What do you think?
Rate this book
Бог тревоги
Акакий Акакиевич Башмачкин, переехав из Петербурга в Москву, способен обрести немыслимую власть и все золото мира. Башмачкин, переехавший из Москвы в Петербург, может только слиться с пейзажем, собственным прахом добавив пыли пыльному городу.
Таков герой романа Антона Секисова – молодой московский литератор, перебравшийся на берега Невы в надежде наполнить смыслом свое существование. Он пытается наладить быт и постигает петербургский образ жизни – много пьет, встречается с местными культовыми фигурами (вполне реальными) и ведет с ними разговоры об отвлеченных материях. Но однажды он обнаруживает на своей странице «Википедии» дату не только рождения, но и смерти. Порывшись в интернете, герой находит и фотографию своей могилы. Не обретя здесь смысл, он обретает цель: отыскать на одном из тринадцати исторических петербургских некрополей таинственную могилу.
Таков герой романа Антона Секисова – молодой московский литератор, перебравшийся на берега Невы в надежде наполнить смыслом свое существование. Он пытается наладить быт и постигает петербургский образ жизни – много пьет, встречается с местными культовыми фигурами (вполне реальными) и ведет с ними разговоры об отвлеченных материях. Но однажды он обнаруживает на своей странице «Википедии» дату не только рождения, но и смерти. Порывшись в интернете, герой находит и фотографию своей могилы. Не обретя здесь смысл, он обретает цель: отыскать на одном из тринадцати исторических петербургских некрополей таинственную могилу.
272 pages, Hardcover
Published January 1, 2021
4 people are currently reading
45 people want to read
Ratings & Reviews
Friends & Following
Create a free account to discover what your friends think of this book!
Community Reviews
Displaying 1 - 7 of 7 reviews
October 24, 2024
Мне очень понравилось. Да, это стендап длиной в роман, но это же действительно смешно и весело. Все мои культурные коды тут помянуты и полайканы, юмор именно той черноты, как я люблю, сарказм и ирония, мат и жесть - давно не было такого, чтобы после прочтения электронной книги захотелось купить бумажную версию. А еще там несколько слоев сюжета, интерпретаций и объяснений абсурда, что творится на страницах, все как у взрослых.
December 8, 2021
Не так давно я много раздумывал над тем, что книги, как и любой другой контент, к нам приходят вовремя, и приходят самостоятельно — не мы их выбираем, а они нас.
Именно, поэтому я рад, что «Бог тревоги» Секисова я прочитал именно сейчас — в пушистом декабре 2021-го. Вокруг грозный и тревожный мир, невыносимая лёгкость бытия, но выбор в пользу приватного, а не общественного, уже сделан. И благодаря этому этот роман — уже не что-то этнографическо-питерское. Нет, перед нами полотно о кризисе среднего возраста — я предпочитаю говорить о возрасте Христа. И это полотно, в котором мелькает истина бытия.
Здесь сложно уже развивать мысль, отвязавшись от личного знакомства с автором. Секисов раньше других в моем окружении заговорил года четыре назад о каком-то ощущении излома. О том, что старое уже очевидно заканчивается, а новое не успело развернуться. И вот с этими мыслями он и укатил в Петербург.
В «Боге тревоги» есть все недостатки, ну, или стилевые особенности (стиль — это главное, как говорил современный классик), присущие, как пишут заправские критики, секисовской прозе. Медленно развивающаяся интрига, которая, когда она возникает, становится избыточной и лишней. Книга по началу вообще выглядит как плохо склеенный набор портретных и бытовых зарисовок — кстати, они по отдельности очень ничего. Нарочитая их желчность прикрывает робость, а, возможно, и презрение, к сентиментальности. А когда начинается интрига, то перед нами, как и в предыдущей «Реконструкции», неуверенное авторское заигрывание с конспирологией и мистицизмом. Совсем в дугинианство, галковщину, прохановщину и гоголевщину уходить не хочется, а без них оно выглядит притянутым за уши.
Но хватит.
Весь хаос и бред «Бога тревоги» базируется на том же инструментарии, что и «Реконструкция». Там заговор был метафорой тяжелейшего расставания. «Поголовный заговор природы против меня», да. В «Боге» двойничество — это метафора слома эпох. Молодости и её наивным ожиданиям конец. Зрелость не наступила, а чего от неё ждать, тоже не понятно. И вот в декорациях Петербурга встречаются два куска распавшейся связи времён.
Петербуржское содержание книжки слишком преувеличено. Хотя, может, и наоборот подчёркнуто. Слово декорация выскочило из подсознания совсем не случайно. Кто не отмечал эту черту Петербурга и всех его производных вплоть до всей постпетровской истории русских?
Рассказчик, на подобие Данте, оказывается в этом бутафорском каменном заболоченном лесе, и отправляется в странствие, из которого уже выползает совсем другим (обретает себя подлинного?). Петербург в «Боге тревоги» — чистилище. Кстати, тоже очень питерское слово.
Когда Секисов уже предощущал грозящий жизненный сдвиг, я ещё лично свято верил, что у меня кризиса среднего возраста не будет. Но в жизни продуман распорядок действий, и не отвратим конец пути. И смертным его не суждено нарушить. Меня ждали свои страсти. У Секисова был переезд. У одного друга — женитьба. У другого — развод после раннего брака. У третьего — полный переворот карьеры. Но кажется, все мы выбрались оттуда, про что и написал Антон.
«Бог тревоги» — книга для зрелых мужчин.
Именно, поэтому я рад, что «Бог тревоги» Секисова я прочитал именно сейчас — в пушистом декабре 2021-го. Вокруг грозный и тревожный мир, невыносимая лёгкость бытия, но выбор в пользу приватного, а не общественного, уже сделан. И благодаря этому этот роман — уже не что-то этнографическо-питерское. Нет, перед нами полотно о кризисе среднего возраста — я предпочитаю говорить о возрасте Христа. И это полотно, в котором мелькает истина бытия.
Здесь сложно уже развивать мысль, отвязавшись от личного знакомства с автором. Секисов раньше других в моем окружении заговорил года четыре назад о каком-то ощущении излома. О том, что старое уже очевидно заканчивается, а новое не успело развернуться. И вот с этими мыслями он и укатил в Петербург.
В «Боге тревоги» есть все недостатки, ну, или стилевые особенности (стиль — это главное, как говорил современный классик), присущие, как пишут заправские критики, секисовской прозе. Медленно развивающаяся интрига, которая, когда она возникает, становится избыточной и лишней. Книга по началу вообще выглядит как плохо склеенный набор портретных и бытовых зарисовок — кстати, они по отдельности очень ничего. Нарочитая их желчность прикрывает робость, а, возможно, и презрение, к сентиментальности. А когда начинается интрига, то перед нами, как и в предыдущей «Реконструкции», неуверенное авторское заигрывание с конспирологией и мистицизмом. Совсем в дугинианство, галковщину, прохановщину и гоголевщину уходить не хочется, а без них оно выглядит притянутым за уши.
Но хватит.
Весь хаос и бред «Бога тревоги» базируется на том же инструментарии, что и «Реконструкция». Там заговор был метафорой тяжелейшего расставания. «Поголовный заговор природы против меня», да. В «Боге» двойничество — это метафора слома эпох. Молодости и её наивным ожиданиям конец. Зрелость не наступила, а чего от неё ждать, тоже не понятно. И вот в декорациях Петербурга встречаются два куска распавшейся связи времён.
Петербуржское содержание книжки слишком преувеличено. Хотя, может, и наоборот подчёркнуто. Слово декорация выскочило из подсознания совсем не случайно. Кто не отмечал эту черту Петербурга и всех его производных вплоть до всей постпетровской истории русских?
Рассказчик, на подобие Данте, оказывается в этом бутафорском каменном заболоченном лесе, и отправляется в странствие, из которого уже выползает совсем другим (обретает себя подлинного?). Петербург в «Боге тревоги» — чистилище. Кстати, тоже очень питерское слово.
Когда Секисов уже предощущал грозящий жизненный сдвиг, я ещё лично свято верил, что у меня кризиса среднего возраста не будет. Но в жизни продуман распорядок действий, и не отвратим конец пути. И смертным его не суждено нарушить. Меня ждали свои страсти. У Секисова был переезд. У одного друга — женитьба. У другого — развод после раннего брака. У третьего — полный переворот карьеры. Но кажется, все мы выбрались оттуда, про что и написал Антон.
«Бог тревоги» — книга для зрелых мужчин.
March 8, 2021
Антон Секисов - часть тусовки вокруг издательства "Ил-music", которое возникло в пику мерчевой политики музыкальных групп. Евгений Алёхин, который появляется и на страницах этой книги, решил дать рупор юным голосам и продавать эти книги на концертах. Поэтому в героях легко читаются Алёхин, Сперанский, Енотов, Рябов и Тесли. Из всей этой плеяды в меру меня впечатлил предпоследний, который своим "Клеем" слегка сместил моё внутреннее мировосприятие в сторону неподдельной чернухи.
Антоша Секисов едет в Петербург навстречу вдохновению и своим друзьям, чтобы создать великое творение, но по итогу оказывается в лабиринте происходящих вокруг него действий, выходом из которого может оказаться смерть, внезапно появившаяся на личной странице в википедии. Сюжет и есть наверное то, что может эту книгу вытащить наверх - начинается всё с реалистичного описания тусовки поэтов во главе с легендарным Алексеем "Лёхой" Никоновым, чтобы потом скатиться в относительный сюр. Это всё может быть и сон, а может так оно и было. Главное - не забывать дату смерти.
Разжатый текст в котором много внимания уделяется деталям и в этой работе с штрихами Секисов упивается собственным слогом и наблюдательностью, хотя даниловского нарратива (ха-ха) тут нет, поэтому добро пожаловать в арьергард.
Текст понятный 30 плюс-минус пять лет. Прям аудитория "Макулатуры", где во главу угла ставят алкоголь, мастурбацию и депрессию. Поэтому привлекательность особы этого окружения измеряется попытками суицида, подкреплённых количеством диагнозов. Но Секисов не такой. По крайней мере пытается быть не таким, но мимо засасывания не пройти.
Антоша Секисов едет в Петербург навстречу вдохновению и своим друзьям, чтобы создать великое творение, но по итогу оказывается в лабиринте происходящих вокруг него действий, выходом из которого может оказаться смерть, внезапно появившаяся на личной странице в википедии. Сюжет и есть наверное то, что может эту книгу вытащить наверх - начинается всё с реалистичного описания тусовки поэтов во главе с легендарным Алексеем "Лёхой" Никоновым, чтобы потом скатиться в относительный сюр. Это всё может быть и сон, а может так оно и было. Главное - не забывать дату смерти.
Разжатый текст в котором много внимания уделяется деталям и в этой работе с штрихами Секисов упивается собственным слогом и наблюдательностью, хотя даниловского нарратива (ха-ха) тут нет, поэтому добро пожаловать в арьергард.
Текст понятный 30 плюс-минус пять лет. Прям аудитория "Макулатуры", где во главу угла ставят алкоголь, мастурбацию и депрессию. Поэтому привлекательность особы этого окружения измеряется попытками суицида, подкреплённых количеством диагнозов. Но Секисов не такой. По крайней мере пытается быть не таким, но мимо засасывания не пройти.
February 1, 2022
Некрореализм про поиски себя. В Петербурге Секисова можно встретить реальных, сумасшедших и мёртвых людей, прохожих с плавленными лицами, и адептов метамодерна осциллирующих против великого Ничего. Ироничное, честное и остроумное признание в непонимании как правильно.
January 12, 2025
Очень-очень-очень понравилось. Сюжет интересный, юмор не натужный, а, не побоюсь показаться чересчур смелым в оценке, ЖИВОЙ, ну и написано все прекрасно.
Моментами я хохотал в голос, пару раз чуть не проехал свою станцию на пригородном поезде, зачитавшись - в общем, могу порекомендовать смело.
Моментами я хохотал в голос, пару раз чуть не проехал свою станцию на пригородном поезде, зачитавшись - в общем, могу порекомендовать смело.
May 9, 2025
Прочитала с большим удовольствием, много смеялась. Из минусов: слишком много общего обнаружила у себя с главным героем - тревожным, вялым, слегка разваливающимся мужчиной за тридцать. Это, конечно, периодически удручало.
November 11, 2025
Что с тобой сделала русская литература, бедный седой мальчик?
Displaying 1 - 7 of 7 reviews