What do you think?
Rate this book
Сестра четырех
Из серии: Сестра четырех #1
Длительность: 1 ч. 54 мин. 13 сек.
Актуальная, ироничная и слегка абсурдная пьеса о жизни одной больничной палаты во время пандемии.
«В связи с нынешней пандемией на каждой стране, каждом городе и каждом деревенском клубе висит амбарный замок. Возникает дерзкая догадка: а, может, дело не в вирусе? Может, дело как раз-таки в замках? Время снимать замки – и время их развешивать. Может быть, глобализация достигла той степени, когда все ждут повода, чтобы закрыть дверь?
Эти и другие вопросы решают четыре пациента инфекционной больницы имени Альбера Камю. Они еще не знают, что на этом пути их ждут большие открытия».
Евгений Водолазкин
Длительность: 1 ч. 54 мин. 13 сек.
Актуальная, ироничная и слегка абсурдная пьеса о жизни одной больничной палаты во время пандемии.
«В связи с нынешней пандемией на каждой стране, каждом городе и каждом деревенском клубе висит амбарный замок. Возникает дерзкая догадка: а, может, дело не в вирусе? Может, дело как раз-таки в замках? Время снимать замки – и время их развешивать. Может быть, глобализация достигла той степени, когда все ждут повода, чтобы закрыть дверь?
Эти и другие вопросы решают четыре пациента инфекционной больницы имени Альбера Камю. Они еще не знают, что на этом пути их ждут большие открытия».
Евгений Водолазкин
- GenresRussia
60 pages, Audiobook
Published May 18, 2020
4 people are currently reading
18 people want to read
About the author
Eugene Vodolazkin
22 books470 followersAlternate spellings: Evgenij Vodolazkin, Evgheni Vodolazkin, Jevgenij Vodolazkin
Eugene Vodolazkin is a Russian scholar and author. He has worked at Russian Academy of Sciences and been awarded fellowships from the Toepfer Foundation and Alexander von Humboldt Foundation. He has written for First Things. He lives with his family in St. Petersburg.
Eugene Vodolazkin is a Russian scholar and author. He has worked at Russian Academy of Sciences and been awarded fellowships from the Toepfer Foundation and Alexander von Humboldt Foundation. He has written for First Things. He lives with his family in St. Petersburg.
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 7 of 7 reviews
June 1, 2020
Четверо пациентов – хипстер, писатель, врач и депутат – заперты в коронавирусной палате больницы имени Альбера Камю (да). Жара, за окном стучат топоры, радио передает новости о растущем числе смертей от вируса, а ухаживающая за больными медсестра оказывается и самой Смертью – как и полагается, с косой.
Если вам показалось, что это описание похоже на серию «Скуби-Ду» или на сценарий короткометражки студента ВГИКа, то нет, вам не показалось. Троп «Диалоги со Смертью» уже настолько стерся от пробежавшихся по нему клавиатур тысяч писателей, что даже сюжетный твист ближе к концу пьесы встраивается в давно знакомые шаблоны.
Но шаблонный сюжет – еще не проблема сама по себе, такой сюжет могут оживить люди. Но в том и проблема, что людей в пьесе тоже нет. Есть готовый набор фигур-штампов, которые свежо бы смотрелись разве что в начале века, причем прошлого. Депутат ворует, зато у него золотое сердце; доктор не дурак выпить; писатель много разглагольствует, но не пишет; хипстер туповат, но к концу пьесы открывает пользу чтения. От диалогов этого жутковатого квартета пустышек веет холодом «зловещей долины»: они вроде ведут диалоги, как люди, только диалоги натужные, перенасыщенные несмешными каламбурами и исповедальными репликами, чтение которых вызывает тоску. Не люди, роботы. И все это одним голосом – голосом скучающего московского бумера, который репетирует разные роли перед зеркалом.
Автор, пытаясь убить двух зайцев – поймать актуальную тему и связать ее отсылками с Великой Русской Литературой (тм) – как-то забывает главное: рассказать внятную историю о том, что с людьми делает пандемия. И не то чтобы сложно было найти живые человеческие истории: репортаж Елены Костюченко из 52-й коронавирусной больницы в «Новой газете» за несколько дней набрал полмиллиона просмотров.
Еще страннее этот опыт драматургии смотрится на фоне удачных новинок: сценария Людмилы Улицкой «Чума», который рассказывает, насколько быстро человек способен отказаться от базовых свобод ради чувства безопасности, и пьесы «Выбрать троих» Дмитрия Данилова, где самоизоляция оборачивается семейной драмой. «Сестра четырех» же – вторичная поделка на злобу дня.
Один из героев вспоминает народного мастера по свистулькам, которому советская власть подарила огромную мастерскую на улице Горького. Но поскольку кроме свистулек мастер больше ничего не умел делать, он стал изготавливать огромные свистульки.
Так и Евгений Водолазкин: прославившись почти десять лет назад отличным романом «Лавр», писатель решил всюду клепать Лавра – грустного старика, занятого размышлениями о духовности и Боге, пока где-то за окном проносится жизнь. Может, пора выйти из комнаты?
Если вам показалось, что это описание похоже на серию «Скуби-Ду» или на сценарий короткометражки студента ВГИКа, то нет, вам не показалось. Троп «Диалоги со Смертью» уже настолько стерся от пробежавшихся по нему клавиатур тысяч писателей, что даже сюжетный твист ближе к концу пьесы встраивается в давно знакомые шаблоны.
Но шаблонный сюжет – еще не проблема сама по себе, такой сюжет могут оживить люди. Но в том и проблема, что людей в пьесе тоже нет. Есть готовый набор фигур-штампов, которые свежо бы смотрелись разве что в начале века, причем прошлого. Депутат ворует, зато у него золотое сердце; доктор не дурак выпить; писатель много разглагольствует, но не пишет; хипстер туповат, но к концу пьесы открывает пользу чтения. От диалогов этого жутковатого квартета пустышек веет холодом «зловещей долины»: они вроде ведут диалоги, как люди, только диалоги натужные, перенасыщенные несмешными каламбурами и исповедальными репликами, чтение которых вызывает тоску. Не люди, роботы. И все это одним голосом – голосом скучающего московского бумера, который репетирует разные роли перед зеркалом.
Автор, пытаясь убить двух зайцев – поймать актуальную тему и связать ее отсылками с Великой Русской Литературой (тм) – как-то забывает главное: рассказать внятную историю о том, что с людьми делает пандемия. И не то чтобы сложно было найти живые человеческие истории: репортаж Елены Костюченко из 52-й коронавирусной больницы в «Новой газете» за несколько дней набрал полмиллиона просмотров.
Еще страннее этот опыт драматургии смотрится на фоне удачных новинок: сценария Людмилы Улицкой «Чума», который рассказывает, насколько быстро человек способен отказаться от базовых свобод ради чувства безопасности, и пьесы «Выбрать троих» Дмитрия Данилова, где самоизоляция оборачивается семейной драмой. «Сестра четырех» же – вторичная поделка на злобу дня.
Один из героев вспоминает народного мастера по свистулькам, которому советская власть подарила огромную мастерскую на улице Горького. Но поскольку кроме свистулек мастер больше ничего не умел делать, он стал изготавливать огромные свистульки.
Так и Евгений Водолазкин: прославившись почти десять лет назад отличным романом «Лавр», писатель решил всюду клепать Лавра – грустного старика, занятого размышлениями о духовности и Боге, пока где-то за окном проносится жизнь. Может, пора выйти из комнаты?
February 28, 2021
Понравилось! Хотела бы увидеть первую пьесу на сцене. И вторую!
October 8, 2025
Это довольно абсурдные зарисовки, которые становятся реалистичными в свете короны, мне скорее понравилось. Но без восторга.
May 11, 2021
Troppa retorica.
May 23, 2025
Отличная легка сатира.
April 8, 2021
К этому сборнику я сняла небольшой видео-отзыв
https://www.youtube.com/watch?v=vgnVb...
https://www.youtube.com/watch?v=vgnVb...
May 4, 2021
Давно собирался прочитать эти драматургические эксперименты Евгения Водолазкина. Проза этого автора у меня всегда находит отклик, но с драматургией дело пошло труднее. Конечно, написано сочным и красивым языком, приправленным лёгким юмором, но образы зачастую стереотипные и будто картонные.
Сюжеты во всех четырёх пьесах (я бы назвал их скорее драматургическими зарисовками) сюрреалистичные. Особенно мне понравились "Музей" и "Сестра четырёх".
Сюжеты во всех четырёх пьесах (я бы назвал их скорее драматургическими зарисовками) сюрреалистичные. Особенно мне понравились "Музей" и "Сестра четырёх".
Displaying 1 - 7 of 7 reviews