What do you think?
Rate this book
Тварь размером с колесо обозрения
Тварь размером с колесо обозрения" – первое реалистическое произведение писателя, получившего признание в качестве молодого талантливого фантаста. Только фантасту это и было под силу: написать о раке такую книгу, в которой болезнь - не самое страшное. Вы поймете, что бояться стоит только самих себя. Роман Владимира Данихнова научит вас не бояться страха. Он откроет, что самые темные наши переживания растут из того же корня, что и самые светлые. В отличие от бога смерти, не знающего разницы между добром и злом, сделанным и несделанным, у человека есть выбор.
В том числе – бояться или жить.
В том числе – бояться или жить.
- GenresNonfictionRussia
416 pages, Hardcover
First published January 1, 2018
1 person is currently reading
32 people want to read
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 5 of 5 reviews
May 7, 2018
Книга о том, что происходит, когда человеку ставят диагноз "рак". Хорошему, обычному человеку. Про страх и надежду, про одиночество и поддержку.
June 12, 2018
В России плохо приживается литература о том, как люди переживают болезни или делятся опытом. Свежа история со скандалом в окололитературных кругах с книгой Анны Старобинец «Посмотри на него». Мне она не зашла - просто не моя история, мне не интересно про детей. А вот Данихнов - совсем другое дело.
Сначала книга прикидывается документалистикой о лечении рака. Автор, которому диагностировали третью стадию плоскоклеточного рака, ходит на биопсию, мотается по врачам, ждет операции. Рядом с ним героическая жена Яна - женщина, которой можно ставить памятник. У Данихновых двое детей, и после диагноза автор в ужасе думает, что не увидит, как они растут. Но еще страшнее - в его жизни появляется огромная черная тварь (и тут книга переходит в магический реализм), она похожа на огромного слендер-мэна и сопровождает Владимира с детства. Она - воплощение экзистенциального ужаса, нечто иррациональное. И как-то связана с вещью, найденной в очередной заброшке, по которым так любит ходить автор.
Мне очень хочется, чтобы Владимир Данихнов избавился от этой дряни. Он один из лучших современных авторов и достоин признания при жизни. А «Тварь размером с колесо обозрения» лишнее подтверждение того, что талантливый человек талантлив во всем.
Сначала книга прикидывается документалистикой о лечении рака. Автор, которому диагностировали третью стадию плоскоклеточного рака, ходит на биопсию, мотается по врачам, ждет операции. Рядом с ним героическая жена Яна - женщина, которой можно ставить памятник. У Данихновых двое детей, и после диагноза автор в ужасе думает, что не увидит, как они растут. Но еще страшнее - в его жизни появляется огромная черная тварь (и тут книга переходит в магический реализм), она похожа на огромного слендер-мэна и сопровождает Владимира с детства. Она - воплощение экзистенциального ужаса, нечто иррациональное. И как-то связана с вещью, найденной в очередной заброшке, по которым так любит ходить автор.
Мне очень хочется, чтобы Владимир Данихнов избавился от этой дряни. Он один из лучших современных авторов и достоин признания при жизни. А «Тварь размером с колесо обозрения» лишнее подтверждение того, что талантливый человек талантлив во всем.
March 14, 2021
Оставь
Что касается черной твари, высокой, как колесо обозрения, то я часто ее вижу. Она шепчет мне что-то своим ласковым голосом. Я не могу разобрать слов, но, наверное, это колыбельная, потому что мне хочется спать, мне так сильно хочется спать, господи, как же мне хочется спать.
"Колыбельная" Владимир Данихнов
Парой дней раньше, когда писала о книге Вергезе, говорила, что темы врачей и болезней стараюсь избегать. Так и есть, Но к проявлениям закона парности в своей жизни отношусь внимательно, а "Тварь, размером с колесо обозрения" оказалась второй книгой Владимира Данихнова (вообще-то захотелось еще прочесть "Девочку и мертвецов"), но "Тварь" для этого года знаковая - номинирована на БК; и она стала второй за неделю на нелюбимую тему врачей и болезней; и есть еще одна частная, но для меня значимая, деталь проявления закона парности, говорить о ней необязательно - довольно знать.
Нет, это не та вещь, которую я стала бы рекомендовать всем подряд. Хотя бы потому, что та часть человечества, которая, подобно мне, не интересуется медициной, не захочет читать про рак - "я-в-домике, не стану думать об этом и это меня не коснется", А та, что активно интересуется, часто отшатывается в ужасе, не смея даже выговорить слова. Не могу, не хочу, не имею морального права ставить себя на место человека, которому озвучили этот диагноз, любого рода отвлеченные умствования здесь неуместны и примеривать на себя не стоит: в твоей жизни случится то, что должно случиться с тобой, заботься о том, как пройти с честью свои испытания и не цепляй на себя куски чужой кармы.
Зачем тогда эта книга? О чем она? О том, как далекое "все там будем" внезапно приближается и материализуется в твоей жизни с мешком, полным грубых грязных инструментов. А ты так молод, и у тебя дети, и любимая жена, и еще в тебе искра Божья таланта (о последнем меньше всего думаешь, но вовсе игнорировать не получится, оно фоном). И вы начинаете бороться, а огромный мир, размеров которого и миллиона даруемых им возможностей, прежде не ощущал, сжимается до размеров амбразуры, направленной на тебя. Да ведь и ты теперь смотришь на него сквозь решетку забрала, не из природной агрессивности, и болезнь не озлобила тебя - просто иначе не получается.
О том, какое счастье, когда в этих обстоятельствах с тобой лучшая женщина на свете. И о том, как неважны становятся условности, которым прежде подчинял жизнь: не верь, не бойся, не проси. Просите помощи у всех, кто может помочь, не стыдясь; боитесь, а кто бы сумел не бояться; верите, вопреки всему. Проводишь время с детьми, особенно много с дочерью, у нее редкое красивое имя, моя тезка, и оттого вся эта история была мне неуловимо родной. Заказал на Али пиратскую повязку - прикрывать удаленный, когда вырезали опухоль, глаз. И теперь дети в группе у Майи считают ее папу пиратом. Восстанавливаешь родственные связи, после смерти отца порушенные мамой. Много ездишь, главным образом поездки связаны с лечением и обследованиями, но случаются и такие, которые с твоим творчеством. Главного приза не получаешь, и все это теперь не так важно, а все-таки какая-то часть тебя.
И все это время черная тварь без лица маячит на периферии твоей жизни. Иногда далеко, а порой едва не за плечом стоит. А вы думали. что писатели просто сидят и из головы выдумывают те вещи, которые заставляют вас плакать, смеяться и вздыбливают ужасом рудиментарные волоски вдоль позвоночника? У всякого творца своя муза, что же делать, если тебе досталась такая. Расклад, который достался в начале игры и карты пришедшие во время, имеют значение, но куда важнее то, что ты сумеешь со всем этим сделать. Он делает. И я желаю Владимиру Данихнову полного выздоровления, мужества, силы. Оставь его с нами, Господи.
С благодарностью zurkeshe , читала полный вариант, не журнальный, но за ссылку спасибо.
Что касается черной твари, высокой, как колесо обозрения, то я часто ее вижу. Она шепчет мне что-то своим ласковым голосом. Я не могу разобрать слов, но, наверное, это колыбельная, потому что мне хочется спать, мне так сильно хочется спать, господи, как же мне хочется спать.
"Колыбельная" Владимир Данихнов
Парой дней раньше, когда писала о книге Вергезе, говорила, что темы врачей и болезней стараюсь избегать. Так и есть, Но к проявлениям закона парности в своей жизни отношусь внимательно, а "Тварь, размером с колесо обозрения" оказалась второй книгой Владимира Данихнова (вообще-то захотелось еще прочесть "Девочку и мертвецов"), но "Тварь" для этого года знаковая - номинирована на БК; и она стала второй за неделю на нелюбимую тему врачей и болезней; и есть еще одна частная, но для меня значимая, деталь проявления закона парности, говорить о ней необязательно - довольно знать.
Нет, это не та вещь, которую я стала бы рекомендовать всем подряд. Хотя бы потому, что та часть человечества, которая, подобно мне, не интересуется медициной, не захочет читать про рак - "я-в-домике, не стану думать об этом и это меня не коснется", А та, что активно интересуется, часто отшатывается в ужасе, не смея даже выговорить слова. Не могу, не хочу, не имею морального права ставить себя на место человека, которому озвучили этот диагноз, любого рода отвлеченные умствования здесь неуместны и примеривать на себя не стоит: в твоей жизни случится то, что должно случиться с тобой, заботься о том, как пройти с честью свои испытания и не цепляй на себя куски чужой кармы.
Зачем тогда эта книга? О чем она? О том, как далекое "все там будем" внезапно приближается и материализуется в твоей жизни с мешком, полным грубых грязных инструментов. А ты так молод, и у тебя дети, и любимая жена, и еще в тебе искра Божья таланта (о последнем меньше всего думаешь, но вовсе игнорировать не получится, оно фоном). И вы начинаете бороться, а огромный мир, размеров которого и миллиона даруемых им возможностей, прежде не ощущал, сжимается до размеров амбразуры, направленной на тебя. Да ведь и ты теперь смотришь на него сквозь решетку забрала, не из природной агрессивности, и болезнь не озлобила тебя - просто иначе не получается.
О том, какое счастье, когда в этих обстоятельствах с тобой лучшая женщина на свете. И о том, как неважны становятся условности, которым прежде подчинял жизнь: не верь, не бойся, не проси. Просите помощи у всех, кто может помочь, не стыдясь; боитесь, а кто бы сумел не бояться; верите, вопреки всему. Проводишь время с детьми, особенно много с дочерью, у нее редкое красивое имя, моя тезка, и оттого вся эта история была мне неуловимо родной. Заказал на Али пиратскую повязку - прикрывать удаленный, когда вырезали опухоль, глаз. И теперь дети в группе у Майи считают ее папу пиратом. Восстанавливаешь родственные связи, после смерти отца порушенные мамой. Много ездишь, главным образом поездки связаны с лечением и обследованиями, но случаются и такие, которые с твоим творчеством. Главного приза не получаешь, и все это теперь не так важно, а все-таки какая-то часть тебя.
И все это время черная тварь без лица маячит на периферии твоей жизни. Иногда далеко, а порой едва не за плечом стоит. А вы думали. что писатели просто сидят и из головы выдумывают те вещи, которые заставляют вас плакать, смеяться и вздыбливают ужасом рудиментарные волоски вдоль позвоночника? У всякого творца своя муза, что же делать, если тебе досталась такая. Расклад, который достался в начале игры и карты пришедшие во время, имеют значение, но куда важнее то, что ты сумеешь со всем этим сделать. Он делает. И я желаю Владимиру Данихнову полного выздоровления, мужества, силы. Оставь его с нами, Господи.
С благодарностью zurkeshe , читала полный вариант, не журнальный, но за ссылку спасибо.
August 3, 2021
Не читал другие книги этого автора, и, наверное, не буду. Не очень люблю ужасы, а тем более отечественные.
Но эта книга совершенно особенная. Две линии повествования - тяжелая болезнь и борьба с ней, и что-то потустороннее, пришедший из детства и из заброшенных домов и подвалов глубинный ужас, страх. Тварь размером с колесо обозрения.
В конце книги они соединяются, но это в общем-то понятно уже и с самого начала - та самая тварь и есть рак.
Читаешь книгу и переживаешь вместе с автором и его семьей, вот он боится, что тварь дотянет свои руки до его дочери и любой отец понимает этот страх и боится вместе с ним, вот он настоящий ужас. Вот у него случилась ремиссия, и ты тоже чувствуешь радость, можешь ее понять, ведь на его месте мог быть ты. Кто угодно.
И ближе к концу книги, как раз на моменте ремиссии после второго рецидива я по-настоящему испугался еще раз - я понял, что он умрет. Нет не от старости, а именно от рака. Возможно, я заранее знал об этом, так как уже слышал историю этого автора, но осознание было страшным.
Книга закончилась. Я полез в Википедию. И там меня ждал настоящий, страшный, ошеломляющий финал этой истории.
Спасибо, Владимир, за эту книгу.
Но эта книга совершенно особенная. Две линии повествования - тяжелая болезнь и борьба с ней, и что-то потустороннее, пришедший из детства и из заброшенных домов и подвалов глубинный ужас, страх. Тварь размером с колесо обозрения.
В конце книги они соединяются, но это в общем-то понятно уже и с самого начала - та самая тварь и есть рак.
Читаешь книгу и переживаешь вместе с автором и его семьей, вот он боится, что тварь дотянет свои руки до его дочери и любой отец понимает этот страх и боится вместе с ним, вот он настоящий ужас. Вот у него случилась ремиссия, и ты тоже чувствуешь радость, можешь ее понять, ведь на его месте мог быть ты. Кто угодно.
И ближе к концу книги, как раз на моменте ремиссии после второго рецидива я по-настоящему испугался еще раз - я понял, что он умрет. Нет не от старости, а именно от рака. Возможно, я заранее знал об этом, так как уже слышал историю этого автора, но осознание было страшным.
Книга закончилась. Я полез в Википедию. И там меня ждал настоящий, страшный, ошеломляющий финал этой истории.
Спасибо, Владимир, за эту книгу.
This entire review has been hidden because of spoilers.
December 21, 2025
Было интересно - будничные походы по врачам перемежаются с флэшбэками походов по Ростовским заброшками и другими воспоминаниями, и все это сдобрено полумистическим опытом автора, которому в темноте чудятся монстры. Очень много рефлексии, где автор пытается осознать свое положение и представить ход мыслей окружающих людей, и в этом плане книга прям милая и человечная. Солидная часть написана эдаким потоком сознания, попадаются абзацы, состоящие из одного предложения, тянущегося на несколько страниц, но читать это легко, текст не грузит. Больше всего, конечно, интересовал финал, но тут он не так важен, здесь первостепенны мысли и воспоминания автора. А финал этой истории, увы, обрисовала жизнь спустя полгода после выхода книги. Жаль автора. Может, когда-нибудь он бы выиграл своего русского букера.
Displaying 1 - 5 of 5 reviews