Lena Eltang is a Russian poet, writer, translator, and journalist. Lives in Lithuania.
Born in Leningrad, she studied at the Faculty of Philology and Journalism at Irkutsk State University. In 1988 she left the USSR. She owes her surname to her Dane husband, and her name to life in Denmark: Elena is not there at all, but there is a popular name Lena. She also lived in Paris and London, and since 1991 with her husband in Vilnius.
Lena was professionally engaged in journalism and translation. In "big" literature she made her debut in 2003 with a collection of poems. In 2006, her first novel, The Escape of the Cumanist, was published, which was included in the “short list” of the Andrei Bely Prize and the “long list” of the National Literary Award “Big Book” for the 2006-2007 season. In 2008, the second novel, Stone Maples, was published, which was awarded the New Literary Prize-2009.
The third novel by the writer "Other drums" was released in 2011 and in the same year was awarded the "Russian Prize". In 2012, the novel "Other Drums" was included in the "short list" of the National Literary Prize "Big Book".
The fourth novel, Cartagena, was published in 2015 by Ripol Classic. The novel was translated into Arabic in 2017 and is currently being translated into English.
Есть у меня толстая книга «Материя стиха» называется, автор - Ефим Эткинд. Все собираюсь прочесть и узнать же наконец о материи стиха, что там на изнанке. Пока только предисловие читаю «Автор лишь стремится показать несколько аспектов поэтической материи - показать, что она, эта материя, сложнее организована, чем мы привыкли полагать. И что поэзия, как идеологическая форма познания мира, от этой материи неотделима:... - в поэтическом произведении нет ни идеи, ни даже просто смысла, а тот который можно разглядеть вне материи стиха и помимо неё - обманчив, иллюзорен». Ну вот так у меня со стихотворениями Лены Элтанг. Написаны они ювелирно, ритм такой силы и стройности, что каждый слог отбиваешь ногой. Образы далеки от клише, эпигонства и всего этого «pasión de la pasión », главное, они разнообразны; огромная галлерея и образов, и тем. По которой гуляешь, как по комнатам домов-музеев, где хозяина нет, но есть его вещи, фотокарточки, открытки. Видно хозяин много путешествовал, а то и жил в разных странах. Из комнаты в комнату продолжаешь идти. Вот и чай его стоит, уже остыв, раскрыта книга, страницы растопырились как мех аккордеона. Форточка на кухне не закрыта, под нею блюдце с пеплом без фильтра сигареты. Ну много чего ещё вокруг. Садись ты, гость, с дороги, будь как дома, с аппетитом кушай, листай журналы, переключай каналы. Но вот хозяина все ж хочется увидеть, с ним как-то радостней, теплее, беседа тут же, разговор. Как-то так читался сборник «камчатка полночь». Вокабуляр богатый, богатейший, со словарём читать, и восхищает мастерство, эрудиция, но не достаёт взаимодействия. Мало резонанса. Ощущение, что имеешь дело с красивой, замысловатой формой, в которой смыслы гуляют, как сквозняки по вышеупомянутым комнатам. Но на сборнике этом (который не достать в Париже) есть дарственная надпись шариковой ручкой, тем же почерком, что и открытки, письма, другие книги за много лет накопленных между дорог железных и взлетно-посадочных полос. И от неё, от надписи, стихотворения приобрели свою другую, личную ценность, личный смысл. И ко всему уже наговорённому, словно засохшие цветы между страниц библиофильских книг, метро билетики, музеев, со сроком годности истёкшим, в карманах прошлогоднего пальто, так в строках множества стихотворений вдруг попадается Париж и «... мы вчера, как прежде, обменялись поцелуем у самых губ, посетовав - пора встречаться чаще, вот перезимуем, а там глядишь!»