Тонкие письма

by Nadezhda Teffi, Тэффи

Надежда Александровна Лохвицкая - знаменитая Тэффи - одна из самых ярких фигур русской литературы начала XX века. Юмористическими рассказами Тэффи зачитывались и во дворцах, и в хижинах. Ее талант высоко ценили Бунин и Куприн, Алданов и Зощенко.В настоящий сборник вошли, кроме рассказов, "Воспоминания" - одно из самых смешных и трагичных произведений Тэффи. Книгу открывает предисловие Б. В. Аверина.

Genres: Russia, Classics

281 pages, Paperback

First published January 1, 2007

About the author

Teffi (Тэффи) was a Russian humorist writer. Teffi is a pseudonym. Her real name was Nadezhda Alexandrovna Lokhvitskaya (Надежда Александровна Лoхвицкая); after her marriage Buchinskaya (Бучинская). Together with Arkady Averchenko she was one of the most prominent authors of the Satiricon magazine.

Reviews

[Anna Kravchuk]

Это моё первое знакомство с Тэффи -- с её не похожим на других юмором, грустной лёгкостью. Она из тех, кто умеет пользоваться словами по-настоящему -- ей толком не нужны сюжеты, она создаёт образ в голове читателя отдельными фразами, оборотами. Плюс это помогает увидеть жизнь белой эмиграции изнутри -- не сухую биографическую справку, не программный текст, а эмоции, мысли. Что наполняло их жизнь, какой она была, что их волновало.

[Olga]

Слушала "Воспоминания" в исполнении Юлии Яблонской: живо, ярко, с интонациями одесситов, киевлян, с песнями и частушками. Наполненный живыми человеческими голосами текст, его хорошо слушать. Прекрасная озвучка.

Много смешных деталей, забавных случаев и во всем - страстная тоска по утраченной России.

— Понимаете, какой ужас,— потрясая руками, рассказывал он.— Прибегал сегодня в десять утра к Аверченке, а он спит, как из ведра. Ведь он же на поезд опоздает!
— Да ведь мы же только через пять дней едем.
— А поезд уходит в десять. Если он сегодня так спал, так почему через неделю не спать? И вообще всю жизнь? Он будет спать, а мы будем ждать?

Иногда вечером собирались почитать вслух газетную хронику. Не жалели огня и красок одесские хроникёры. Это у них были шедевры в этом роде:
"Балерина танцевала великолепно, чего нельзя сказать о декорациях."
"Артист чудесно исполнил Элегию Эрнста, и скрипка его рыдала, хотя он был в простом пиджаке."
"На пристань приехал пароход."
"В понедельник вечром дочь коммерсанта Рая Липшиц сломала свою ногу под велосипедом."

Старая, пожелтевшая гитара, с декой тонкой и звонкой,— сколько в ней накоплено звуков, сколько эманации от песенно касавшихся пальцев; такая гитара — дотроньтесь до нее! —сама поет, и всегда в ней найдется струна, настроенная созвучно какой-то вашей струне, которая ответит странным физическим тоскливо-страстным ощущением в груди, в том месте, где древние предполагали душу...

Как часто упрекают писателя, что конец романа вышел у него скомкан и как бы оборван. Теперь я уже знаю, что писатель невольно творит по образу и подобию судьбы, Рока. Все концы всегда спешны, и сжаты, и оборваны.
Когда умер человек, всем кажется, что он еще очень многое мог сделать.
Когда умерла полоса жизни - кажется, что она могла бы еще как-то развернуться, тянуться и что конец её неестественно сжат и оборван. Все события, заканчивающие такую полосу жизни, сбываются, скутываются бестолково и неопределенно.
Жизнь пишет свои произведения по формуле старинных романов с эпилогом.
Все быстро, торопливо и все ненужно.

Жить в анекдоте ведь не весело, скорее трагично.

[Anastasia Dumarque]

Воспоминания Тэффи. Мне нечего сказать об этой вещи. Она неистово нежна и грустна, и смешна, но более всего она шокирует ужасами революционной жизни и постоянным страхом. То, как Тэффи рассказывает об этом, несколько раз заставило меня прослезиться.

Обязательная для прочтения вещь.

[Maria]

Сами рассказы не производят сильного впечатления, но вот воспоминания читать очень интересно. Разгар гражданской войны, скитания "на гастролях" по стране, колоритные персонажи в эпизодических ролях, и очень живо чувствуется за иронией печаль и усталость.

[Katerina]

Можно читать с любого места в любое время. какой язык!