Процесс исключения

by Lydia Chukovskaya

Проза Лидии Чуковской - зеркало ее жизни. Зеркало эпохи, преломленной сквозь призму взгляда русского интеллигента. Дочь Корнея Ивановича Чуковского, она выросла в семье, где чтили традиции русской словесности с ее верой в человека и в его право на свободу. Лидия Корнеевна не боялась больших и сильных чувств. Она обладала очень редким даром - мужественного слова. Точность, безукоризненность слова - ее оружие в борьбе за справедливость. Писала она без перевода на язык другого поколения. Чувство гражданской и моральной сопричастности охватывает и сейчас от любой из ее страниц. Лидия Чуковская недаром всю жизнь занималась Герценом. В ее открытых письмах и статьях чувствуются его уроки. В них та же сродненность с Россией и русской культурой, тот же пламенный темперамент, та же четкость и бескомпромиссность гражданской позиции. Однако в каждой своей статье, в каждой книге для Лидии Чуковской главное - не обличение палачей и приспособленцев, а возрождение нравственности, критерии которой, к несчастью, нами во многом утеряны. Лидия Чуковская все еще далеко впереди, она дожидается нас в иной, человечной и умной России.

Genres: Nonfiction, Russia

704 pages, Hardcover

First published January 1, 1979

About the author

Lydia Chukovskaya wrote 'Sofia Petrovna', a harrowing story about life during the Great Purges. But it was a while before this story would achieve widespread recognition. Out of favour with the authorities, yet principled and uncompromising, Chukovskaya was unable to hold down any kind of steady employment. But gradually, she started to get published again: an introduction to the works of Taras Shevchenko, another one for the diaries of Miklouho-Maclay.
By the time of Stalin's death in 1953, Chukovskaya had become a respected figure within the literary establishment, as one of the editors of the cultural monthly 'Literaturnaya Moskva'. During the late 1950s, 'Sofia Petrovna' finally made its way through Russia's literary circles, in manuscript form through samizdat. Khrushchev's Thaw set in, and the book was about to be published in 1963, but was stopped at the last moment for containing "ideological distortions". Indomitable as ever, Chukovskaya sued the publisher for full royalties and won. The book was eventually published in Paris in 1965, but without the author's permission and under the somewhat inaccurate title 'The Deserted House'. There were also some unauthorized alterations to the text. The following year, a New York publisher published it again, this time with the original title and text fully restored.

Reviews

[Francisca · Rating 4 out of 5]

Empecé este libro relajadamente, pensando que no me estaba gustando del todo, hasta que BOOM. Chukovskaia lo vuelve a hacer. La Unió soviética de escritores hizo todo lo posible para que no escribiera, y no solo ella, sino muchos, muchisimos. La palabra fue, sin duda, la más perseguida, por encima de los hombres. Tantos hombres... Al ser un libro prestado no he podido subrayar y he transcrito alrededor de 10 páginas en el cuaderno. Supongo que eso dice mucho de un libro. Uno que considero imprescindible para todo amante de la palabra, de los poetas y de lo que nos hace humanos.

[Manuel Gil · Rating 4 out of 5]

É deses libros que falan claramente sobre un tema coñecido pero ao que é difícil achegarse pola complexidade e pola cantidade de literatura que hai sobre el. Porén, Chukovskaia escribe dun xeito moi claro todo o sucedido e non deixa de ser un referente e un canto universal sobre a necesidade da liberdade de expresión.

Gustoume especialmente cando fala da aritmética da censura. Que interesante, sei que lle darei voltas a iso.

[Palmattron · Rating 4 out of 5]

"La burocracia, como todo lo que es trivial, no tiene memoria."

[Esther Mateo · Rating 5 out of 5]

Cada libro de Chukovskaya me gusta más. Lo que nos cuenta en todos ellos es aterrador, real y que ha ocurrido hace no mucho tiempo. En esta ocasión leemos sobre los escritores que fueron silenciados y el valor que tuvieron alguno de ellos para seguir escribiendo y que su historia nos llegase.
Espero que Errata Naturae nos siga trayendo más obras de ella.

[Anna Kravchuk · Rating 5 out of 5]

"У бюрократии, как у всякого мещанства, памяти нет. Память -- орудие преемственности, орудие духовной культуры. Они же вне культуры. Они посторонние. Союз писателей давно пора переименовать в Союз посторонних."

[Draugtaur · Rating 5 out of 5]

Великая писательница и великая книга. Не уверен, надо ли что-то ещё добавлять.
Удивительно, что так мало о Лидии Чуковской говорят и так мало знают о ней люди без специального интереса.

[Martinoti · Rating 5 out of 5]

Un bon llibre, amb moltes pàgines encara avui vives i certes. Serà un dels llibres que m’haurà agradat mes aquest any.