Территория

by Oleg Kuvaev, Олег Куваев

В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца.

Genres: Fiction, Russia

320 pages, Hardcover

First published January 1, 1975

About the author

See Олег Куваев

Oleg Mikhailovich Kuvaev ( August 12, 1934 - April 8, 1975 ) - Russian Soviet writer , geologist , geophysicist . Member of the Writers' Union of the USSR . Author of the novel " Territory ".

He spent his childhood and adolescence in the Svechinsky district of the Kirov region , graduated from school in Kotelnich.

In the summer of 1952, Kuvaev entered the Geophysical Faculty of the Sergo Ordzhonikidze MGRI , from which he graduated in 1958 . During the years of study at the institute, he visited the expeditions to the Tien Shan, in Kyrgyzstan, in the upper reaches of the Amur . In 1956, during an expedition to the Tien Shan, the first story "For ibex" was written, published in the magazine "Hunting and hunting economy". In 1957, being a graduate student, Kuvaev came to Chukotka , the expedition worked in the areas of Provideniya Bay, Transfiguration Bay, Cross Bay.

Reviews

[Nente · Rating 5 out of 5]

Upd: О новом издании.
Переиздали действительно хорошо и качественно. Естественно, это стало возможно благодаря новому фильму, который, кстати, замечательно снят, с уважением к оригиналу и продуманными переработками сюжета. Про фильм здесь тоже есть, но ещё лучше, что добавили в начале автобиографический очерк Куваева и некоторую информацию из архивов.

============================
Глоток свежего воздуха среди книг советского периода - вынужденно хвалебных, и постсоветских книг о советском периоде - вымученно ругательных. Здесь нет идеологии и нет попыток из неё вырваться. Есть люди, свободные от вещизма и стремления "продвинуться" в жизни, но у них нет лишнего времени на то, чтобы презирать мещан - они делом заняты! И спешат сделать больше и лучше, не за Родину и Сталина, а просто чтобы не зря прожить жизнь. Есть и другие, люди с прошлым, люди без будущего, но всех принимают без лишних разговоров, без осуждения и наставлений, только бы шла работа.
Не стану даже пытаться передать атмосферу, лучше автора это никто не сделает. Он слишком хорошо знал то, о чём пишет, чтобы страдать псевдоромантикой, но несмотря на тяжёлый труд и опасности кругом, впечатление остаётся очень светлое.

[Azat Sultanov · Rating 5 out of 5]

Мой отец геофизик. Сейчас уже на пенсии. В молодости не менее 5 сезонов он ходил в экспедиции и осваивал Якутию. Много об этом рассказывал. Видимо поэтому книга сразу нашла во мне отклик. Быт геологов в экспедиции мне был знаком. Из меня геолог не получился, но книгу я прочёл на одном дыхании, в два присеста.

[Лина Сакс · Rating 4 out of 5]

Люди, работа, взгляды.

Где были, чем занимались вы все эти годы?
Довольны ли вы собой?..

Я предисловием скажу: что скорее всего эта рецензия выйдет комом, так что, друзья, читающие меня, прошу у вас прощения. Рецензии со своим мнением писать (м-да, сказала, так, что самой страшно за слова стало), это как с велосипедом, на котором давно не ездил, какое-то время ты вспоминаешь как все работает, а потом, осознаешь как все работает именно на этом металлическом коне.

Я из тех людей, которые любят читать производственные романы, книги о становлении профессии, людей в профессии и вообще, об умных и работающих людях читать приятно. Поэтому, конечно же мне книга понравилась.

И здесь есть все, что мне нравится, что возбуждает мой интерес и удовлетворяет его. И ты смотришь на мир рабочих, смотришь на страну, которой нужен металл, которой в дальнейшем будет нужно золото. Узнаешь людей, приметы... отношения. Вот мне все никак не понять, людям дали все, что им нужно для жизни, раз за разом объясняли, что объединение - это важно, что без друг друга нельзя реку остановить, врагов подавить, что без этого мы все оставались бы рабами траву жрущие и ведь все равно появляется тот, кто хочет сказать, что он лучше собаки и ему уже плевать, что он работает на огромную страну, что в этой стране многомиллионное население, что все что он делает - это для развития, для улучшения жизни и его конкретно тоже! Но он бьет себя пяткой в грудь и гадит. И это так мерзко, так неприятно. На это смотреть неприятно и про такое читать неприятно. И я не могу понять этих людей - они мне неприятны.
(Если у кого-то созреет мысль объяснить мне их поведение и думы - не надо, не рассказывайте мне про это. Я понимаю их ход мысли, я не принимаю его и поэтому не понимаю этих людей и честно говоря рядом с собой таких видеть не хочу).

Вот в книге как раз показаны, те кто думают о будущем и те кому надо быть лучше собаки.
Кстати, один из главных героев - Чинков, это вообще тот типаж человека, который сильно на самомнение других давит. Вроде и понравится ему хочется и доказать, что ты не вша тоже. А как-то вот одновременно и то и другое делать не получается, потому что такие люди не видят доказательств, кроме одного - поступки! Они оценивают людей по поступкам. Поэтому и друг у него лучший, это лучший работник, который золото видит буквально сквозь землю. И вот Чинковы так людей цепляют, что даже через книжку им свое фи некоторые сказать хотят. У меня вот бывший муж упорно называл книгу плохой не озвучивая почему, полагаю как раз потому что в душу светлые голубые глаза смотрят и спрашивают: "А где ты был, чем занимался все эти годы?" И что он ответит? Что может в действительности служить оправданием того, что за спиной нет никакого значимого для этого взгляда поступка?)
Как помните, в детстве ты старался ответить на вопрос из песни: "А сегодня, что для завтра сделал ты?". Так и тут. Только тут спрашивают за всю жизнь, когда были масштабные стройки и не очень, но значимые для целой страны. Была возможность сделать что-то. Хоть осознано, хоть нет. И очень неприятно, когда ответа нет, когда вроде что-то делал и вроде много добился, но все это бестолково.

Так что книгу будет читать и просто и непросто одновременно. Она будет нравится и вдохновлять, и пинать вас хоть что-то сделать не для себя, если вы, конечно, согласитесь это увидеть в книге. Вы узнаете людей, вы узнаете места, вы увидите тяжелый труд и как обычно вас ткнут в то, что без знаний ничего не бывает, что без упорства ничего не бывает и что объединение должно быть не против человека, а за развитие и свободу.
Ну, и как обычно, все это моя книга, а что увидят другие мне предугадать трудно. Как трудно было не удивляться тому, что люди оправдывали Тамару в Личное Счастье Liubov Voronkova

[Alexander Usik · Rating 5 out of 5]

Книга... про "настоящих" людей с Большой Буквы. Людей, которых сейчас остались единицы. Те места, где людские пороки выходят с потом на телогрейке. Все или ничего...

"Роман по которому я учился жить. Роман - камертон. Читанный несметное количество раз. Писатель, вдохновивший на правильный путь целый пласт людей. Джеклондоновкая романтика, которую я видел из окна нашей квартиры в посёлке." Ярин Михаил

- "Познай, где свет - поймешь, где тьма. Пускай все же пройдет неспешно, что в мире свято, что в нем грешно, сквозь жар души и хлад ума", - с улыбкой процитировал Будда.
- Что это?
- Блок. Уж извини, что образованность демонстрирую.

- Знакомые. Шлют книги, напитки и сигареты. Заботятся, чтобы я не отстал от века. Вместо сигарет теперь шлют пластинки. Бросил курить. Хочу дожить до восьмидесяти. Посмотреть, чем все это кончится.
- Что именно? Уж простите, что похоже на интервью.
- Вторая техническая революция. Всеобщее забалдение. Квартиры, финская мебель, мечта жизни - машина. Приобретатели, по-моему, собрались захватить мир. И ну его к черту!

- А что делать? Мне грустно от ошибок истории. Раньше мир захватывали Чингисханы, Тамерланы, македонские или орды, допустим, гуннов. Атилла захватил мир. Теперь его плотно и неумолимо захватывают покупатели. Всюду. От озера Титикака до Можайска. Самое неумолимое и беспощадное завоевание. Я обожаю авантюристов. Покупатели поставили их вне закона. Вот я и приспособляюсь. Я не воитель. Я приспособленец. Пытаюсь отстоять свое "я"
среди всеобщего забалдения. Ничего не хочу иметь, кроме себя.

- Такое получается дело, - как всегда, неожиданно забубнил Копков. Он обежал всех шалым взглядом пророка и ясновидца, обхватил ладонями кружку, сгорбился. - Лежим мы нынче в палатке. Угля нет, солярка на исходе, погода
дует. И все такое прочее. Кукули за лето слиплись от пота, не шерсть, а стружки. Пуржит, палатка ходуном ходит, ну и разное, всем известное. Лежу, думаю: ну как начальство подкачает с транспортом, куда я буду девать
вверенных мне людей? Пешком не выйдешь. Мороз, перевалы, обуви нет. Ищу выход. Но я не о том. Мысли такие: зачем и за что? За что работяги мои постанывают в мешках? Деньгами сие не измерить. Что получается? Живем, потом
умираем. Все! И я в том числе. Обидно, конечно. Но зачем, думаю, в мире от древних времен так устроено, что мы сами смерть ближнего и свою ускоряем? Войны, эпидемии, неустройство систем. Значит, в мире зло. Объективное зло в
силах и стихиях природы, и субъективное от несовершенства наших мозгов. Значит, общая задача людей и твоя, Копков, в частности, это зло устранять. Общая задача для предков, тебя и твоих потомков. Во время войны ясно - бери секиру или автомат. А в мирное время? Прихожу к выводу, что в мирное время работа есть устранение всеобщего зла. В этом есть высший смысл, не измеряемый деньгами и должностью. Во имя этого высшего смысла стонут во сне
мои работяги, и сам я скриплю зубами, потому что по глупости подморозил палец. В этом есть высший смысл, в этом общее и конкретное предназначение.

- Отстал ты от века, сокоешник. Пишут мне, что интеллигенция спохватилась. Утеряли-де национальную самобытность. Вспомнили про прялки, иконки и народную речь. Про траву, грибы вспомнили. Утеряли-де в суете простоту ощущений.
- Себя они потеряли, - сказал Баклаков, вспомнив бабку Аришу.
- Это ты прав, сокоешник. Но это же старая беда. Теперь в моде народные
корни. Лапоть - это разве тебе не исток?

- Я для этого слишком умен, - серьезно сказал Гурин. - Ум у меня уж очень лукавый. Можно сказать, развратный. Из таких, как я, получаются блестящие неудачники. Сила основоположников в их моральной уверенности. Здесь и есть мое слабое место. Веры в себя маловато. Толпе я не верю. Сильным мира сего не верю. Но и себе тоже не верю.

- Чему ты учился шесть лет... Старики-классики писали геологические романы. Они давали завязку - фактический материал, они давали интригу - ход собственных мыслей, они давали развязку - выводы о геологическом строении.
Она писали комментарии к точке зрения противников, они писали эссе о частных вариантах своих гипотез. И, кстати, они великолепно знали русский язык. Они не ленились описать пейзаж, так чтобы ты проникся их настроением, их образом мыслей. Так делали старики.

Дед Миша появился здесь чуть ли не с первым пароходом и с тех пор ухитрился ни разу не выехать на "материк". Отпуск он провод��л в низовьях Китама, там, где стояла избушка бывшей фактории. Когда-то он сам был заведующим, уполномоченным по территории шестьсот на шестьсот километров с горными хребтами, тундровыми урочищами и полноводными реками. Он много кем был в прошлой жизни, пока не стал возчиком торга с багровым своим носом и
доброй улыбкой все на свете понявшего человека. Когда лошадь и тележка с консервными ящиками двигались по залитой весенним солнцем улице Поселка, мимо раскисающих, подтаявших застругов, сосулек, капели, мимо мощных грузовиков, снующих в порт и обратно, дед Миша казался олицетворением Всеобщего Окончательного Решения. Только преходящие страсти: честолюбие, гонор, жажда власти, денег, успеха или фантастическая вера в идею - мешают человечеству прийти к его, дедамишиному усталому выводу. Так казалось.

- Прошу запомнить, что наши идеи и наша интуиция имеют ценность лишь в том случае, если они согласуются с реальностью. Мы живем под принудительной силой реальности, Баклаков. Ваша задача - иметь раскаленный мозг,
вырабатывать идеи и тут же согласовывать их с принудительной силой реальности. В просторечии это называется мудростью.

Жизненный опыт в том, чтобы соразмерить желание и реальность

Он четко увидел себя со стороны в совокупности поступков, слов, случайностей и закономерных фактов. Чужие и самодельные афоризмы, гордое самоудаление. Андрей Александрович Гурин, специалист высокого класса, единичный философ. В результате он валяется сейчас в дурацкой долине дурацкой реки и неграмотный пастух загоняет оленей, чтобы его спасти.

- Для всякого человека одна религия: не дешеви, не лукавь, не пижонь, работай, - ответствовал Жора.

"Мы все обреченные люди, - думал он на ходу. - Мы обречены на нашу работу. Отцы-пустынники и жены непорочны, красотки и миллионеры - все обречены на свою роль. Мы обречены на работу, и это, клизма без механизма,
есть лучшая и высшая в мире обреченность".

...Если была бы в мире сила, которая вернула бы всех, связанных с золотом Территории, погибших в маршрутах, сгинувших в "сучьих кутках",затерявшихся на материке, ушедших в благополучный стандарт "жизни как все",
- все они повторили бы эти годы. Не во имя денег, так как они знали, что такое деньги во время работы на Территории, даже не во имя долга, так как настоящий долг сидит в сущности человека, а не в словесных формулировках, не ради славы, а ради того непознанного, во имя чего зачинается и проходит индивидуальная жизнь человека. Может быть, суть в том, чтобы при встрече не демонстрировать сильное оживление, не утверждать, что "надо бы как-нибудь созвониться и..." Чтобы можно было просто сказать "помнишь?" и углубиться в сладкую тяжесть воспоминаний, где смешаны реки, холмы, пот, холод, кровь, усталость, мечты и святое чувство нужной работы. Чтобы в минуту сомнения тебя поддерживали прошедшие годы, когда ты не дешевил, не тек бездумной водичкой по подготовленным желобам, а знал грубость и красоту реального мира, жил как положено жить мужчине и человеку. Если ты научился искать человека не в гладком приспособленце, а в тех, кто пробует жизнь на своей неказистой шкуре, если ты устоял против гипноза приобретательства и безопасных уютных истин, если ты с усмешкой знаешь, что мир многолик и стопроцентная добродетель пока достигнута только в легендах, если ты веруешь в грубую ярость {твоей} работы - тебе всегда будет слышен из дальнего времени крик работяги по кличке Кефир: "А ведь могем, ребята! Ей-богу,
могем!"
День сегодняшний есть следствие дня вчерашнего, и причина грядущего дня создается сегодня. Так почему же вас не было на тех тракторных санях и не ваше лицо обжигал морозный февральский ветер, читатель? Где были, чем
занимались вы все эти годы? Довольны ли вы собой?..

[Sasha Chewohin · Rating 3 out of 5]

…Ночью Монголов не спал. Смутное недовольство снова вернулось к нему. Беседа с Чинковым оказалась странной, уклончивой и непонятной. Монголов не стыдился прожитой жизни. Он не прятался за спины других на фронте. Выбрал профессию, тяжелее которой не так уж много профессий. Работал в местах, хуже которых разве что полярные острова. Он открыл две оловоносные россыпи и тем оправдал свою жизнь на земле. У него прошло немало неудачных, пустых сезонов, но чувства ошибки не было, так как новый сезон тянул за собой другой, как линии геологических границ тянулись за пределы планшета, отведенного на данное лето. Монголов, это Чинков угадал, всегда неприязненно думал о золоте. О золоте – самородном металле, приобретшем властную силу над миром. Его счастье, что он сухопарый. Геологи, склонные к ожирению, изнашиваются к сорока годам. Они не могут ходить в поле. В их медицинских карточках сложной латынью записано «сердечник». Он может ходить. Пока стоишь в строю… Взять бы разведку на оловянном прииске. Касситерит, насквозь знакомый и близкий ему минерал. Золото! Черт бы его побрал!

Восемнадцатилетним недотепой, карикатурным Ломоносовым в пиджаке х/б и кирзовых сапогах он попал с глухого лесного разъезда прямо в Московский геологоразведочный. Потомственная хитрость вятских плотников помогла ему выбрать линию поведения. Про золотую медаль Баклаков не упоминал, первый же смеялся над своими ботинками, первый садился чистить картошку в общаге и не лез вперед на собраниях. Простяга парень, козел отпущения для курса – это он, Баклаков. «Почему в геологоразведочный? А разве с моей рожей в МАИ примут? Зачем в лыжную секцию записался? Дак мы привыкли на лыжах бегать. Ноги тоскуют». Где-то к третьему курсу все убедились в невероятной везучести Баклакова. Получает повышенную стипендию – профессуре нравятся деревенские и основательные. По старинке думают, что геолог – это помесь вьючного животного с человеком. Выполнил норму мастера по лыжным гонкам? Ребята сказали, что он один угадал мазь на первенстве Москвы, когда никто ее не мог угадать. Блаженным везет. Мало кто задумался к шестому курсу, что недотепа Сергей Баклаков взял от института много больше любого из них. Курс наук назубок, диплом с отличием, железное здоровье, отточенное шестью годами лыжных гонок, и распределение в никому не ведомый «Северстрой», где белые пятна на карте и неограниченные возможности для карьеры, работы и прочего. Спохватились, но поздно.

Они согласились с обезоруживающим дружелюбием и доверчивостью. В летнем кинотеатре среди тополей и площадок репродукторы орали чуть не с каждого дерева и кино можно было только смотреть.

[7on · Rating 4 out of 5]

Советский роман. Не помню, когда я читал, что-либо подобное. Перед прочтением думал будет мутотень и скукота, но что-то мне везёт на книжки в 2023. Книга отличная.
Куваев прожил 40 лет, “Территория” его грааль, вершина жизненного и творческого пути.

“Это страна мужчин, бородатых “по делу”, а не велением моды”

Уникальная книжка. Написать так интересно и фактурно про геологоразведку нужно уметь и обладать талантом. Куваев получил профильное образование, проработал в отрасли, он знает о чём пишет. Может поэтому, это всё, так живо и получилось.
А какие персонажи, что за кадры! Один краше другого. Для идентификации автор использует либо прозвища, либо фамилии. По другому тут не принято.
У Куваева сумасшедший, живой язык. Очень яркий и описательный, нет лишних слов, всё в тему, всё не просто так.

“радист Гаврюков, рыжий, как осень, человек электроники и ключа из бывших флотских радистов”

Есть метафизика, романтика, рассуждения о смысле и бытии. Всё это совсем не удивительно учитывая условия в которых существуют и работают главные герои. И все они максимально витальные, хлёсткие… Второй раз начал нахваливать образы автора… Мне кажется люди, персонажи это главная заслуга Куваева, он смог показать территорию через них и видимо только так и было можно.

“Чтобы сюда устремились за той самой романтикой требовался работяга по кличке Кефир. Биография его не годится в святцы, но он честно делал трудную работу. В этом и есть его святость. Нет работы без Кефира, и Кефир не существует без трудной работы”

Есть какая-то аура у “Территории”, дух которым она пропитана. Честолюбие не последнее слово для героев книги, долг который они все чтут и выполняют. И так это всё по-простому, по-мужски, по-товарищески. Без снобизма и себялюбия. Думаю такой роман вряд ли мог появиться в капиталистической стране. Хоть книга формально и про золото, на самом деле она о Людях.

“… в минуту сомнения тебя поддерживали прошедшие годы, когда ты не дешевил, не тёк бездумной водичкой по подготовленным желобам, а знал грубость и красоту реального мира, жил как положено жить мужчине и человеку. Если ты научился искать человека не в гладком приспособленце, а в тех, кто пробует жизнь на своей неказистой шкуре, если ты устоял против гипноза приобретательства и безопасных уютных истин, если ты с усмешкой знаешь, что мир многолик и стопроцентная добродетель пока достигнута только в легендах, если ты веруешь в грубую ярость твоей работы…”

[Victor Sonkin · Rating 3 out of 5]

This is a disjointed narrative of several people looking for gold among tin-bearing provinces of the Russian North (it's not quite clear where from the book, though Kuvayev's personal experience offers some clues). Parts of it are not bad at all, but there is no coherent narrative, let alone a heroic story, and the Soviet-time selective popularity of the book is a total mystery to me. It's not bad at all, but for reasons completely different from the memories of its onetime readers.

[Serjapanovich · Rating 4 out of 5]

Книга про геологов, которые ищут золото на Чукотке. Тундра, сопки, шурфовка, чукчи, пасущие оленей. Написано весьма атмосферно. Через пару десятков страниц хочется наполнить рюкзак банками тушенки и отправиться в лес с палаткой. Местами передергивает от вкраплений совесткой идеалогии, но, возможно, мне просто показалось. Прочитать однозначно стоит. Я её, пожалуй, когда-нибудь даже перечитаю.

[Chukcha · Rating 5 out of 5]

Как человек, который прожил на Чукотке 30+ лет, могу сказать: среди геологов книга просто культовая - это раз. И во-вторых, атмосферу Чукотки Олег Куваев передал как никто. Всё именно так.
Кстати, не менее сильный его второй роман: "Правила бегства"

[Борис Ефимов · Rating 5 out of 5]

Очень хорошо написанная мудрая и сильная книга.

[Anatol Seibel · Rating 5 out of 5]

Очень круто.

[Anton Shanaurin · Rating 5 out of 5]

Хорошая книга о людях, которые болеют за своё дело. Наверное, в данный исторический период такая книга невозможна.

[Muhammad Tuhami]

لقد استوعب كيايه منذ طفولته، أن الحكمة الخالية من الحركة لا تجدي شيئاً للقريبين منه ومن ثم فهي عبء علی كاهل الشعب

[Alex Prozorov · Rating 5 out of 5]

Абсолютный восторг

[Anton Potapenko · Rating 4 out of 5]

Книга о людях, безгранично преданных идее поиска и добычи золота в суровых землях Чукотки. Хорошо раскрыты характеры героев через именно их мотивы преданности данной идее. От меркантильных интересов и обязанности обеспе��ить государство валютой до личных амбиций доказать свою правоту (основанную на интуиции) и понимании, что жизнь прожита не в пустую.
Красиво сформулирован принцип соотношения наших амбиций и реальности: "Прошу запомнить, что наши идеи и наша интуиция имеют ценность лишь в том случае, если они согласуются с реальностью. Мы живем под принудительной силой реальности, Баклаков. Ваша задача — иметь раскаленный мозг, вырабатывать идеи и тут же согласовывать их с принудительной силой реальности."

[Алексей Тишков · Rating 5 out of 5]

Книга о силиных духом, о приверженности цели и способности идти до конца, о самоотверженном риске не ради славы или денег, а ради призвания. На примере геологов - покорителей Русского Севера, нашего аналога Американского Дикого Запада, показаны характеры людей, бросивших вызов обывательской жизни, выбрав свободу в бескрайних просторах тундры и заснеженных гор. Книга затянула с первого абзаца. Побудил к прочтению книги просмотр трейлера к вышедшему на экран в этом году одноимённому фильму, который я хотел просто сравнить с первоисточником. Однако, прочитав книгу к фильму так и не прикоснулся, думаю, вряд ли можно суметь подобное экранизировать. Книга весьма сильна.

[Mikhail · Rating 5 out of 5]

Формат: Аудиокнига Язык: Русский
Для меня уже стала классикой. К перечтению на регулярной основе.

Update: Перепрочитал. Не буду говорить что книга идеальна, но на мой взгляд очень хороша. Да и фильм 2015 года тоже к шарму книги очень добавляет.

Все так-же к регулярному перепрочтению.

[Dima Shevchuk · Rating 4 out of 5]

Интересная книга о жизни геологов-золотодобытчиков.
Фильм лишь на 30-40% пересекается с книгой.

[Nikolay Martyanov · Rating 5 out of 5]

Книга про призвание и любовь к нужной работе.