century. Kuprin attended the Razumovsky boarding school during 1876, and during 1880 finished his education in the Second Moscow Military High School (Cadet Corps) and Alexander Military School, spending a total of ten years in these elite military institutions. His first short story, The Last Debut, was published during 1889 in a satirical periodical. "In February 1902, Kuprin and Maria Karlovna Davydova were married, their daughter Lidia born in 1903." Kuprin's mother died during 1910.
Kuprin ended military service during 1894, after which he tried many types of job, including provincial journalism, dental care, land surveying, acting, circus performer, church singer, doctor, hunter, fisher, etc. Reportedly, "all of these were subsequently reflected in his fiction." His first essays were published in Kiev in two collections. Reportedly, "although he lived in an age when writers were carried away by literary experiments, Kuprin did not seek innovation and wrote only about the things he himself had experienced and his heroes are the next generation after Chekhov's pessimists."
Although the 1896 short story Moloch first made his name known as a writer, it was his novel The Duel (1905) which made him famous. "Kuprin was highly praised by fellow writers including Anton Chekhov, Maxim Gorky, Leonid Andreyev, Nobel Prize-winning Ivan Bunin" and Leo Tolstoy who acclaimed him a true successor to Chekhov. After publication of The Duel he paid less and less interest to fancy literature and began to spend time in pubs and brothels. His sensationalist novel about the lurid life of prostitutes, The Pit (1915), was accused by Russian critics of excessive Naturalism.
Although not a conservative, he did not agree with Bolshevism. While working for a brief time with Maxim Gorky at the World Literature publishing company, he criticized the Soviet regime. During spring 1919, from Gatchina near Petrograd, Kuprin left the country for France. He lived in Paris for most of the next 17 years, succumbing to alcoholism. He wrote about this in much of his work. He eventually returned to Moscow on May 31, 1937, just a year before his death, at the height of the Great Purge. His return earned publication of his works within the Soviet Union.
Kuprin died during the spring of 1938 in Leningrad and is interred near his fellow writers at the Literaturskiye Mostki in the Volkovo Cemetery (Volkovskoye Memorial Cemetery) in Leningrad. A minor planet 3618 Kuprin, discovered by Soviet astronomer Nikolai Stepanovich Chernykh in 1979 is named after him.
Reportedly, "even today, Alexander Kuprin remains one of the widest read classics in Russian literature", with many films based on his works, "which are also read over the radio", partly due to "his vivid stories of the lives of ordinary people and unhappy love, his descriptions of the military and brothels, making him a writer for all times and places."
Kuprin was a son of Ivan Ivanovich Kuprin, a minor government official who died of cholera during 1871 at the age of thirty-seven years. His mother, Liubov' Alekseevna Kuprina, Tatar princess (of the Kulunchakovs), like many other nobles in Russia, had lost most of her wealth during the 19th century. Kuprin attended the Razumovsky boarding school during 1876, and during 1880 finished his education in the Second Moscow Military High School (Cadet Corps) and Alexander Military School, spending a total of ten years in these elite military institutions. His first short story, The Last Debut, was published during 1889 in a satirical periodical. "In February 1902, Kuprin and Maria Karlovna Davydova were married, their daughter Lidia born in 1903." Kuprin's mother died during 1910.
Kuprin ended military service during 1894, after which he tried many types of job, including provincial journalism, dental care, land surveying, acting, circus performer, church singer, doctor, hunter, fisher, etc. Reportedly, "all of these were subsequently reflected in his fiction." His first essays were published in Kiev in two collections. Reportedly, "although he lived in an age when writers were carried away by literary experiments, Kuprin did not seek innovation and wrote only about the things he himself had experienced and his heroes are the next generation after Chekhov's pessimists."
Although the 1896 short story Moloch first made his name known as a writer, it was his novel The Duel (1905) which made him famous. "Kuprin was highly praised by fellow writers including Anton Chekhov, Maxim Gorky, Leonid Andreyev, Nobel Prize-winning Ivan Bunin" and Leo Tolstoy who acclaimed him a true successor to Chekhov. After publication of The Duel he paid less and less interest to fancy literature and began to spend time in pubs and brothels. His sensationalist novel about the lurid life of prostitutes, The Pit (1915), was accused by Russian critics of excessive Naturalism.
Although not a conservative, he did not agree with Bolshevism. While working for a brief time with Maxim Gorky at the World Literature publishing company, he criticized the Soviet regime. During spring 1919, from Gatchina near Petrograd, Kuprin left the country for France. He lived in Paris for most of the next 17 years, succumbing to alcoholism. He wrote about this in much of his work. He eventually returned to Moscow on May 31, 1937, just a year before his death, at the height of the Great Purge. His return earned publication of his works within the Soviet Union.
Kuprin died during the spring of 1938 in Leningrad and is interred near his fellow writers at the Literaturskiye Mostki in the Volkovo Cemetery (Volkovskoye Memorial Cemetery) in Leningrad. A minor planet 3618 Kuprin, discovered by Soviet astronomer Nikolai Stepanovich Chernykh in 1979 is named after him.
Reportedly, "even today, Alexander Kuprin remains one of the widest read classics in Russian literature", with many films based on his works, "which are also read over the radio", partly due to "his vivid stories of the lives of ordinary people and unhappy love, his descriptions of the military and brothels, making him a writer for all times and places."
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 21 of 21 reviews
June 8, 2018
Личинка производственного романа. Про завод и прогресс хорошо, любовная линия кошмарная.
October 21, 2021
TW: morphine addiction
This novel is all about confrontation between human nature, which longs for air and life, and industry, which promotes structure and profit. And in case you're intersted, it's inspired after factory based in on Donets Coal Basin, Eastern Ukraine.
Engineer Andrei Ilyich Bobrov - the main character - is described as 'fragile', who dislikes his job, but finished the education so his mother won't be upset.
We see the inside of 1890s factory through Bobrov's eyes: he knows how everything functions, although he's intimidated by it's force:
"And do you know anything," Bobrov went on, with even greater vehemence, "about another statistical table which enables you to compute with devilish accuracy the price in human lives of each step forward of your damnable chariot, the invention of each paltry winnowing-fan, seeder, or rail-mill? A fine thing is your civilization, whose fruits are figures, the units being steel machines, and the ciphers human lives!"...
Throughout the story we learn about the relationship between factory workers and higher authorities, which are divided by opposing interests. And it's a fair critizm on Russian Empire at the end of XIX century - the time when the economy was on the rapid rise.
As the story progresses, we see Bobrov chasing after a phantom of love interest: Nina Grigoryevna Zinenko , a daughter of a warehouse manager, is significantly more pragmatic and at the same she's got boundaries of a young girl - her family belongs to lower social class and she acts accordingly. At the same time Bobrov has the audocity to ask her, why sometimes she meets his standarts (which a suitable for a lady, not a young girl with little knowledge of outside world) and sometimes she doesn't. Basically, he fell for a version he created himself, thus his anxiety grows and he simply can't let the matter rest. Nina here is as much as villain as anyone in this story, which makes her more human.
And finally, among many side characters, we meet Bobrov's friend and companion Dr. Goldberg who helped him with his addiction in the past - Bobrov lets him come to his house announced and trusts him with most intimate secrets, for example, how scared he is of the factory, calling it Moloch - an acient god, which demands human sacrifices. Dr. Goldberg is a rather fascinating figure in this novel, far more interesting than many side characters.
For further reading, you might want to check out Shirley, North and South, and also a play Бешеные деньги which portarays the rapiness of industry grouth in Russian Empire.
RUS
Здесь у нас история, противопоставляющая человеческую натуру коммерческой выгоде.
Инженер Андрей Ильич Бобров - главный герой - описывается как "нежная, чувствительная натура", в избранном деле он разочаровался рано, но образование все-таки закончил, чтобы мать не расстраивалась.
Глазами Боброва мы видим фабрику 1890-х гг.: он знает, как все функционирует, отмечает детали производства, но в то же время, его пугает потенциал этой "машины":
- А известна ли вам... другая статистическая таблица, по которой вы с чертовской точностью можете вычислить, во сколько человеческих жизней обойдется каждый шаг вперед вашей дьявольской колесницы, каждое изобретение какой-нибудь поганой веялки, сеялки или рельсопрокатки? Хороша, нечего сказать, ваша цивилизация, если ее плоды исчисляются цифрами, где в виде единиц стоит железная машина, а в виде нулей - целый ряд человеческих существований!...
Нам показывают отношения между простыми рабочими и вышестоящими инстанциями, бюрократические проблемы, когда фактически заводом управляет чуть ли не другой человек, когда строить здания и сносить намного выгоднее, чем обеспечивать их должное функционирование - справедливая критика Российской империи конца XIX века.
У Боброва осталась чуть ли не одна отрада в жизни - какой-то призрачный любовный интерес. Нина Григорьевна Зиненко, прагматичная дочка заведующего складом, довольно ограниченная рамками происхождения и кругом общения. В то же время Бобров набирается наглости спросить ее, почему иногда она соответствует его высоким стандартам, а иногда нет. Его беспокойство растет, и он просто не может оставить это дело в покое. Нина выступает такой же злодейкой, как и все в этой истории, что делает ее более человечной.
Доктор Гольдберг - самая интересная фигура в этом романе (хотя и второстепенных персонажей, весьма человечных, тоже хватает). Бобров позволяет ему приходить к себе домой, доверяет самые сокровенные секреты, например, как он боится фабрики, называя ее Молохом. И тут уже встает вопрос, почему Гольдберг появляется в рассказе именно тогда, когда Бобров уже готов сдаться или отчаяться, почему так мягко возражает ему и пытается приподнять настроение.... У моей подруги есть замечательная теория на этот счет.
Похожее на тему: Shirley, North and South, Бешеные деньги, Дело Артамоновых
This novel is all about confrontation between human nature, which longs for air and life, and industry, which promotes structure and profit. And in case you're intersted, it's inspired after factory based in on Donets Coal Basin, Eastern Ukraine.
Engineer Andrei Ilyich Bobrov - the main character - is described as 'fragile', who dislikes his job, but finished the education so his mother won't be upset.
We see the inside of 1890s factory through Bobrov's eyes: he knows how everything functions, although he's intimidated by it's force:
"And do you know anything," Bobrov went on, with even greater vehemence, "about another statistical table which enables you to compute with devilish accuracy the price in human lives of each step forward of your damnable chariot, the invention of each paltry winnowing-fan, seeder, or rail-mill? A fine thing is your civilization, whose fruits are figures, the units being steel machines, and the ciphers human lives!"...
Throughout the story we learn about the relationship between factory workers and higher authorities, which are divided by opposing interests. And it's a fair critizm on Russian Empire at the end of XIX century - the time when the economy was on the rapid rise.
As the story progresses, we see Bobrov chasing after a phantom of love interest: Nina Grigoryevna Zinenko , a daughter of a warehouse manager, is significantly more pragmatic and at the same she's got boundaries of a young girl - her family belongs to lower social class and she acts accordingly. At the same time Bobrov has the audocity to ask her, why sometimes she meets his standarts (which a suitable for a lady, not a young girl with little knowledge of outside world) and sometimes she doesn't. Basically, he fell for a version he created himself, thus his anxiety grows and he simply can't let the matter rest. Nina here is as much as villain as anyone in this story, which makes her more human.
And finally, among many side characters, we meet Bobrov's friend and companion Dr. Goldberg who helped him with his addiction in the past - Bobrov lets him come to his house announced and trusts him with most intimate secrets, for example, how scared he is of the factory, calling it Moloch - an acient god, which demands human sacrifices. Dr. Goldberg is a rather fascinating figure in this novel, far more interesting than many side characters.
For further reading, you might want to check out Shirley, North and South, and also a play Бешеные деньги which portarays the rapiness of industry grouth in Russian Empire.
RUS
Здесь у нас история, противопоставляющая человеческую натуру коммерческой выгоде.
Инженер Андрей Ильич Бобров - главный герой - описывается как "нежная, чувствительная натура", в избранном деле он разочаровался рано, но образование все-таки закончил, чтобы мать не расстраивалась.
Глазами Боброва мы видим фабрику 1890-х гг.: он знает, как все функционирует, отмечает детали производства, но в то же время, его пугает потенциал этой "машины":
- А известна ли вам... другая статистическая таблица, по которой вы с чертовской точностью можете вычислить, во сколько человеческих жизней обойдется каждый шаг вперед вашей дьявольской колесницы, каждое изобретение какой-нибудь поганой веялки, сеялки или рельсопрокатки? Хороша, нечего сказать, ваша цивилизация, если ее плоды исчисляются цифрами, где в виде единиц стоит железная машина, а в виде нулей - целый ряд человеческих существований!...
Нам показывают отношения между простыми рабочими и вышестоящими инстанциями, бюрократические проблемы, когда фактически заводом управляет чуть ли не другой человек, когда строить здания и сносить намного выгоднее, чем обеспечивать их должное функционирование - справедливая критика Российской империи конца XIX века.
У Боброва осталась чуть ли не одна отрада в жизни - какой-то призрачный любовный интерес. Нина Григорьевна Зиненко, прагматичная дочка заведующего складом, довольно ограниченная рамками происхождения и кругом общения. В то же время Бобров набирается наглости спросить ее, почему иногда она соответствует его высоким стандартам, а иногда нет. Его беспокойство растет, и он просто не может оставить это дело в покое. Нина выступает такой же злодейкой, как и все в этой истории, что делает ее более человечной.
Доктор Гольдберг - самая интересная фигура в этом романе (хотя и второстепенных персонажей, весьма человечных, тоже хватает). Бобров позволяет ему приходить к себе домой, доверяет самые сокровенные секреты, например, как он боится фабрики, называя ее Молохом. И тут уже встает вопрос, почему Гольдберг появляется в рассказе именно тогда, когда Бобров уже готов сдаться или отчаяться, почему так мягко возражает ему и пытается приподнять настроение.... У моей подруги есть замечательная теория на этот счет.
Похожее на тему: Shirley, North and South, Бешеные деньги, Дело Артамоновых
May 15, 2026
— А известна ли вам, — продолжал с еще большей горячностью Бобров, — известна ли вам другая статистическая таблица, по которой вы с чертовской точностью можете вычислить, во сколько человеческих жизней обойдется каждый шаг вперед вашей дьявольской колесницы, каждое изобретение какой-нибудь поганой веялки, сеялки или рельсопрокатки? Хороша, нечего сказать, ваша цивилизация, если ее плоды исчисляются цифрами, где в виде единиц стоит железная машина, а в виде нулей — целый ряд человеческих существований!
я знаю, что бобров взорвал котел. текущая версия существует для запудривания мозгов неугодным. так или иначе, escape the matrix. eat the rich.
повесть нашла меня в нужное время. 130 лет спустя я и есть бобров – страдающий раб, предающий себя, приносящий в жертву молоху свое бесценное время. возможно, я тоже взорву котел, когда придет мой час.
я знаю, что бобров взорвал котел. текущая версия существует для запудривания мозгов неугодным. так или иначе, escape the matrix. eat the rich.
повесть нашла меня в нужное время. 130 лет спустя я и есть бобров – страдающий раб, предающий себя, приносящий в жертву молоху свое бесценное время. возможно, я тоже взорву котел, когда придет мой час.
This entire review has been hidden because of spoilers.
December 23, 2020
Отличная повесть. Может, стоит ее читать в школе, а не "Гранатовый браслет".
June 8, 2024
В одном провинциальном городе живет и работает инженер Бобров, некогда заядлый морфинист, сейчас же пытающийся соскочить. Для Боброва работа и вообще окружающая жизнь не в радость, на заводе ему все претит, будучи «нежной, почти женственной» натурой ему чужды грубость и тяжелые условия завода. Но вот в жизни молодого человека появляется лучик света в лице девушки Нины, девушки недалекой и глупой, но возведенной в глазах влюбленного в нее Боброва на пьедестал. Молодой человек старается не замечать недостатков девушки и хватается за новое, нарождающееся чувство к ней как за соломинку в пучине беспросветной тоски.
Но Куприн был бы не Куприным, если бы на этом все закончилось. Тут в город приезжает владелец завода, старый и толстый Квашнин, который соря деньгами очаровывает семейство Нины и можно сказать ее саму, в кульминации повести, будучи на пикнике Бобров узнает, что Нина выходит замуж за подхалима Свежевского, а по сути становится любовницей Квашнина. Вот такая вполне себе житейская ситуация, из которой сильный человек вышел бы, пусть и со шрамами на сердце, но нашел бы иной вектор, а слабый Бобров предпочитает вернуться к морфию, зная, что уже никогда не сможет соскочить.
В книге есть места где очень подробно и ярко описываются заводские процессы плавки металлов и т.д. Да и само название отсылает читателя, к мифическому персонажу которому приносили человеческие жертвоприношения. Завод это завуалированный Молох, который которому тоже приносят человеческие жертвы, пусть и в несколько другом виде. А если брать шире, то богатство и деньги — это тоже своеобразный бог смерти, который еще в больших масштабах пожирает человеческие души.
Но Куприн был бы не Куприным, если бы на этом все закончилось. Тут в город приезжает владелец завода, старый и толстый Квашнин, который соря деньгами очаровывает семейство Нины и можно сказать ее саму, в кульминации повести, будучи на пикнике Бобров узнает, что Нина выходит замуж за подхалима Свежевского, а по сути становится любовницей Квашнина. Вот такая вполне себе житейская ситуация, из которой сильный человек вышел бы, пусть и со шрамами на сердце, но нашел бы иной вектор, а слабый Бобров предпочитает вернуться к морфию, зная, что уже никогда не сможет соскочить.
В книге есть места где очень подробно и ярко описываются заводские процессы плавки металлов и т.д. Да и само название отсылает читателя, к мифическому персонажу которому приносили человеческие жертвоприношения. Завод это завуалированный Молох, который которому тоже приносят человеческие жертвы, пусть и в несколько другом виде. А если брать шире, то богатство и деньги — это тоже своеобразный бог смерти, который еще в больших масштабах пожирает человеческие души.
March 26, 2016
Totally perfect, though, not the best. A great little story about Russia, progress, love and people.
A couple of interesting questions are asked through the book:
- whether the progress is a good subject or not?
- whether the price we are paying for progress is fare or not?
- whether the money is the most important characteristics of the man or maybe something else?
And a great allegory in the title which refers us to the Bible-time god-like creature named Moloch, whom demanded a sacrifices of humans (mostly babies). Kuprin's Moloch is a metallurgical factory - a source of a progress - whom also demands sacrifices of humans (working here is highly harmful for health and salary is too small) to do the progress, which actually doesn't affect all those factory workers in any part of their poor life.
A couple of interesting questions are asked through the book:
- whether the progress is a good subject or not?
- whether the price we are paying for progress is fare or not?
- whether the money is the most important characteristics of the man or maybe something else?
And a great allegory in the title which refers us to the Bible-time god-like creature named Moloch, whom demanded a sacrifices of humans (mostly babies). Kuprin's Moloch is a metallurgical factory - a source of a progress - whom also demands sacrifices of humans (working here is highly harmful for health and salary is too small) to do the progress, which actually doesn't affect all those factory workers in any part of their poor life.
March 10, 2017
Человек никогда себе не принадлежал. В древности его приносили в жертву Молоху, а тех, кого это минуло, сами себя приносили в жертву обществу. Человек обязан выполнять определённые социальные обязательства, находиться в заданных рамках и представлять собой того, чьи устремления соответствуют ожиданиям большинства. Кто выступал против, подвергался остракизму. Кто соглашался жить в согласии с социумом — оказывался в рабской от него зависимости. Каждое время отметилось собственным пониманием пользы от человека, но наиважнейшее значение всегда имело умение трудиться. Человек никогда ничего не стоил, если не отдавался полностью работе. Да и тогда он всё равно ничего не стоил, ибо не стоит человек ничего.
(c) Trounin
(c) Trounin
May 29, 2021
Very nicely written, a topic is on point, although I wish it would be revealed a little bit more. Regular people are always used and have to sacrifice themselves for "a bigger purpose". So many people died or gave their healths for a better quality of life, but they never were the ones who benefited from it. They were just gone unnoticed, like invisible dust that forms the stones of our civilization.
March 16, 2026
Reading the book felt almost like scrolling through modern Twitter. One clear plus is its sudden relevance: criticism of capitalism, fear of progress, the sense of the futility of one’s work, and the clash with the mercantile nature of human relationships (the manosphere would probably enjoy that part). It’s interesting how the fears and hopes of the industrial era look suspiciously similar to ours in the post-industrial age.
However, those parallels were the only thing I liked about the novella. Kuprin, it seemed to me, writes surprisingly flatly: the characters are shallow, the plots predictable, the drama strained. Not long ago I read Zola’s Germinal, a far more monumental work that also critiques early capitalism. Of course, the only thing they really share is the setting, but Kuprin loses to Zola completely. There’s no depth here, no particularly compelling story - just a few ideas stretched over a love plot.
However, those parallels were the only thing I liked about the novella. Kuprin, it seemed to me, writes surprisingly flatly: the characters are shallow, the plots predictable, the drama strained. Not long ago I read Zola’s Germinal, a far more monumental work that also critiques early capitalism. Of course, the only thing they really share is the setting, but Kuprin loses to Zola completely. There’s no depth here, no particularly compelling story - just a few ideas stretched over a love plot.
September 29, 2019
Отличная небольшая повесть.
Восторга не вызывает, сюжет не насыщенный, но читаешь с интересом.
Качественный русский язык.
Не смотря на соответствующие предисловия советского периода, эта дореволюционная книга вообще не про коммунизм.
Она про капитализм. Который, кстати, с тех пор особо не изменился. Да, америка-европа немного нивелировалась за счет общего роста благосостояния. Но суть не меняется. Или посмотрите на Китай, где считают за счастье попасть на работу с режимом 6 дней в неделю по 12 часов в день.
Могу ли люди в принципе жить вместе иначе - большой философский вопрос. О котором в том числе можно подумать за этой хорошей книжкой.
Восторга не вызывает, сюжет не насыщенный, но читаешь с интересом.
Качественный русский язык.
Не смотря на соответствующие предисловия советского периода, эта дореволюционная книга вообще не про коммунизм.
Она про капитализм. Который, кстати, с тех пор особо не изменился. Да, америка-европа немного нивелировалась за счет общего роста благосостояния. Но суть не меняется. Или посмотрите на Китай, где считают за счастье попасть на работу с режимом 6 дней в неделю по 12 часов в день.
Могу ли люди в принципе жить вместе иначе - большой философский вопрос. О котором в том числе можно подумать за этой хорошей книжкой.
August 21, 2020
Обманчиво простой текст. Ницшеанство.
December 21, 2021
Слабая любовная история. Несколько интересных, но более-менее типичных персонажей. Неубедительная развязка.
July 4, 2022
Душевні страждання, муки, зломані душі, одні за одною, ні секунди щоб замислитись над чимось більшим.
May 7, 2025
Хорошо написано, мне понравилось
February 7, 2026
Мощь. Неоптимистичная энциклопедия жизни (не только русской) в миниатюре.
March 9, 2026
Nice, thoughtfull and easy to read.
July 25, 2026
отличная повесть
December 18, 2024
Very good critique on capitalism
May 9, 2020
Неожиданное и точное сравнение сталелетейного завода в целом, — а также его хозяина как воплощение завода в частности, — с дьяволом. Сравнение с дьяволом, который требует жертвоприношений.
Одно из имён дьявола по Библии — Молох. Поклоняющиеся Молоху сжигали своих новорожденных и грудных детей в печи как подношение дьяволу за содействие. Мать Нины отдаёт свою дочь в брак по рассчёту, словно жертвоприношение юной и свежей дочери дьявольскому существу в надежде на блага. Точно также, заводские рабочие отдают своё здоровье, а порой и жизнь, огненному чреву завода, а соответственно и его рыжему ожиревшему хозяину-божеству.
Кроме того, в Молохе, от лица инженера Боброва, Александр Иванович предсказал появление Интернета, видео-звонков и появление новых болезней современности:
«Забыли? А кто здесь же, на этом самом диване, с пеной у рта кричал, что мы, инженеры и изобретатели, своими открытиями ускоряем пульс общественной жизни до горячечной скорости? Кто сравнивал эту жизнь с состоянием животного, заключенного в банку с кислородом? О, я отлично помню, какой страшный перечень детей двадцатого века, неврастеников, сумасшедших, переутомленных, самоубийц, кидали вы в глаза этим самым благодетелям рода человеческого. Телеграф, телефон, стодвадцативерстные поезда, говорили вы, сократили расстояние до minimum'a, - уничтожили его... Время вздорожало до того, что скоро начнут ночь превращать в день, ибо уже чувствуется потребность в такой удвоенной жизни. Сделка, требовавшая раньше целых месяцев, теперь оканчивается в пять минут. Но уж и эта чертовская скорость не удовлетворяет нашему нетерпению... Скоро мы будем видеть друг друга по проволоке на расстоянии сотен и тысяч верст!.. А между тем всего пятьдесят лет тому назад наши предки, собираясь из деревни в губернию, не спеша служили молебен и пускались в путь с запасом, достаточным для полярной экспедиции... И мы несемся сломя голову вперед и вперед, оглушенные грохотом и треском чудовищных машин, одуревшие от этой бешеной скачки, с раздраженными нервами, извращенными вкусами и тысячами новых болезней...»
Одно из имён дьявола по Библии — Молох. Поклоняющиеся Молоху сжигали своих новорожденных и грудных детей в печи как подношение дьяволу за содействие. Мать Нины отдаёт свою дочь в брак по рассчёту, словно жертвоприношение юной и свежей дочери дьявольскому существу в надежде на блага. Точно также, заводские рабочие отдают своё здоровье, а порой и жизнь, огненному чреву завода, а соответственно и его рыжему ожиревшему хозяину-божеству.
Кроме того, в Молохе, от лица инженера Боброва, Александр Иванович предсказал появление Интернета, видео-звонков и появление новых болезней современности:
«Забыли? А кто здесь же, на этом самом диване, с пеной у рта кричал, что мы, инженеры и изобретатели, своими открытиями ускоряем пульс общественной жизни до горячечной скорости? Кто сравнивал эту жизнь с состоянием животного, заключенного в банку с кислородом? О, я отлично помню, какой страшный перечень детей двадцатого века, неврастеников, сумасшедших, переутомленных, самоубийц, кидали вы в глаза этим самым благодетелям рода человеческого. Телеграф, телефон, стодвадцативерстные поезда, говорили вы, сократили расстояние до minimum'a, - уничтожили его... Время вздорожало до того, что скоро начнут ночь превращать в день, ибо уже чувствуется потребность в такой удвоенной жизни. Сделка, требовавшая раньше целых месяцев, теперь оканчивается в пять минут. Но уж и эта чертовская скорость не удовлетворяет нашему нетерпению... Скоро мы будем видеть друг друга по проволоке на расстоянии сотен и тысяч верст!.. А между тем всего пятьдесят лет тому назад наши предки, собираясь из деревни в губернию, не спеша служили молебен и пускались в путь с запасом, достаточным для полярной экспедиции... И мы несемся сломя голову вперед и вперед, оглушенные грохотом и треском чудовищных машин, одуревшие от этой бешеной скачки, с раздраженными нервами, извращенными вкусами и тысячами новых болезней...»
August 10, 2015
ده كان اول عمل أقرأه لألكسندر كوبرين ، من مجموعة أعمال جاتلي هدية من يوسف.
الرواية دي من أفضل الحاجات اللي حسيتها جت في وقتها جداً، ونقدر نعرف منها على أراء الكاتب النقدية في المصانع العمالية في روسيا ما قبل الثورة البلشفية، وبرغم إنها اتقفلت بنهاية تعيسة إلا إنها كانت منطقية جداً.
أنا حبيت الرواية لكن منصحش بيها حد مش بيحب التفاصيل الزياده لإن الواضح إن كوبرين كان مغرم بالمصانع والعمال
الرواية بالعربية (الغول)) والترجمة الحرفية المفروض هي مولك، وهو اله عند الفينيقيين يجب على عبيده تقدييم قرابيين مستحيلة أو باهظة الثمن
الرواية دي من أفضل الحاجات اللي حسيتها جت في وقتها جداً، ونقدر نعرف منها على أراء الكاتب النقدية في المصانع العمالية في روسيا ما قبل الثورة البلشفية، وبرغم إنها اتقفلت بنهاية تعيسة إلا إنها كانت منطقية جداً.
أنا حبيت الرواية لكن منصحش بيها حد مش بيحب التفاصيل الزياده لإن الواضح إن كوبرين كان مغرم بالمصانع والعمال
الرواية بالعربية (الغول)) والترجمة الحرفية المفروض هي مولك، وهو اله عند الفينيقيين يجب على عبيده تقدييم قرابيين مستحيلة أو باهظة الثمن
September 10, 2015
It reminds me so much of The Double by Dostoevsky. It's a good read.
Displaying 1 - 21 of 21 reviews