Параджанов: Цена вечного праздника

by Vasily V. Katanyan, Василий В. Катанян

Сергей Параджанов, режиссер, художник, сценарист, признанный во всем мире как один из лучших кинорежиссеров века, до сих пор недостаточно известен в России. Едва ли не больше, чем фильмы, популярны различные домыслы и слухи. Сыграли свою роль и сфальсифицированные обвинения, за которые Параджанов заплатил двумя отсидками, и усилия "доброжелателей", и неистребимое желание художника творить из собственной жизни легенду. Кинорежиссер и писатель Василий Катанян был дружен с Сергеем Параджановым сорок лет. Дневники, которые он вел за это время, легли в основу книги, рассказывающей об истинной, невыдуманной судьбе мастера.

Genres: Russia

248 pages, Hardcover

First published January 1, 1994

Reviews

[Dara B · Rating 5 out of 5]

Когда я увидела "Саят Нова", мой мир перевернулся. На самом деле этот фильм настолько меня перевернул, что я даже досмотреть его до сих пор не могу. Это какая-то невозможная красота, принимать которую можно только в гомеопатических дозах. Но и полностью оторваться все равно невозможно, поэтому я начала кружить рядом и читать про автора. Что оказалось само по себе не менее увлекательно.

Ему было неинтересно просто сидеть за столом и пить чай. Ему требовались игра, действо, искусство. Не потому ли он стремился и сам преобразиться и переодеть других? Однажды мы застали его в бархатном балахоне с аппликациями и в берете с кистями — по его эскизу это осуществила одна поклонница. На меня надели белую хламиду ксендза с кружевами, а Инну укутали в восточную шаль. Некая дама сидела в вышеупомянутом чёрном платье времён молодой Марлен Дитрих, и Серёжа был в восторге, что всё не как у людей. Мы тоже. И никто вновь пришедший ничему не удивлялся.

...Только очень уж печально. Во время чтения этой книги я впервые почувствовала ненависть - очень нехарактерное для меня чувство - к непробиваемому, очевидно идиотическому авторитарному режиму. К тупой стене, о которую можно только разбиться. Мне физически больно думать о том, как бездарно разбазарены годы жизни, за которые Параджанов мог бы сотворить столько всего. Прожить столько всего. Все лагерные эпопеи советского союза - трагедии, просто на примере Параджанова это видно особенно ясно. Подумать только, что все, что он делал - мог делать только он. Никто больше. Никто больше не мог и никто не сможет нарисовать, снять, выдумать, так как он. А вместо этого он сидел в тюрьме по обвинению в гомосексуализме, как будто кто-то решил несмешно и непохоже спародировать историю про Оскара Уайльда. Злость. И ненависть. И неверие, что так бывает. И огромная, больше мира грусть.

Особенно, когда смотришь на эскизы, рисунки и коллажи в конце книги. "Эксиз к непоставленному спектаклю "Гамлет". "Эскиз к непоставленному фильму "Исповедь". "Эскиз к непоставленному фильму "Демон".



О боги. Он мог бы поставить "Демона".

[- قارئة . · Rating 4 out of 5]

" أنا سيرغي باراجانوف ، ولدت في تبليسي وهناك سوف أموت . في شبابي - مفكراً كيف سأعيلُ نفسي في الحياة - انتسبت إلى جامعة السينما ، ومنذ ذلك الوقت وأنا جائع "


سيرة حياة المخرج الجميل باراجانوف
ومعاناته مع السجن ثم المرض
سيرة غنية كأفلامه

كان فيلمه لون الرمان
أحد الأفلام التي رغبت حقاً بالعيش فيها