Слава Ван Гога. Опыт антропологии восхищения

by Nathalie Heinich

В книге «Слава Ван Гога» Эник исследует феномен восхищения. На примере нищего и близкого к помешательству художника, покончившего с собой в возрасте 37 лет, а ныне канонизированного в роли культурного героя XX века, она пытается разобраться, как конструируется образ великих художников, картины становятся «произведениями», а затем — «бессмертными шедеврами»

Натали Эник — социолог, ведущий научный сотрудник Национального центра научных исследований (Франция). Автор множества книг и статей по социологии искусства и культуры, анализирующих идентичность, формы признания и прославления художников, эстетическое восприятие и художественные ценности

Genres: Art

384 pages, Paperback

First published January 1, 1991

Reviews

[Greta · Rating 4 out of 5]

If the question "Why the big deal about van Gogh?" has ever intrigued you, this book goes a long way toward answering that question. It also takes the concept of the "great" and "suffering" artist and gives it some much needed illumination. That Vincent himself can be seen in this light as a modern-day Protestant saint makes our 21st century obsession with art, artists, museums and "creativity" understandable as it has become, clearly, the new religion. At least among certain believers.

[Tanya Kaplun · Rating 4 out of 5]

Окончила читать труд французского социолога Натали Эник "Слава Ван Гога. Опыт антропологии восхищения". Не знаю, как оригинал, но над книгой, переведенной на русский, я пыхтела, как над учебником по нейробиологии в студенческие годы, да и над другими учебниками тоже. Иногда, приходилось работать со словарем.
Если запастись упорством и всё же пробраться сквозь (например) "решительный популизм авангардистской критики находится в противоречии с элитизмом её дискурса", то можно проложить себе дорогу к блестящим мыслям и выводам автора.
Обширный и глубокий анализ не только феномена славы Ван Гога, но и прояснение мифов, легенд о его жизни и живописи.
Если коротко, то своим восхищением мы "оплачиваем" долг и "искупаем" вину за непонимание, равнодушие, несправедливость, выказанные обществом Ван Гогу при жизни. То есть, в формировании славы, сыграла роль не так сама живопись, как личность художника, его образ жизни, который своей аскезой, одиночеством, самоотверженностью, жертвенностью походит на жизнь мученика. За что ухватились многие биографы, культивируя прежде всего жизнь художника, всё более и более превращая её в агиографию ("жития святых").
Ко всему, Ван Гог имел сильное личное начало, попросту - стиль. Все его картины отмечены (i) характерным мазком, (ii) подписаны именем, а не фамилией, и отдельно - количество автопортретов. Эти элементы сам Ван Гог объясняет в письмах к брату Тео. Например про имя он говорит, "я так подписываюсь, чтобы люди, которые меня видят, понимали, что я обращаюсь к ним на ты". Картины Ван Гога имеют ощутимый эффект присутсвия самого автора. Теперь мы не можем просто смотреть на картину и её сюжет, не замечая личности и жизни художника. Так например, картина Ван Гога "Пшеничное поле с воронами" стойко ассоциируется с трагической смертью автора.
В приложениях к книге собрана французская художественная критика работ Винсента Ван Гога 1890 года, которая, в основном, положительна.
В завершении, Натали Эник исследует влияние случая Ван Гога на положение живописи XX века.

[Karl · Rating 3 out of 5]

--- "Van Gogh embodies far more than a new artistic tendency. He embodies a new model of the artist." (Heinich: 140)
--- "Without its tragic episodes Van Gogh's case would have merely been one of many, just one more to add to the (short) list of accursed artists and unrecognized geniuses." (Heinich: 45)
--- "Thanks especially to the impressionist revolution, the world (or at least the universe of art experts) was prepered to receive him. Originality in painting, or at least deviations from the canon, had already been constituted as a value." (Heinich: 31)

This books explains how and why Van Gogh has become venerated by scholars and people in general. The book shows what critics were saying about him in France particularly and how he became something similar to a saint/hero/martyr, which was nice to read. However, the book felt too general and theoretical at many times and there was repetition of ideas throughout it. Chapter 4 was my favourite chapter from the book.

The idea that Van Gogh's veneration by us comes from a moral debt is in my opinion too childish. I enjoyed all the extracts from some of his letters, which meant my first time reading them. The conclusion sets the author's argument. However, I missed a reference to whether or not Van Gogh's effect contributed towards the rehabilitation of women artists.

[sofia rose cecilia · Rating 5 out of 5]

absolutely excellent

[Sam Stabler · Rating 5 out of 5]

The conclusion is the best, because even though she is trying to summarize, she just keeps on theorizing. For heads.