Идти бестрепетно. Между литературой и жизнью

by Eugene Vodolazkin, Евгений Водолазкин

Самая личная книга Евгения Водолазкина

О писательстве и литературе, о семье и пройденном пути

Евгений Водолазкин - автор романов "Лавр", "Авиатор", "Соловьёв и Ларионов", "Брисбен", лауреат премий "Большая книга", "Ясная Поляна" и "Книга года". Его книги переведены на многие языки.
В новой книге "Идти бестрепетно" на первый план выходит сам автор. "Маленький личный Рай детства", история семьи, родные Петербург и Киев, Пушкинский Дом и занятия наукой, переход от филолога-медиевиста к писателю, впервые рассказанные подробности создания "Лавра", "Авиатора", "Брисбена"…
В откровенном и доверительном разговоре с читателем остается неизменной фирменная магия текста: в ряд к Арсению-Лавру, авиатору Платонову и виртуозу Глебу Яновскому теперь встает сам Водолазкин.

"Призвание писателя - быть блюдцем на спиритическом сеансе: крутиться в центре стола и составлять из букв тексты.
Писательство - это, по сути, называние. Присвоение слов тому, что волновало, но оставалось безымянным - будь то соленая хрупкость кожи после пляжа или проветривание (морозное марево в форточке) больничной палаты. Первым писателем был Адам, которому Господь дал право наименовать окружавших его животных. Давая животным имена, Адам перевел их из единичного в общее - и сделал достоянием всех.
Дело писателя - ловить музыку сфер и переводить ее в ноты. Быть, если угодно, "лучшим акыном степи": петь о том, что видит. Что, подчеркну, видят и все там живущие. А поет - только он, потому что он способен превращать степь в текст".
Евгений Водолазкин

Hardcover

Published January 1, 2020

About the author

Alternate spellings: Evgenij Vodolazkin, Evgheni Vodolazkin, Jevgenij Vodolazkin

Eugene Vodolazkin is a Russian scholar and author. He has worked at Russian Academy of Sciences and been awarded fellowships from the Toepfer Foundation and Alexander von Humboldt Foundation. He has written for First Things. He lives with his family in St. Petersburg.

Reviews

[Masha M]

начала знакомство с Е.Водолазкиным почему-то именно с этой книги, хотя Лавр, Авиатор, Брисбен и в общем-то все другие его книги более известны.
с первых страниц продолжать особо не хотелось. фразы "тогда-то я и осознал, что значит нарастать как снежный ком" в описании лепки снеговика вызывают легкую оторопь и отдают графоманством. примерно так я пишу "типасмешные" заметки о путешествиях в инстаграмме, перечитывать их желания нет. не то чтобы это грех какой, но встретив подобное, я хочу поскорее закрыть книгу.
другое дело его размышления о писательстве, литературоведческом (потрясающее сравнение средневековой литературы с постмодернисткой в эссе Литература: будущее в прошедшем), о духовном, о смерти, о современниках, о Набокове, Солженицыне, Пушкине и многих других.
в книге собраны художественные произведения, эссе и биографические заметки. легко может оказаться, что просто набирали на книгу оставшиеся неопубликованными тексты, тем более что художественные тексты на фоне эссе сильно проигрывают. но вот закрывающая книгу повесть "близкие друзья" оказалась очень кстати и осталась пожить со мной в размышлениях и после окончания чтения.

[Masha M]

начала знакомство с Е.Водолазкиным почему-то именно с этой книги, хотя Лавр, Авиатор, Брисбен и в общем-то все другие его книги более известны.
с первых страниц продолжать особо не хотелось. фразы "тогда-то я и осознал, что значит нарастать как снежный ком" в описании лепки снеговика вызывают легкую оторопь и отдают графоманством. примерно так я пишу "типасмешные" заметки о путешествиях в инстаграмме, перечитывать их желания нет. не то чтобы это грех какой, но встретив подобное, я хочу поскорее закрыть книгу.
другое дело его размышления о писательстве, литературоведческом (потрясающее сравнение средневековой литературы с постмодернисткой в эссе Литература: будущее в прошедшем), о духовном, о смерти, о современниках, о Набокове, Солженицыне, Пушкине и многих других.
в книге собраны художественные произведения, эссе и биографические заметки. легко может оказаться, что просто набирали на книгу оставшиеся неопубликованными тексты, тем более что художественные тексты на фоне эссе сильно проигрывают. но вот закрывающая книгу повесть "близкие друзья" оказалась очень кстати и осталась пожить со мной в размышлениях и после окончания чтения

[Philippe Bogdanoff]

Хорошая книга Писателя и писательском ремесле, о коллегах по цеху, о Дмитрии Сергеевиче Лихачеве, о Пушкинском Доме. Да обо всем понемножку ....

И правда, книга личная, порой автобиографическая ....

[Elena]

Сборники всегда труднее оценивать, чем цельное произведение - что-то просто замечательно, а что-то не очень зашло.

[Смазочный Режим]

Прекрасен автор и в малых формах. Воспоминания, литературные скитания, не слишком весёлые размышления. И совершенно нежный завершающий кусок книги