The Empire Must Die: Russia's Revolutionary Collapse, 1900-1917

Империя должна умереть

by Михаил Зыгарь

From Tolstoy to Lenin, from Diaghilev to Stalin, The Empire Must Die is a tragedy of operatic proportions with a cast of characters that ranges from the exotic to utterly villainous, the glamorous to the depraved. In 1912, Russia experienced a flowering of liberalism and tolerance that placed it at the forefront of the modern women were fighting for the right to vote in the elections for the newly empowered parliament, Russian art and culture was the envy of Europe and America, there was a vibrant free press and intellectual life. But a fatal flaw was left Russia's exuberant experimental moment took place atop a rotten foundation. The old imperial order, in place for three hundred years, still held the nation in thrall. Its princes, archdukes, and generals bled the country dry during the First World War and by 1917 the only consensus was that the Empire must die. Mikhail Zygar's dazzling, in-the-moment retelling of the two decades that prefigured the death of the Tsar, his family, and the entire imperial edifice is a captivating drama of what might have been versus what was subsequently seen as inevitable. A monumental piece of political theater that only Russia was capable of enacting, the fall of the Russian Empire changed the course of the twentieth century and eerily anticipated the mood of the twenty-first.

Genres: History, Nonfiction, Russia, Politics, Russian History, Russian Revolution, Historical

519 pages, Kindle Edition

First published October 7, 2017

About the author

Mikhail Zygar is a journalist, writer, and filmmaker, and the founding editor-in-chief of Russian news channel Dozhd, which provided an alternative to Kremlin-controlled federal TV channels by giving a platform to opposition voices. The recipient of an International Press Freedom Award, Zygar writes a weekly column on Russia and the war for DerSpiegel and also writes for the New York Times, Time Magazine, Vanity Fair, and Foreign Affairs. He is also the author of All the Kremlin’s Men, The Empire Must Die, and War and Punishment. Currently a guest lecturer at Columbia University, he lives in New York with his husband.

Reviews

[Always Pouting · Rating 4 out of 5]

This book felt really long but it might just be because I read it for such an extended period of time because things kept getting in the way of actually sitting down and reading it. I had a hard time keep tracking of names and who was who because it talked about a lot of different people through out and because I kept putting it down for periods of time before I could pick it up again. I actually really enjoyed this however. I didn't really know much about the Russian Revolution, I know we actually learnt about it in school but I didn't pay attention so a lot this was new to me. I can't believe so much happened in a span of 17 years to be quite honest. It covered a lot of ground and I think its a good way to get overall context into what led up to the revolution. I kind of wish I knew more about Stalin coming out of this though and I feel like other things I've heard about Rasputin weren't mentioned so now I'm unsure how true any of those things were. I also want to know more about the Soviet Union itself before its collapse now so maybe I'll look into finding something on that front.

[Metodi Markov · Rating 5 out of 5]

Част от руската нова история е получила книгата, която толкова заслужава.

Михаил Зигар и екипът му са извършили огромна по обем работа и проучвания, ровили са се и са погледнали под всяко кирливо покривало на революциите руски и революционерите им и като резултат се е получил проект с превъзходно качество, без аналог в съвремието и миналото на тази робска и пропаднала страна!

Зигар е взел най-доброто от работата на публициста, журналиста, историка и писателя и е превърнал тази енергия, точност и прецизност в безпрецедентно книжно събитие!!!

Ние също имаме огромна, даже отчаяно огромна нужда от наш, български Зигар, който да покаже правдиво не по-малко бурната ни нова и най-нова история. История пренаписвана, мъчена, изопачавана и нагаждагна от същите палачи, престъпници и наследниците им, унищожили крехката мечта за равноправие и демокрация в Русия, а в последствие в България и още много страни по света...

Въпреки невероятният си обем от точно 1000 страници, "Империята трябва да умре " е супер четивна, добре организирана, подробна и възможна за осмисляне дори от лаици, незапознати с периода и с участниците в тези бурни и превратни събития. Кратките глави, пояснителните бележки и наличието на подробна библиография в края, правят прочита ѝ истинско удоволствие и могат да ви обогатят и да изяснят много бели и петна и непонятни събития и следствия.

Не са забравени и борбите за изява и разчупване на статуквото от новия творческият елит на империята - Толстой, Дягилев, Нижински, Станиславски, Шаляпин, ярка плеада от поети, писатели, художници и издатели на авангардна и арт публицистика.

Паралелите от миналото с политиката на РФ сега са едновременно поразяващо сходни и ужасни! Борбите в тази изостанала във времето и пространството империя продължават да са все така безмилостни. Реално нищо не се е променило, всичко старо и забравено е възродено от КГБ режима на Путин, оковите на мракобесието се затягат все повече и водят към неминуема катастрофа...

Тази книга е задължителна за всеки желаещ да научи повече за устройството и произхода на света, в който живеем.

Мои бележки, към направили ми силно впечатление пасажи от книгата:

"Оказва се, че руският мракобесен режим протяга грабливи лапи не само към България, Николай II мечтае за “Жълта Русия”, с такава лакомия ще се задави до кръв!"

"Преди стотина години Руската империя е искала да погълне Китай, в наши дни комунистически Китай е питонът поглъщаш части от РФ. Ирония на съдбата."

"Намирам за доста показателно, че старите суми в книгата са конвертирани в евро, а не в настоящи рубли!"

"И преди и сега, на твърде много хора в Русия за всичко са им виновни техните еврейски сънародници!"

"Николай II е връх в некадърието на абсолютната монархия - мнителен, неподготвен и нежелаещ да управлява раздираната от противоречия и революционни настроения империя, която е наследил. Обграден от алчни и корумпирани чиновници, той както и те твърде често нямат никаква идея, защо се бунтуват масите и какво всъщност искат. Учудвам се, че е успял да се задържи на власт чак до 1917 година..."

"Цяла Русия представлява една лудница." - мнение на Граф Вите, министър на финансите и де факто управляващ за известен период империята.

"Интересно, но в политическите убийства на самозабравили се чиновници няма паралел между РИ и РФ. Липсва този зов за свобода, този революционен плам и непоколебима увереност, че неминуемата революция ще промени обществото към добро. Съвременните протести мязат на скопени и не особенно вълнуващи сбирки на по-скоро случайни съмишленици..."

"Империята отдавна е умряла, единствено огромните и немъртви размери я държат полуизправена, за да продължава да мачка тя съдби и хора! Живее само в главите на чиновниците и императора..."

"- човек има усещането, че не прави нищо друго, освен да пише гадости." за Ленин иде реч. Винаги си е бил гнусна гнида!

"Закон за оскърбяване чувствата на вярващите - звучи толкова нелепо в XX век, както и днес законът със същото наименование. Тази абоминация окончателно сродява православието с исляма по-най мракобесния възможен начин!"

"Началото на края - РИ се включва алчно и напълно неподготвена в ПСВ. Иперията е обречена - Николай II се мотае на фронта, а в Петербург командва Разпутин..."

"Прогнилата монархия рухва карикатурно лековато..."

"Разпадът на държавността е светкавичен, а самата революция - плод на низ от случайности съчетани с купчина лоши решения..."

"Бунтът вдига на повърхността много мръсна пяна, бившите заточеници стават зли и гнусни надзиратели. Поетът Блок е един от тях, какво огромно разочарование за мен лично..."

"Империята е мъртва. От руините ѝ ще изпълзи поредно, още по-ужасно и безмилостно чудовище..."

P.S. Повече за резултатите от преврата през октомври 1917 и за оглавилата страната престъпна болшевишка сган може да се получи от книгата на украинския историк Игор Бунич, "Златото на партията"!

https://www.goodreads.com/review/show...

https://chitanka.info/text/2049-zlato...



Художник - Иван Владимиров. 10.01.1870-14.12.1947

Специални благодарности за издателство "Жанет 45" издало перфектно на български този епохален труд! И за качеството на книжното тяло, което не се разпадна на парчета, въпреки разнасянето му безпощадно от мен насам-натам из раници и торби. ;) Колажът от снимки използван за корица също е чудесен.

Смешно е, как чиния прясно изпечени кюфтета провалят постите и вярата в православието на Лев Толстой и стават една от основите на революциите в Русия!!!

[Anthony · Rating 3 out of 5]

Journalism with Hindsight

Mikhail Zygar’s All the Kremlin’s Men is excellent, so in natural form I looked to his other major work: The Empire Must Die. This is the story of the decay and annihilation of the old Russian regime, Imperial Russia. As Zygar writes, he has told the story from a perspective of a journalist, as if he were writing at the time of the events, having studied newspaper articles, journals, letters, leaflets, diary entries and memoirs. What he makes clear is that he is not a historian. The result for me was ‘okay’, in all honesty a 3.5/5 rather than the 4 I have given, but I have given him the benefit of the doubt. This because The Empire Must Die is genuinely interesting and informative in places. But in other parts, Zygar procrastinates, the writing is confused and goes off topic.

I did learn from this book. I have read many on Russia and the Russian Revolution, but text from a Russian journalist has a certain Unique Selling Point. It is interesting to know what a Russian thinks of the revolution, reflecting 100 years later. He explains that it is one of the greatest humanitarian disasters in history. This couldn’t be more true. The mistakes of the old regime, the blindness of the Tsar and those around them to not avert disaster at every turn is extremely frustrating. The number of lives, priceless artefacts and architectural masterpieces which could have been saved, alongside countless institutions, traditions and cultural heritage which have unfortunately have not been persevered adds to the tragedy. The old regime had to change, but should have recognised this and adapted. From 1917-1921 it is estimated that between 9-14 million died under the Bolshevik regime or in the civil war which followed their seizure of power. For me it’s hard not to argue with Zygar’s point.

As I have mentioned above this is journalism with hindsight, so there is no historic narrative. There is no analysis, apart from a small epilogue, almost as the author is not confident enough to disclose his own thoughts on most matters. The text doesn’t seem to travel in any such direction, only onwards towards October 1917. A great deal is spent on the thoughts of Tolstoy, which I did find relevant, the great novelist by this point was almost saintly and his opinion was clearly heard by a lot of Russians leading up to his death. At other points I found it tiresome and not as engaging as I expected it to be. The Russian Revolution is a turning point in history, it changed the world. The tragedy is great, the sorrow heavy, but it just isn’t captured in the same way here as other texts on the subject. This isn’t the work of an amateur, but it just doesn’t meet the ‘genius’ mark.

[Margarita Garova · Rating 5 out of 5]

“В столичните гостни се носят слухове, че страната се управлява от Распутин – но всъщност никой не управлява страната.”

Най-важното, което научих от тази хилядостранична епопея - Империята не е трябвало непременно да умира, могла е да го избегне и даже е била на косъм от това да й се размине. Но в историческата реалност империите не са герои от епични фентъзита, а удобни абстракции, персонификации на човешки маси и физически пространства, бутани и д��рпани от разнопосочни сили.

Да се покаже взаимодействието между тези сили (сред тях императора, дворяните, градската интелигенция, селяните, армията, работниците, религиозните служители, революционерите), или по-често липсата на такова, е интелектуален подвиг, с който журналистът Михаил Зигар се е справил по най-щадящия и достъпен за читателя начин. Съдържанието на “Империята” е организирано в кратки, остроумно озаглавени глави, а страниците сами се обръщат.

Михаил Зигар е написал книгата, от която руският читател е имал нужда (ние, българските читатели, също имаме подобни нужди, но това е друг въпрос). От цялата фактологична баластра е взел чистото действие, премахнал е тромавата терминология и са се получили едни хиляда страници добре смилаем субстрат. Прагматично и модерно.

Какво се случва в Руската империя от края на 19 век и началото на 20 век? Краткият отговор е всичко и нищо. Революционен кипеж безспорно има, но извън дежурните политически убийства не се случва истинско разместване на пластовете. Император Николай II и приближените му играят политическо танго – една полуреформа напред, последвана от две ретроградни стъпки назад. Самодържавието за Романови има божествена легитимация, която никакви либерални или марксистки дрънканици не могат да оспорят. Императрица Александра не напуска балона от мистицизъм и самозаблуди, една доста по-мрачна версия на Мария Антоанета и нейните пасти.

Аз, а и вероятно много хора от моето поколение, гледат на по-новата руска история като на една черна дупка. Но фактът е, че насред политическото мракобесие и антилиберална атмосфера Русия успява да преживее кратък (уви) икономически разцвет – така наречените “тучни години”, чиято кулминация е 1913. Това е и периодът, в който руската култура се радва на небивал интерес по света и дори задава жалоните за други, отдавна утвърдени като “културни” държави. Дягилев прави революция в балета, Горки прописва, Шаляпин и Рахманинов се сприятеляват творчески, Станиславски се вихри в театъра. Процъфтяващата търговска класа в Петербург и Москва търси нови пътища за страната.

Изглежда сякаш за пръв път в своята история голямата, тромава империя най-сетне започва да намира себе си. И за малко да забравя напомнянето от началото, че империите не са самостойни герои. Зигар доказва тази теза навсякъде в книгата – в безброй възлови моменти малкото и личното формира голямото и историческото. Един човек, един подпис, един разговор и историята вече е различна. Действащите лица са много, но всички се познават помежду си, което си проличава най-вече в решителни моменти. А големите печеливши от историята са тези, които улавят навреме посоката на вятъра.

[Emiliya Bozhilova · Rating 4 out of 5]

”Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать -
В Россию можно только верить.”
Ф. Тютчев

Разумът почти напълно отсъства във висините на властта, разпореждаща се с Руската империя в зората на XX век. Липсва и из низините.

На върха на пирамидата е слабохарактерен император с мистичен уклон, твърдо убеден в божествеността на самодържавието. За него думите “конституция”, “парламент” и “интелигенция” са ерес. Съпътства го истерична, интровертна и дълбоко суеверна императрица. Суеверието и сляпата догма се ширят и из руската църква и често стават единствен “изход” от непосилния живот за мнозина бедни. Религиозната отдаденост процъфтява, множейки всевъзможни пророци и спасители, от които Распутин дори не е най-странният. В това време в руската империя на радостен прием се радват черносотниците, проповядващи върл антисемитизъм, ултрамонархизъм и изолационизъм (това започва да звми зловещо съвременно), прилагащи честата практика на погроми срещу еврейското население, което пък е отделено от всички поданици на империята с т.нар. “линия на уседналост” и всевъзможни забрани. Откъде са дошли Троцки и подобните нему - ами ето откъде, от уседналостта!

Зародилият се пролетариат работи при чудовищни условия на труд, а 8-часовият работен ден е утопия. Масата бивши крепостни селяни, макар и свободни на хартия, са все така зависими от помешчиците - оземляването реално не се е състояло. Аристокрацията пък познава Европа като пръстите на ръката си, но няма ни най-малко понятие какво става в Русия. И се учудва, когато тероризмът претвства в ежедневие - сменят се само имената на убитите от есерите. На свой ред тайната полиция прилага сходни методи към всеки заподозрян враг на режима, а Столипиновите публични бесилки стават известни като “столипиновите вратовръзки”.

Дори в тази скована, почти средновековна обстановка, в големите градове все пак се появява трето поколение образовано търговско съсловие с уклон към културата, и нещо като буржоазия с воля за либерализация и реформи.

На този детайлно поднесен фон Зигар със замах откроява многобройните пропуснати шансове на Русия. Имало е достатъчно възможности за осъществяване на еволюция, вместо революция. Но здраво закотвеният средновековен догматизъм в главите на последното управляващо поколение Романови и техните аристократични и църковни протежета взривява всяка от тях. И ето че след голямото предупреждение от 1905 г. идва 1917 г. Когато за демокрация, както се оказва, е вече късно. Радикализацията е стигнала такива нива, напомпани от Първата световна война и агресията на спомигнтатите от германското разузнаване болшевики, че оттук нататък ще се лее само кръв.

Зигар е използвал много сполучливо репортажния стил, за да оживи историята и да я задвижи в живи картини. Всяка глава е озаглавена подобно на класически приключенски роман и включва много миниатюри с ловящи окото подзаглавия. В резултат на което близо 1000 страници се изнизват неусетно.

Капанът, в който се е хванал Зигар, е именно многообразието от исторически характери. Просто не е успял да подбере по-малко и да ги развие по-задълбочено, а се е втурнал във водовъртежа от имена, като често за човека зад името не се разбира много. Фокусът е основно върху либералите и интелектуалците от големите градове, които не са кой знае колко, a на останалите части от Русия и на другите политически и социални течения е отделено значително по-малко внимание. Бебройните събития, случки, анекдоти често рсьмуват връзката между някои събития. Така и не разбрах точно защо Ленин печели, а Керенски губи. Част от фактите в книгата определено са интересни, но разсейващи.

От друга страна обаче самият автор твърди, че историята се тласка напред от грешките и само в ретроспекция събитията стоят “подредени”. Донякъде съм съгласна, но разфокусирания текст на моменти е в твърде изморителни количества. Зигар определено не е минималист. Но пък разказва страшно интересно.

3,5 ⭐️

[Max Berendsen · Rating 4 out of 5]

"Russia has never come to terms with its past; the historical traumas are still raw; the psychological hang-ups persist. Russian history is an illness. Our history has made us all sick. I do not want to die from this illness." - Mikhail Zygar.

The publication of "The Empire Must Die" really marks a new milestone in the historiography of the Russian revolution. Written as a work of journalism, rather than a work of history, it underpins the the eloquent writing and research skills of Mikhail Zygar. The events described in the book truly come to live in the many eyewitness accounts and vividly detailed descriptions. Ranging from the menu of the last supper eaten by the members of the provisional government at the Winter Palace to the text of intimate letters written between the Tsar and Tsarina.

During the reading of this book I could not help but notice the many striking similarities between the Russian Empire of those days and the Russian Federation of today. One of those striking examples would be the Russo-Japanese War of 1904-1905 and how similar it is to the barbaric insanity carried out by Kremlin's leadership in Ukraine right now: apathetic state leadership, a corruption-infested army lacking the most basic supplies, a highly demoralized population, as well the public opinion of the international community directed against it.

To me this book really showed how deeply wounded Russia truly is as a society. In little more then a century the country has been exposed to multiple catastrophic wars, famines, multiple campaigns of state terror, widescale corruption, etc. My hope remains that, rather sooner than later, the Russian people (of whom I have many friends and to which my beloved grandmother belonged) will be able to break through this viscious circle of revolution, corruption and war and live up to their true potential.

P.S. I would also advise everyone to check out Zygar's book "All the Kremlin's Men". A great investigative account of the current clique ruling Russia.

[Aya · Rating 5 out of 5]

Улавям се, че през последните години историята ме привлича много повече, отколкото когато и да било преди. Естествено, че сухият стил, който ни е познат от учебниците, не ми е най-любим (имам проблеми с помненето на числа, независимо дали говорим за дати, години или за телефонни номера), но ако няма други източници, нямам и избор. Събитията от Втората световна война винаги са ми били интересни, ала така и не бях обръщала особено внимание на Първата, която е много по-повратен момент за всички замесени.

Само преди сто години е имало Османска, Австро-Унгарска, Британска и Руска империя. “Империята трябва да умре” (превод: Здравка Петрова) от Михаил Зигар обрисува последните двайсет години на Руската – краят на семейство Романови, бунтовете, революциите, съдбите на творците и какво ли още не е преплетено по толкова умел начин, все едно четете художествена литература.

Както споменах по-горе, Зигар обхваща случилото се в Руската империя, довело по един или друг начин до краха ѝ. Въпреки обема на книгата (1000 страници), в нея няма да срещнете скучен текст, който да се чете трудно. Даже напротив, първо ще ви направи впечатление колко различно е структурирано съдържанието – всяка глава е не повече от четири страници и с интригуващо заглавие. След това ще се изненадате колко интересно и ясно е написана, което за мен е много добро попадение, предвид броя на героите и всички събития, развиващи се паралелно.

Михаил Зигар е журналист по професия. Трудът му започва с уточнението, че книгата е изграден изцяло по правилата на журналистиката: “сякаш всички герои са живи и бих могъл да взема интервю от всекиго”. Бих казала, че този принцип диктува атмосферата в “Империята трябва да умре” – поднесена честно, без заобикалки, с интересни подробности относно личностите в нея. Също така прави впечатление, че събитията са предадени чрез действията на въпросните личности, което хем е добър подход, хем не. Казвам, че не е, защото читателят не получава обяснение за част от случващото се.

Книгата проследява историята през очите както на писатели, свещеници и терористи, така и на генерали, царе и революционери. Ще научите повече за Лев Толстой, Максим Горки, Антон Чехов, Игор Стравински, Сергей Рахманинов и не на последно място – императорското семейство Романови, Григорий Распутин, политиците, дърпали конците на империята, и революционерите Владимир Ленин, Лев Троцки и Александър Керенски. Те представляват доста малка част от всички, чиито животи проследява трудът на Зигар.

Странното е, че е възможно да прочетете няколко реда за някого на страница 90, после той да не се споменава никъде, а на страница 800 пак да видите името му и да се сетите какво сте разбрали за него от въпросните няколко реда. Интересен подход на Михаил Зигар – всяка личност е свързана с някаква отличителна асоциация, която се запаметява в главата на читателя. Както винаги, дребните детайли и брънки водят до необратими последствия.

Нулевите години на XX век са период на максимална популярност на Русия в чужбина. Нито преди, нито след това руските хора не са били толкова влиятелни в Европа. “Именно през този период Европа откри за себе си Русия – пише Съмърсет Моъм, служител на британското разузнаване, в романа “Ашендър, или Британски агент”. – Всички четяха руските прозаици, руските танцьори покориха цивилизования свят, руските композитори докоснаха душевните струни у хора, които започваха да се уморяват от Вагнер. Руското изкуство се стовари върху Европа като грипна епидемия.

Тук ще се сблъскате с управлението на императорското семейство, което е определяно от всякакви фактори. Решения са вземат на ръба на отчаянието, през повечето време са водещи емоции, а вярата и уповаването на един мним монах ще предизвикат краха на властта, просъществувала повече от 190 години. Освен това ще научите и много за политиката на Руската империя – всички главни министри и генерали заемат своето почетно място в историята. Ще прозрете подмолните задкулисни игри, какви са били предпоставките за революциите, откъде са тръгнали Ленин и Троцки и как още преди сто години фалшивите новини са били способни да диктуват настроенията на народа.

Горки е учуден, че “всички вчерашни анархисти днес са патриоти и почитатели на държавата”.

Михаил Зигар е добавил доста бележки, с които показва паралелите между Руската империя и Русия в наши дни. Отчайващо е за пореден път да се увериш, че историята се повтаря и всеки следващ цикъл в никакъв случай не е по-безболезнен и по-добър от предишния. Докато четях, многократно си задавах въпроса как Михаил Зигар продължава да живее в Русия, особено след въпросните сравнения.

“Империята трябва да умре” е нестандартно оформен очерк за края на една от най-могъщите сили, съществували някога. Няма да имате време да скучаете или да се отчайвате от множестото дати, години или герои. Ще получите възможността да надникнете в животите на хора от управлението, револционери, композитори и писатели. Изключителният труд на Михаил Зигар заслужава да се прочете и е сред най-силните книги, на които попаднах през 2019 година.

[Alexei Ghertescu · Rating 5 out of 5]

Замечательная книга об одном из наиболее ключевых событий мировой истории 20-го века. Автора иногда критикуют за то, что он не историк и очень вольно обращается с фактами. Не будучи историком, мне очень сложно оценить достоверность изложенного. Но главное достоинство книги – очень живое повествование, благодаря которому происходит настоящий эффект погружения в события более чем столетней давности. Именно сухость языка - это то, за что так часто простые обыватели, интересующиеся историей, критикуют профессиональных историков.

Книга Зыгаря в значительной мере построена на личных повествованиях непосредственных участников тех событий. Конечно, это очень ограничивает масштабы повествования, сужая его до рамок личного восприятия исторических событий людьми, которые были в них вовлечены, и делая его очень субъективным. И это же не позволяет автору провести более широкий и глубокий анализ событий, явлений и социальных процессов, которые происходили в Российской Империи в рассматриваемый период.

Именно этот аргумент я встретил у одного из своих знакомых – что автор пишет очень увлекательно, но почти не анализирует глубинные причины, по которым произошли революции в России, а также ограничивается в основном событиями, которые происходили в двух столицах, очень рассказывая о том, как и чем люди жили в этот же период в других частях большой империи. Но вряд ли подобные упреки в адрес автора уместны. Он с самого начала говорит о том, что он не претендует на роль историка. Он оговаривается, что является журналистом и книгу пишет намеренно в журналистском стиле. Эта книга – сплошной калейдоскоп имен и событий. Читатель постоянно переносится из кабинетов императорских министров в театры Европы, из подпольных квартир террористов в покои Императора, предпочитающего прогулки с семьей делам государственным.

Основная цель книги – дать читателям возможность взглянуть на важнейшие исторические события глазами различных ее участников, попытаться передать, что они думали и чувствовали, окунуть читателя в атмосферу событий. И с этой задачей автор, как мне кажется, справился великолепно: огромный, почти 900-страничный том, просто проглатывается залпом, как увлекательный триллер, хоть и с уже известным для всех концом.

И пусть эта работа субъективна и поверхностна, я знаю как минимум одного человека, который до этого не так часто читал историческую литературу и который после «кирпича» Михаила Зыгаря настолько заинтересовался темой, что после этого прочитал еще пару мемуаров и биографий, связанных с тем периодом, одолел работу о Сталине, а теперь покоряет толстенный том, написанный уже профессиональным историком, на тему Гражданской войны. Так что даже если у автора была просто цель увлечь, заинтересовать и стать для кого-то толчком к дальнейшему изучению истории, то он с ней вполне справился.

[Елвира · Rating 5 out of 5]

Тия 1000 страници ги изядох за броени дни.

[Mik Chernomordikov · Rating 5 out of 5]

Человеческим языком и со стороны реальных людей о том, как в Россию пришло 3 революции с 1905 по 1917 годы

[Dobre Cosmin · Rating 4 out of 5]

Coperta cărții pe care o am conține o greșeală în editarea subtitlului. Istoria revoluțiilor ruse prin personalități. Anii 1909-1917. În realitate subtitlul e: Istoria revoluțiilor ruse prin personalități. Anii 1900-1917. Altă observație ar fi desele greșeli de literă. Însă oricâte greșeli ar conține o carte am evaluat-o întotdeauna doar prin valoarea conținutului ei.

Cartea în sine e mult mai bună decât m-am așteptat. Descrie parcursul istoriei, pas cu pas, an cu an, prin evenimentele, acțiunile și jurnalele personalităților din toate facțiunile politice, dar și ale intelectualilor care aveau doar simpatii de-o parte sau de alta. Anarhism, nihilism, fanatism, sacrificiu de sine, despotism, terorism, conspirații, laolaltă cu cereri decente și drepturi normale pe care mulți din acești petiționari li le cereau autocrației. Multe din aceste mecanisme distructive vor fi integrate în noile politici după anul 1917.
O carte pe care o recomand tuturor celor care vor să înțeleagă mai bine politica acestei țări. Mai ales pentru că impactul acestui context istoric se reflectă până azi în politica rusă și, prin extensia ei, în tot spațiul geografic înconjurător.


"Într-o încercare de a-i explica lui Lady Ottoline Morrell ce înseamnă bolşevismul rus, Bertrand Russell remarca odată că, deși este îngrozitor, aceasta pare forma potrivită de guvernare pentru Rusia: ,,Dacă te întrebi cum ar trebui stăpânite personajele lui Dostoievski, atunci vei înţelege. " Isaiah Berlin- Gânditorii ruși.

[BAM doesn’t answer to her real name · Rating 3 out of 5]

Many thanks go to Mikhail Zygar, Hachette Book Group, and Netgalley for the free copy of this book in exchange for an unbiased review.
Zygar immediately clarified that he is a journalist and that this book is written from that perspective not necessarily from a purely historical standpoint. It begins around the turn of the twentieth century when the royal family was still on the throne, but social and economic reform was being shouted from the rooftops and the country's most hated man was calling himself religious.

I'm sorry, but this book was just too long for me. I was too bogged down in the minutiae of Russian political parties. There is no possible way ANYTHING has been left out of this comprehensive literary masterpiece. It was refreshing to finally read something about this time period that wasn't focused on the Romanovs. Most interesting to me to me were the revelations about Lenin. I also didn't know that most Bolshevics took "brutal sounding pseudonyms": steel, stone, hammer, crowbar for example. Although I cannot deny I learned much from reading this, I can't say how much I actually retained. This book is an excellent reference for this time period, or a great gift for a fan of the Russian state. I'm glad I have it, but I don't see myself retreading it for a very long time.

[Артур · Rating 1 out of 5]

Невероятно вредная книга. Сейчас разверну.

Автор пытается сохранять беспристрастность в описании событий, передавая их через воспоминания действующих лиц, мемуары, газетные вырезки и т.п. Но получается у него плохо. ОЧЕНЬ плохо. Сама подборка материала чрезмерно тенденциозна: она составлена так, чтобы подтверждать заранее выбранную автором точку зрения (гугл confirmation bias, частный случай когнитивных искажений) - что как бы говорит нам, что это не историческое исследование, а в лучшем случае "журналистский репортаж". По материалам столетней давности. В котором автору важнее не докопаться до объективных причин произошедшего, а "наказать" "негодяев".

"Негодяи" "наказываются" следующим образом: берутся негативные (позитивные преимущественно игнорируются) воспоминания и отзывы современников о Николае II и его министрах и приправляются цитатами из императорского же дневника (который большинство современных историков, непридерживающихся советско-патриотических взглядов, считают частично или полностью фальсифицированным). Тут читатель, если это его первая книга об указанном периоде истории делает понятные выводы.

Помимо якобы подлинного дневника Николая II от него осталось множество государственных документов. Это гигантское количество аналитических записок, которые ему составляли первые лица страны, проекты законов, стенограммы Военных советов, дипломатические телеграммы и многое другое. На этих бумагах стоят резолюции царя, которые резко контрастируют с совершенно безумными записями в дневнике про "сегодня убил 150 ворон" (это не преувеличение, это есть в дневнике, и это считает должным процитировать Зыгарь).

Если мы оцениваем государственного человека, то логично изучать его по государственным документам, а не по домашним заметкам. И вот тут то картина резко меняется. По резолюциям Николая четко видно, что он прекрасно разбирается в самых сложных вопросах экономики, политики, обороны и социальных проблемах России. Замечания императора, сделанные на документах, показывают, что он внимательно изучает представленные доклады министров и отлично ориентируется в том, что они ему сообщают.

Но все это Зыгарю неинтересно - в книге нет и намека на то, что он изучал эти документы. Зато огромное, нет, ОГРОМНОЕ число страниц конечно же отдано Распутину - еще одному антиромановскому мифу, который зародился, действительно, еще до революции, но был раскручен и популяризован большевиками.

Далее, характерен, пример с отречением. Рассказыая об отречении, Зыгарь 1) даже не упоминает, что оно подписано карандашом (куда внезапно делся журналистский острый стиль, которым написана вся книга? ведь эта деталь очень немаловажная; 2) даже не рассматривает альтернативную (но очень популярную версию), что отречение было не добровольным, а принудительным, т.е. буквально под дулом пистолета и под угрозой жизни императорской семьи (то есть опять-таки, такое отречение юридически ничтожно) - снова спросим - где журналистская хватка Зыгаря, почему он вновь игнорирует такую тему?

Это я рассмотрел пример только с Николаем II. Примерно то же самое - с Победоносцевым, Столыпиным, Сувориным. И в целом на протяжении тысячи страниц автор сосредоточен на выискивании недостатков Российской империи, достоинства - затушевываются. И если не знать, что они были (и что, вообще-то, по их количеству и по скорости их прибавления страна была в пятерке-семерке самых развитых стран мира) - то может сложиться впечатление,что революция была абсолютно неизбежной. Тогда как она была стечением абсолютно случайных и умышленных факторов (ну об этом уже не здесь).

В общем, человек придумал название - "Империя должна умереть" - и сочинил под него текст. Обидно только, что в отличие от большевистских пропагандистов прошлых десятилетий ему дан дар писать хорошим русским языком. Оттого книга и невероятно вредная.

Если все-таки решитесь читать, то вот правильный порядок чтения:
1. Царствование Николая II, Ольденбург;
2. Посты на тему 1900-1917 гг в жж Галковского (удобно ориентироваться через сайт-рубрикатор http://galkovsky.ru ; ветки комментов с автором тоже);
3. Только потом Зыгарь.

[John Plowright · Rating 4 out of 5]

In the Preface to ‘The Empire Must Die’ Zygar states that “I am not a historian, but a journalist”. He is, indeed, a very distinguished journalist and as brave as any war correspondent, having been the editor-in-chief of Dozhd, the only independent news TV channel in Russia between 2010-15, and winner of the International Press Freedom Award.

Zygar says that his book “was written according to the rules of journalism: as if the characters were alive and I had been able to interview them”. What this means in practice is that he treats his historical actors as unable to “foresee into the future even a couple of days ahead.”

In general this makes good sense – Lenin famously said that he would not see the revolution in his lifetime. However, there were a few who were able to look into the future with greater perception – Stolypin, for example, rightly remarked that his “wager on the sturdy and the strong” (through his agrarian reforms) required twenty years of peace if they were successfully to consolidate Tsarist rule. Moreover, Zygar’s claims seem at odds with his title: why must the Russian Empire die, if the future is not written?

In “turning the stories of the dramatis personae into a narrative” Zygar decries the tendency of most Russian historians to focus on the sovereign, and instead selects as his protagonists “the most luminous members of society: the leaders and shapers of public opinion – not only politicians, but also writers, journalists, artists and preachers.”

It seems to me that this is all highly problematic. What does public opinion mean, especially in peacetime, in a state as vast and diverse as Tsarist Russia? What does a Chechin Muslim have in common with a Lithuanian Catholic? What does a Putilov metalworker have in common with a black earth kulak? And what does a member of the Black Hundreds have in common with a member of the liberal intelligentsia? Zygar is bound to privilege intellectuals (or what he calls the creative class), not only because he is one himself but because these are precisely the people must likely to generate the memoirs which provide his principal source of primary historical information.

Zygar’s presentation of the facts is also sometimes open to question. He writes, for instance, that the Bolshevik Decree on Land takes land “away from” the peasants “and implements a redistribution … program.” It’s true that the peasants nominally lost their land insofar as the Decree formally abolished private property in land but the practical effect of the Decree was to legitimise the land grabs from the nobility that they’d already made, whilst newly appropriated noble and church lands were placed at the disposal, at least in the short term, of those who actually cultivated them. Moreover, few will recognise the claim that the Russian Civil War “lasts almost six years” and we’re told that Prince Yusupov died in 1964, when he actually died in 1967.

“This book is certainly not an academic work”, Zygar states, and I suppose it should therefore not be judged as such. What he offers is a narrative history, packed with colourful characters and revealing anecdote, which reinforces the important message that whilst everything looks inevitable with the benefit of hindsight, for those actually living through events, their outcome is difficult, if not impossible, to predict accurately. ‘The Empire Must Die’ like project1917.com, with which Zygar is also involved, is ultimately, for all its faults, a very vivid way of making the past come alive. In short, it is a good example of History as journalism.

[Sorin Hadârcă · Rating 5 out of 5]

Неодурманенный взгляд на историю России начала прошлого века, это - событие. Симпатии к стране нет, разве что к автору. Империя должна снова умереть, прежде чем на её обломках могло бы родиться нормальное европейское государство.

[Sharof Hamroh · Rating 3 out of 5]

Neither good nor bad.

A book written using excellent narrative language. It's very dynamic. Many quotes are made from personal diaries of people of pre-revolutionary time. However, the book goes off-topic way too much. A lot of romantic affairs of "intelligentsia" and their private matters - such as financing theatrical plays, opera and ballet - are discussed in the book. Possibly someone would be interested in all that stuff, but for me - a regular guy from working class - it isn't attractive at all. If I picked a book about the revolution, I want engagement in stories of two kinds of fellas:

Firstly folks from Tsar Nikolai's circle who were responsible in putting the state paralysis of sovereignty as pure evil Lenin had famously said,

And secondly, accounts of key revolutionaries who managed to turn the empire inside out.

To be more clear. Zygar didn't refer much about lives of exiled oppositionists. I'd be very interested to know what they all had been doing for life abroad and dealt with allocating huge funds for terror attacks inside of the empire. I mean, hiring and preparing so many people must have cost a great deal of cash. Where they had been getting so much money? A reader never being told this.

Also, Zygar didn't support with links to valid historical accounts pretty big amount of his claims that he presented as true facts and quotes.

Not sure that I ever will try any of his other books.

[Христо Блажев · Rating 5 out of 5]

Империята трябва да умре – и заедно с нея цяла една епоха: http://knigolandia.info/book-review/i...

Дори бегло да разгледате съдържанието, ще видите както размаха на повествованието, така и доста свободното боравене с лексиката на уличния език от XXI век, който контрастира с духа на епохата отпреди век. За мен лично това е доста неприемливо, но ако това е начинът да се “подмамят” младите читатели, съм склонен да се смиря – по-добре малка отстъпка пред това, отколкото изобщо да са изолирани от разбирането на историята, което автоматично ги прави лесни жертви на пропагандата и виещите медии. А особено последните са дяволски много по тия страници, Зигар показва нагледно как фалшивите новини хич не са ново изобретение и как правилното боравене с тях може да отведе всеки популист до властта. И особено към края, когато болшевиките харчат нашироко немските пари за медийно влияние, си личи колко е лесно да манипулираш общественото мненение – просто трябва да си по-краен, по-гръмогласен и по-щедър в обещанията. Пък после няма кой да те накара да ги спазиш.

ИК Жанет 45
http://knigolandia.info/book-review/i...

[Alex Tumanoff · Rating 5 out of 5]

Великолепная книга! Ничего лучше в жанре исторической публицистики я не читал. Судьбы разных людей переплетены между собой. Читая книгу вы увидите жизнь царской России глазами людей того времени. Страница за страницей вы будете жить внутри той эпохи. Вы увидите, как ошибки и поступки разных людей влияют на события. И конечно же, вы получите большое удовольствие от чтения. Жалею об одном, что книга закончилась.

[Micah Cummins · Rating 5 out of 5]

5th book of 2023.

RTC

[Chris Jaffe · Rating 3 out of 5]

This is a frustrating and disappointing book. It has one big advantage: lots of stuff. Lots of info. Piles and piles and knowledge on it. But .... Zygar has trouble doing anything with it. A lot of times this just reads like a bad undergraduate paper where it just gives paragraph after paragraph of stuff, with out any clear reason why it's there.

I'll give an example. Let's look at the first chapter, titled, "In which Leo Tolstoy becomes a symbol of the fight against the regime and the main ideologist of the opposition." The first ten pages or so deals with Tolstoy and his beliefs..... Then Tolstoy goes away and the chapter goes on for another 25 pages. Not everything in the chapter has to do with the title. You're allowed to have more than one theme. But the chapter didn't really have any theme. It wasn't just Tolstoy, it wasn't all about opposition to the regime, it was just ... various things going on in Russia around 1900.

For that matter, what justifies chapter breaks in this book? Damned if I know. The book is just one vague, formless blob of stuff. There is no sense of momentum, even though the book is heading towards the revolutionary year of 1917. It's just .... stuff.

There is a lot of knowledge in it, but the amorphous quality of it really detracted from my ability to retain the info. Midway through, I shifted from reading to skimming - and it really didn't make much difference.

[Tatyana Naumova · Rating 4 out of 5]

Книга, на 70% которой жаждешь революции.
Узнала, что Николай 2 был скотиной.
Почему автор удивлен тем, что революция пожирает своих детей, - неясно.
Также бесит слово "троллит", "спойлер" и некоторые другие, а разжигающие сноски в конце книги - ммммм

[Da_sh · Rating 4 out of 5]

"Двигателем истории является ошибка"

[Kirill Volonteer · Rating 5 out of 5]

«Двигателем истории является ошибка»

Те факты что меня удивили и поразили

«Победоносцев, воспитавший двух императоров, не самого высокого мнения о Николае II. Он нередко вспоминает, что в юности государь усердно ковырял в носу, когда ему пытались рассказать, как функционирует государство.»

«Православие отца кончилось неожиданно, – вспоминает сын Толстого... «Эти съеденные в пост котлеты по влиянию на мировую культуру можно сравнить разве что с табличками, которые Мартин Лютер в 1517 году якобы прибил к дверям Виттенбергской церкви. С отрицания поста Лев Толстой начал собственную реформацию христианства.»

«Христос для Толстого – обычный человек, но при этом учитель, философ, моральный ориентир.

«Много лет спустя в ответ на восхищение гостя Ясной Поляны его романами Толстой скажет: «Это всё равно что к Эдисону кто-нибудь пришёл и сказал бы: "Я очень уважаю вас за то, что вы хорошо танцуете мазурку"».

«Киевский рассылает секретное письмо, запрещающее всем священникам страны поминать Толстого. Но писатель выздоравливает. Зато скоропостижно умирает сам киевский митрополит.»

«Чехов, в свою очередь, все чаще встречается с Ольгой Книппер. В 1901 году они женятся – и проводят медовый месяц в туберкулезном санатории в Башкирии»

«Я имел случай наблюдать жизнь высшего общества и нашел ее далеко не завидной, – вспоминает Гапон. – Как в разговорах своих, так и в поступках люди эти никогда не были искренни. Вся жизнь их была нудная, скучная и бесцельная. Их интерес к благотворительности был порывист и поверхностен».»

«В 1902 году Бабушка, а также ее ученики, киевские студенты, достигают определенных успехов. Cреди крестьян Киевской, Полтавской и Харьковской губерний они распространяют листовки, в которых говорится о праве крестьян на землю. Те, судя по всему, понимают текст листовок слишком буквально и начинают прогонять помещиков. Брешко-Брешковская описывает это так. Жители деревни идут к помещику и говорят ему: издан приказ, чтобы он отдал свою землю крестьянам, а сам уезжал в город и поступил на государственную службу; его дом следует превратить в школу, а все прочее раздать крестьянам. После этого крестьяне забирают ключи от всех построек, предлагают помещику и его семье взять все, что они смогут увезти, а потом уехать в город и не возвращаться. «Крестьяне не делали ничего грубого и оскорбительного, поскольку искренне верили, что их поступок абсолютно законен, 

«Гапон приходит к выводу, что все высшие чины РПЦ служат агентами тайной полиции»... «Русские попы – просто чиновники охранного отделения; пожалуй, даже хуже – ведь полиция ловит только тела своих жертв, тогда как священники улавливают их души;

«Конечно, далеко не все евреи сделались революционерами, но несомненно, что ни одна национальность не дала в России такой процент революционеров, как еврейская».»

«Вы не представляете себе, что такое Россия. Это ледяная пустыня, по которой ходит мужик с топором»

«Сразу после этого марксисты впервые выбирают ЦК своей партии, большинство в котором получают сторонники Ленина, а друзья обиженного Мартова имеют меньшинство. Именно от этих слов и возникнут позже большевики и меньшевики.

«На прощание Куропаткин просит у Витте совета. «Я мог бы вам дать хороший совет, но только вы его не послушаете, – говорит Витте. – Приехавши в Мукден, я бы послал состоящих при мне офицеров к главнокомандующему [Алексееву], приказав этим офицерам арестовать главнокомандующего. Затем бы я посадил Алексеева в тот поезд, в котором вы приехали, и отправил бы его под арестом в Петербург и одновременно бы телеграфировал Государю Императору следующее: Ваше Величество, для успешного исполнения того громадного дела, которое на меня наложили, я счел необходимым прежде всего арестовать главнокомандующего и отправить его в Петербург, так как без этого условия успешное ведение войны немыслимо; прошу Ваше Величество за мой такой дерзкий поступок приказать меня расстрелять, или же в видах пользы родины, меня простить».
Витте продолжает, что существующее двоевластие – залог всех будущих военных неуспехов. «Вы правы», – отвечает Куропаткин. На следующий день он уезжает на Дальний Восток. Но совету Витте он, конечно, не последует.»

«Витте вспоминает такую сплетню, объясняющую, каким образом морской офицер Евгений Алексеев добился столь высокой должности. Якобы в молодости он сопровождал великого князя Алексея (сына Александра II, дядю Николая II) в кругосветном путешествии. В марсельском борделе великий князь учинил пьяный дебош и был задержан полицией. Но на следующий день в участок явился офицер Алексеев, который уверял, что это он буянил прошлой ночью, – а полицейские просто перепутали имя Алексей и фамилию Алексеев. За это офицер был оштрафован и навсегда завоевал расположение великого князя, который в 1881 году стал главным начальником русского флота. Благодаря протекции дяди императора карьера Алексеева стремительно развивается.

«Неизвестно, произносил ли Плеве словосочетание «маленькая победоносная война», но эта фраза надолго станет определяющей в российской политике.

«Чем больше приглядывался я к этому городку [Мукдену], тем меньше понимал: что же нас гнало сюда, в Ман��чжурию? – размышляет в воспоминаниях Игнатьев. – Чем хотели мы здесь торговать, какую и кому прививать культуру? Любая китайская фанза просторнее и чище нашей русской избы, а чистоте здешних дворов и улиц могут позавидовать наши города. Какие мосты! Каменные, украшенные древними изваяниями из серого гранита! Они, как и многие другие памятники, говорят о цивилизации, которая насчитывает не сотни, а тысячи лет.»

«Перейти неожиданно от смерти к жизни, быть может, еще более трудно, чем от жизни к смерти».»

«Разговор о новорожденном наследнике. Радуются. Вдруг какой-то господин очень громко говорит: "Странные какие русские. Завелась новая вошь в голове и будет кусать, а они радуются".

«Вся семья едет с гробом императора в Москву, оттуда в Петербург, где 19 ноября его хоронят. А всего через неделю, 26 ноября, Николая и Александру спешно венчают в церкви Зимнего дворца.
«Наша свадьба показалась мне продолжением похоронной литургии по мертвому царю, с одним различием, на мне было белое платье вместо черного», – пишет Александра сестре.»
...
«Она пришла к нам с гробом. Она несет нам несчастье» – так говорят про Аликс в столице, называя «черной невестой».»

«император Павел I, ненавидевший свою мать Екатерину II, принял закон, по которому титул императора передается только по мужской линии»

«После осмотра профессор сообщает Александре, что она вовсе не беременна. И только 19 августа становится окончательно ясен диагноз – мнимая беременность. Это страшный удар по психике императрицы»

«Государь все может!» – возражает императрица.
Витте вспоминает, что эту фразу Александра произносила по самым разным поводам, а генерал Василий Гурко в своих мемуарах пишет, что императрица вообще была не в курсе, что в России существуют какие-либо законы, которым царь обязан подчиняться. В ее представлении желание императора – это и есть высший божественный закон.»

«Синод отправляет в Нижегородскую губернию комиссию, которая должна вскрыть могилу Серафима и осмотреть его останки. Комиссию ждет разочарование – в могиле обнаруживаются кости, а не нетленные мощи. Все члены Святейшего Синода против канонизации. Однако отказать императору они не решаются.»

«В ночь с 1 на 2 июля 1904 года Чехов, находящийся на курорте Баденвайлер, вдруг просыпается и просит жену вызвать врача, а еще принести шампанского. Когда приходит врач, он говорит ему по-немецки: «Ich sterbe», а потом уже по-русски жене: «Я умираю». Берет бокал, выпивает его со словами «Давно я не пил шампанского…», ложится на бок и перестает дышать.»
...
. «Антон Павлович, которого коробило все пошлое и вульгарное, был привезен в вагоне "для перевозки свежих устриц" и»

«Тем не менее Николай II ненавидит интеллигенцию., государь нарочито не интересовался общественным мнением, поскольку считал, что общественное мнение – это мнение интеллигентов.»

«Император говорит, что не хочет звать Витте, потому что тот «масон»

«Позже Гапон вмешивается еще один раз, чтобы предложить выделить евреям собственную территорию внутри Российской империи. Это 1905 год, идея создать Еврейскую автономную область на территории России появится спустя 23 года, и никто не вспомнит, что первым это предложил Гапон.»

«самоубийства были нередким явлением среди третьего поколения купцов, внуков первых свободных крестьян-предпринимателей. Наследники купеческих династий Журавлев, Тарасов и Грибова «все застрелились (каждый в своем доме) в один день и, кажется, в один час – от скуки»,»

«Витте заболевает (по его словам, из-за некачественной американской пищи) – и поддерживает себя в форме исключительно «строжайшей диэтой и усиленными смазываниями кокаином»

«Очень много монархистов в Москве. Например, Владимир Грингмут, издатель газеты «Московские ведомости», крещеный еврей и пламенный антисемит. Он идет дальше, чем Дубровин, – тот только мечтает, а Грингмут объявляет о создании монархической партии. В своей газете он пишет: «"Россия – для русских", – таков лозунг Русской Монархической партии»
...
«Этнический немец, фон дер Лауниц становится самым яростным сторонником и лоббистом организации «истинно русских людей».»


«Простая манера общения помогла ему сблизиться с царем – фактически Николай II сделал Трепова посредником между собой и всем остальным миром, углубившись в семейные дела. Если почитать дневник императора за 1905 год, он пишет только о детях и охоте, всем остальным занимается верный Трепов.»

Оказывается, правительство приготовило для рассмотрения Думой всего два законопроекта: вопрос о создании прачечной и о ремонте оранжереи при Юрьевском университете»

«Виселицы, с помощью которых правительство пытается задавить революцию, вскоре назовут «столыпинскими галстуками»

«Принцип Ленина: «чем хуже – тем лучше». Он за самые страшные репрессии – потому что они приблизят революцию. В этом смысле он – поклонник Столыпина.

«Столыпин произносит свою знаменитую речь, которая заканчивается так часто цитируемой фразой: «Им нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия!».»

«Александр уже не мешал Наполеону дальше завоевывать Европу. В 1812 году Наполеон закончил все свои дела в Европе и напал на Россию.»

«Слежка в Петербурге показала, что Распутин несколько раз брал на улице проституток и ехал с ними в баню. Полицейские допросили этих женщин – они, по словам Герасимова, описали его как «грязного и грубого развратника»

. В последние месяцы своей жизни Иоанн Кронштадтский молится о том, чтобы скорее умер Лев Толстой»

«Русское искусство обрушилось на Европу, как эпидемия гриппа. В моду входили новые фразы, новые цвета, новые эмоции, и высоколобые без малейшей запинки называли себя представителями Intelligentsia».»

«Главную болезнь российского общества Булгаков называет «духовной педократией» – господством молодых. Никто не хочет тяжело работать, все предпочитают сделать невероятное усилие, чтобы одним прыжком переместиться в светлое будущее; люди больше любят бури, чем затишье, инфантильность и экзальтированность общества требует «опьянения борьбой» и «революционности».»

«Ленин, как обычно, скандалит с марксистами-еретиками, проклинает их в своей газете, а в перерывах ходит в библиотеку и играет в карты с тещей.»

«Столыпина хоронят в Киево-Печерской лавре»

«Феликс Юсупов. Молодой князь дружен с Павловой. Он называет ее «небесной посланницей», а она ему отвечает: «У тебя в одном глазу Бог, в другом – черт».»

«Роскошь русского двора известна всей Европе. Слухи о колоссальных счетах русского императора и его родственников в европейских банках не лишены основания: после 1905 года, когда Николай II думал о бегстве из России в Германию, для него были открыты тайные счета в берлинском банке
Хорошее знание Европы сочетается с почти полным незнанием России»
...
«Романовы не путешествуют по России, большую часть времени родственники императора проводят в Европе»

«Малиновский зовет товарища на бал-маскарад, где его встречает полиция. Сталин пытается убежать, переодевшись в женское платье, но его ловят, арестовывают, судят и ссылают в Туруханск, селение в Западной Сибири»

«В столичных гостиных ходят слухи, что страной управляет Распутин – но на самом деле страной не управляет никто.

«В армии князь Андрей играет далеко не первую роль. Когда его представляют к награде, он признается, что ни разу не был в зоне боевых действий и ордена не заслужил.»

Когда Распутин хотел приехать в Ставку и прислал Николаю Николаевичу телеграмму: «Приеду, утешу», а тот якобы ответил: «Приезжай. Повешу».

«Жена убеждает императора, что она и Распутин – единственные надежные его советчики. Тот факт, что с ней больше не общаются родственники ее мужа, Александра считает не несчастьем, а благом. У нее есть чудесная икона с колокольчиком (подаренная еще доктором Филиппом), которая предупреждает императрицу о злых людях и мешает им приближаться к ней. Именно поэтому, считает императрица, от нее шарахаются родственники императора – их отпугивает икона»

«При этом слухи, которые ходят о Распутине, конечно, чудовищно преувеличивают его роль.«Гриша правит, пьёт и фрейлин ебёт. И Федоровну, по привычке», 

«Отношение к войне – краеугольный камень российского гражданского общества, вопрос, который ссорит семьи. Всех, кто не в восторге от войны, быстро записывают в «предатели» и «пораженцы»

«Очевидные проблемы со здоровьем есть и у императорской четы – скорее всего, они оба перебарщивают с транквилизаторами

«Так, к осени 1916 года российская элита делится на две неравные части: одна (депутаты Думы и сочувствующие) подозревает вторую (окружение императрицы и правительство) в том, что она участвует в немецком заговоре. А вторая группа подозревает первую в том, что она вовлечена в британский заговор»

«Я, быть может, дурак, но я не изменник»

«Рефрен милюковской речи очень символичен. У него, конеч��о, есть свой ответ на вопрос «глупость или измена?». Он думает, что предатели существуют, что прогерманская партия работает, что члены правительства не могут быть просто идиотами – должен быть какой-то злой умысел. Ну или просто какой-то замысел. К сожалению, теперь, сто лет спустя, точно известно, что правильный ответ на вопрос Милюкова – «глупость». Никто из разоблачаемых им чиновников не был шпионом. Они просто были бесчестными бездарностями.»

«Я часто ломаю голову над вопросом, чем можно спасти монархию? И право, не вижу средств», 

Невозможно наказать всех

«Прежде всякий раз после отъезда императора в Ставку Александра де-факто брала на себя управление государством и принимала министров с докладами. Но сейчас ситуация иная – она занимается больными, а государственные обязанности передает подружке, Лили Ден»

«. Собралась «вся знать, вся огромная петроградская плутократия и бюрократия»,»

«Родзянко, который вовсе не собирается становиться революционером, отправляет очередную паническую телеграмму царю, в которой точно описывает происходящее: распустив Думу, царь сам устранил последний оплот порядка, полки взбунтовались и, примкнув к толпе народа, направляются к министерству внутренних дел и Думе. Начинается гражданская война, пишет он.
Николай на телеграммы Родзянко реагирует, как обычно, пренебрежительно и говорит начальнику штаба Алексееву: «Опять этот толстяк Родзянко мне написал разный вздор, на который я ему не буду даже отвечать».»

Неужели же нет никого, кто мог бы открыть императору глаза на это положение?» «Император слеп!» – отвечает министр иностранных дел.»

«Довольно кричать "ура". Надо делом заняться…»

До этого момента они были уверены, что у них есть в запасе крайняя мера – потопить революцию в крови. То, что солдаты откажутся стрелять по восставшим, никому не приходило в голову.»

теперь главное чувство – это взаимная ненависть между элитой и бедной частью общества.»

«Помимо красных ленточек, которые прикалывают к груди бывшие подданные, а теперь граждане, второй символ перемен – семечки. Свободно гуляющие по улицам городов солдаты и рабочие беспрерывно грызут семечки»

«Надежда Крупская вспоминает, что ее муж теряет сон. Он все время выдумывает какие-то планы побега из Швейцарии. Первый вариант – улететь на аэроплане – без документов практически невозможен. Второй – добыть (для себя и Зиновьева) паспорта шведов и проехать по ним. Правда, они с Зиновьевым не знают ни слова по-шведски, поэтому нужны паспорта глухонемых шведов. Ульянов не шутит – он даже посылает живущему в Стокгольме товарищу Якубу Ганецкому свою фотографию, чтоб тот нашел похожего глухонемого шведа»

«Нерелигиозные похороны – большое потрясение для многих жителей столицы.
«Ни одного священника, ни одной иконы, ни одной молитвы, ни одного креста. Одна только песня: Рабочая Марсельеза, – поражается французский посол. – Вчера еще религия управляла всей публичной и частной жизнью; она постоянно врывалась в нее со своими великолепными церемониями. Всего несколько дней тому назад эти тысячи крестьян, солдат, рабочих, не могли пройти мимо малейшей иконы на улице без того, чтобы не остановиться, не снять фуражки и не осенить груди широким крестным знамением. А какой контраст сегодня»

«русская православная церковь запрещала молиться о Толстом, а Распутина отпевал сам петроградский митрополит.»

«Но что происходит с самим Лениным в этот момент? Еще месяц назад он называл себя стариком, который не достигнет своей мечты. Еще три дня назад смертельно боялся, что его расстреляют немецкие солдаты. Еще час назад был уверен, что его арестуют на перроне. Он, авторитарный лидер крохотной секты, вдруг оказывается суперзвездой. Он стоит в лучах прожекторов, ему рукоплещет гигантская площадь. Вряд ли когда-нибудь Ленин рассчитывал на такой триумф»

«Дневник бывшего императора за весну 1917 года выглядит как записки скучающего дачника. Он гуляет, катается на велосипеде и на байдарке, пилит деревья, собирает пазлы с детьми и читает им «Графа Монте-Кристо» и «Записки о Шерлоке Холмсе»

«Поскольку российское демократическое государство всерьез считает себя самым прогрессивным в мире, оно хочет подать пример всем. Однако в мире подобные ценности станут мейнстримом только после Второй мировой войны: идеи воззвания «К народам мира» почти не отличаются от основных принципов Хельсинкской декларации, подписанной в 1975 году.»

«Сегодня мир стал абсолютной ценностью, но в начале XX века такими ценностями были война и чувство долга»

«Политика и религия разъединяют людей; ничто не выпрямляет душу человека так мягко и быстро, как влияние искусства, науки».»

«Друг Льва Толстого, князь Львов оказался князем Мышкиным русской политики. Единственным стопроцентно порядочным и оттого мимолетным руководителем России, человеком, который не терпел насилия, вовсе не стремился к власти и не стал за нее держаться.»

«Избирательных прав лишены душевнобольные, глухонемые, заключенные. И все члены дома Романовых»

«город был разграблен уходящими российскими солдатами – «товарищами» (это слово становится эвфемизмом вооруженных дебоширов)»

«На самом деле «Аврора» стреляет по Зимнему холостыми, зато дворец обстреливают из Петропавловской крепости и из орудий, установленных у арки Главного штаба»

«Гражданская война продлится почти шесть лет и закончится победой большевиков. Всего за эти годы погибнет больше 10 миллионов человек – это в пять раз больше, чем потери России в Первой мировой войне, которую обещали прекратить большевики. Из 10 миллионов два с половиной будут убиты непосредственно в сражениях, еще два миллиона станут жертвами красного и белого террора, шесть миллионов умрут от голода и эпидемий. Около двух миллионов человек эмигрируют.»

«Россия – очень большой сумасшедший дом»

[Александър Стоянов · Rating 4 out of 5]

Забележителен труд на един забележителен журналист! Книгата представлява достъпен и изключително изчерпателен поглед върху културните и политическите процеси в Русия от началото на XX век.
Зигар е вложил много труд в книгата и това личи от начало до край. Като историк имам забележки към съчинението и ще ги изложа накратко:
- Твърде накратко е представена перспективата на меншевиките и болшевиките спрямо описаните процеси. Липсва и вътрешното противоречие сред социалистите.
- Есерите са прескочени като вътрешнопартийни процеси след февруарската революция от 1917г.
- Повествованието е фокусирано върху столицата, отсъства информация за останалите части на Руската империя.
- Липсва перспективата на фронтовите войски, които носят голяма част от тежестта на политическите процеси и в Гражданската война.

Зигар е избрал да се фокусира върху либералният интелектуален елит - хората които преди век представлят прослойката, към която той самият принадлежи днес. Личи си привързаността му към определени персонажи като Григорий Лвов и Александър Керенски. Въпреки това се е постарал да остане максимално критичен и безпристрастен към "героите" на повествованието.
Размахът на книгата и наборът от ползвани източници недвусмислено затвърждава изключителното ниво на руската школа, особено изведена отвъд честата напоследък казионност.

[Денис Агафонов · Rating 5 out of 5]

Глядя на отзывы как здесь, так и уважаемых людей в инете, складывается впечатление, что все они не читали предисловие (или забыли его к концу книги). Ибо на большинство вопросов из них автор именно в нём и отвечает. Если обобщить претензии, то выйдет - "автор - журналист, а не историк" - о чем Зыгарь предупреждает прям в первом абзаце. Далее идут споры с позицией, что у истории нет четкого плана и закономерности; что книга - не серьезная монография и не подойдет для историков; что автор использует много современной лексики. Обо всём этом он также предуперждает в предисловии.
Удивительно почему всех так бомбит от ссылок (редких) на аналогии с современной Россией. Конечно, прицнип, что надо учиться у истории, банален. Но игнорировать их, ограничиться историей в себе, было бы не по совести Зыгарю как журналисту. Это напоминает разрушение четвертой стены, но для тех, кто привык читать исторические книги.
Апологеты отдельных исторических личностей (в особенности царя) - отдельная категория, не удосуживующаяся различать мнение автора (которого в книге мало) и цитаты их современников.
И конечно же, не надо эту книгу читать историкам, изучившим материала больше чем сам Зыгарь. Книга написана не ��ля них, а для меня, у которого в голове полная каша с историческими событиями еще со школы.

[Lauren Albert · Rating 4 out of 5]

I thought this was a solid, well-researched book especially for someone who I believe is a journalist rather than a historian. My one beef with the book was his constant footnotes saying how much like some element of the past the present is. I think it would have made more sense and interrupted less, if he had done it as an afterward. Overall, an excellent look at the revolutionary period in all its complications.

[Askorbinka · Rating 2 out of 5]

нагромождение имён

[Vladimir Sechkarev · Rating 3 out of 5]

Если вы помните крутой “проект 1917” (https://project1917.ru), вам будет легко представить, как строится эта книга – она во многом опирается на дневники и жизнеописания российской элиты начала прошлого века. Благодаря такому подходу книга получилась живой и наполненной эмоциями, и многие исторические события – например, политические убийства – там освещаются с самых разных точек зрения, что круто. Есть, однако, проблема: герои этой книги друг о друге почти ничего не знают и слишком редко встречаются друг с другом, так что книгу тяжело воспринимать цельной, в голове она постоянно распадается на отдельные сюжетные ветви.

Фактуры в этих ветвях, однако, более чем достаточно, чтобы не скучать. При желании эту книгу можно читать как сборник восхитительных историй: царская семья финансирует ультраправую организацию, левые революционеры проваливают бунт, потому что их корабль с оружием садится на мель, государь император и его жена якшаются с какими-то мутными колдунами (речь не только о Распутине), а Россия проигрывает войну с Японией в том числе из-за того, что аргентинцы отказываются продавать свой флот, потому что не знают, что такое откат. Всю последнюю главу я надеялся, что хотя бы кто-то перестанет вести себя как полный идиот и не отдаст Россию большевикам – но нет, среди всех политиков, кажется, только Ленин и его друзья знают, что делают, так что их приход к власти даже воспринимается как облегчение, наконец-то наступившее окончание бесконечного фарса. Так что если вы плохо помните (весьма увлекательную!) хронику последних лет дореволюционной России – эта книга, наверное, один из лучших способов восстановить ее в голове. Именно хронику, систематизации здесь не очень много.

И, да, несмотря на подзаголовок “История русских революций в лицах”, политикой она не ограничивается. В ней много внимания уделяется, например, биографии Сергея Дягилева, который вместе со своей труппой гастролировал по миру и сделал русское искусство безумно модным – но эта сюжетная линия никак не связана ни с революциями, ни с историями других героев. Бесспорно, история дягилевских сезонов – это увлекательный рассказ и важнейшая веха в истории русского искусства, но зачем она книге с таким названием и почему она находится там будто в вакууме – неясно. То же самое касается историй Гиппиус-Мережковского и Льва Толстого – я не спорю, что это интересно, но при чем это здесь?

Еще мне не нравятся постоянные параллели с историей современной России. Зыгарь то и дело, в каждой главе, вставляет ремарки вроде “Этот поступок министра внутренних дел удивительно схож с поведением русских силовиков начала двадцать первого века…”, и они часто кажутся надуманными и поверхностными. Еще раздражают постоянные сноски с конверсиями царских рублей в современные – спасибо, я и без вас умею умножать на восемьсот.

[И~N · Rating 3 out of 5]

3.5/5
Впечатляваща с монументалността си “Империята трябва да умре” на Михаил Зигар може на пръв поглед да стъписа читателя. Плод на проект, детайлно реконструиращ последните години на една епоха, обемът от събраната информация прекрачва ексцесивно рамките както на художественото писане, така и на строго научного вглеждане в проблематиката. Журналистическият стил на представяне се размива в историографията, докато тя съвсем деликатно оформя огромната информационна маса в наративоидни фрагменти, почти зародиши на романи. Реконструкцията на миналото се извършва сякаш под формата на съвременен информационен поток от социална мрежа – впрочем, проектът, зад който Зигар стои, прави точно това – реконструира периода между 14.11.1916 и 18.01.1918 само въз основа на дневници, писма, спомени и вестници.


Повече за книгата - тук .

[Jeff Bursey · Rating 4 out of 5]

The preface says: "Armed with hindsight, we are able to trace the hatching of plans and the exposing of plots; good and evil are clearly labelled. But on stepping into the shoes of history's participants, our preconceived concepts turn to dust. Nothing is preordained. Everyone is fallible and error-prone. No one can foresee the future even a couple of days ahead." Mikhail Zygar writes most of the book in the present tense, everything appearing random and unanticipated, with occasional lurching movements forth and back in chronology, from this figure to that figure in the span of a sentence, or as long as it takes Nicholas II to dither and listen only to the Empress, Alix, for he can't bear 'competition' from the ministers he appoints and discards on the slightest whim or if certain slick priests whisper in his ear or the ears of those few he trusts.

What we're given is a good background of persons and events from around 1890 to October 1917. Events that make up whole books (the revolution of 1905, the loss to the japanese in that same year, political chicanery, bomb-throwing, the early years of WWI) are allotted space, along with the many personalities, mostly thieves, anarchists, conservatives, and opportunists, who accidentally (one feels) propel events or are propelled by them. What makes this book work is its echo of another book (more on that later) and the author's decision to point out similarities to the events at the time he was writing (that is, up to 2017) with references to Putin and ukraine.

The author is a journalist, as he says, not an historian. Perhaps in the russian edition (Zygar's book was translated into english by Thomas Hodson; an editor's name is given for the russian edition) there aren't as many repetitions of who Lenin is, for example. There are also occasional hiccoughs as he can't resist leaping out of current events to say what will happen to one or another politician in a few years' time, which disrupts his emphasis on giving only what can be know to the people he's focused on in one day, or a week. (For me, the anecdotes and travels of Diaghilev, Nijinsky, and various composers seem like they should be in a different book.)

The echo mentioned above is clear to anyone who's read (or read of) Aleksandr Solzhenitsyn's massive novel cycle The Red Wheel, which takes place in 1914 (one volume), 1916 (one volume), March 1917 (four volumes) and April 1917 (two volumes). The three March volumes now in english give the events of morning, afternoon, evening, and night of each day for a week or so. Solzhenitsyn draws on memoirs and newspapers, like Zygar does (the people who managed to survive the revolution and the Civil War that followed, and the conquest by the Bolsheviks, and escaped, loved to write their version of events), but it has, first, a granular approach Zygart doesn't duplicate and, second, it came out years ago in russian. The same span of time isn't covered, of course, but what I mean to point out is that Zygart's approach has already been presented by a better stylist (or someone who has a better translator, or both).

Nevertheless, for those who want a relatively quick view of the ailments that led to the Russian empire's death, this is a handy volume. It's fast-paced, which TRW is not (but TRW is gripping in its forensic accounting of the motives and myths political agents and soldiers, the Tsar and his ministry told themselves, each other, and the country), and catches one up on historical matter that helped lead to the contempt felt for the dynasty and the sadness that imbues most of those depicted for the fate (whatever it may be) of their homeland.