This book is the first successful implementation of the topic of non-traditional sexual orientation in modern Russian literature. Without tragedy, anguish, outrage. From the point of view of a completely normal person, what the heroine does not cease to be for a minute. Although to voice the story of the collapse of her hopes for work in the Ministry of Foreign Affairs (naked photos depicting girl kisses in a magazine), it is decided only after one of the cellmates calmly says that after release she will go to her girlfriend (and what, so it was possible?)
The first layer of the narrative is the present day, portraits and stories of cellmates, the routine of daily life. Reminiscences from Ani's childhood and early youth are the second layer of the book. And certainly, no one will draw conclusions based on them that the authorities are to blame. Did Putin make you get entangled in a relationship with your favorite boy and girl, who eventually choose each other, leaving you out of it? or did he pour tequila down your throat that miserable night? And what would you like after that, what kind of Foreign Ministry?
But there is a third layer. I think it's extraordinarily good. Sometimes it's really scary, real, to goosebumps on the back and the desire to look back when you read alone in the room. Sometimes you think: yes, I know, that's how they go crazy. And then: but somehow she knew about the scissors. And you remember the" Names "of Florensky, who says that "other worlds pass through Anna" - how accurately she guessed the name of the heroine.
Приди и спряди
Скок в яму, скок со дна, не сломай веретена. Крутись, крутись, прялица, пока не развалится.
Шекспир "Гамлет"
"Фу, про тюрьму!" - подумала, когда увидела у Галины Юзефович рекомендацию прочесть эту книгу. То было еще зимой и медузовскую рецензию тогда даже не стала читать, так, взглянула на первый абзац: "А, еще и про политику. Не, не мое". Понадобилось четыре месяца, чтобы все-таки решиться прочесть и:
1. Не про тюрьму. Спецприемник это место, где содержатся люди, приговоренные к административному аресту и куда гипотетически, при самом неприятном раскладе, можно угодить даже за переход улицы в неположенном месте. Ну или там, за неуплату штрафа;
2. Не про политику. То есть, героиню задержали на антикоррупционном митинге, но дальше про протесты будет примерно ничего, а имя Навального, с которым плотно ассоциируется Кира Ярмыш прозвучит минус один раз.
Чтобы два раза не вставать, специфических ужасов "прописки", зловонной дыры в полу, плесени по стенам, сорока человек, запертых в помещении, рассчитанном на десять и "ваше место у параши" - всего этого в книге не будет. Будет чистенькая камера после косметического ремонта, больше похожая на комнату в пионерлагере с двухъярусными кроватями. Товарки по несчастью все довольно молодые женщины, трое из шести задержаны за езду без водительского удостоверения, срок в основном десять суток.
Кормят нормально: завтрак каша с чаем (который лучше не пить, он из веника, но кипяток в пластиковой бутылке можно с собой взять, и после в камере заварить из пакетика); обед первое, второе, снова чай; ужин макароны с котлетой. Хотя случаются гастрономические изыски вроде квашеной капусты с макаронами. Ну а что бы вы хотели за сто тридцать шесть рублей? Именно на такую сумму съедает заключенный в сутки. Узнав, москвичка Аня переживает род культурного шока. Однако все сыты.
Что, практически ретрит? Нет, конечно, но выбирать не приходится, да и будет об этом. То есть, ты оказалась здесь по причине активной жизненной позиции, а вот эта алкашка с соседней койки - потому что не платит алиментов на дочь, которую бросила своей матери. Нет, не мама подала в суд, а государство. А моя продавщица отсидела десять суток за продажу коробки просроченных конфет, ну, то есть, формально за неуважение к суду, куда не являлась для назначения наказания. И я моталась каждый день с передачами на Сызрань, но то было еще в две тыщи первом.
То есть, неповоротливая, малоразборчивая и насквозь коррумпированная машина исполнения наказаний все же как-то вращается. Хотя трудно представить, что в той же камере оказалась бы дочь генерала МВД, но об этом ни прямо, ни косвенно не говорится в "Невероятных происшествиях...", потому и я не буду. А о чем говорится? А знаете, о многих интересных вещах.
Например о том, как девочка из очень простой семьи поступает в МГИМО. Ну, наверно потому, что умна, сама Кира сумела поступить, не будучи посольской дочерью, после триумфального участия в программе "Умники и умницы". О том, каково это, обнаружить вдруг, что склонна влюбляться в людей одного с тобой пола. И нет, это не становится твоей трагедией, хотя да, определенную неловкость и неудобство заставляет пережить-почувствовать.
Вообще, эта книга - первое в современной русской литературе удачное воплощение темы нетрадиционной сексуальной ориентации. Без трагедии, надрыва, эпатажа. С точки зрения совершенно нормального человека, каким героиня ни на минуту не перестает быть. Хотя озвучить историю крушения своих надежд на работу в МИДе (голые фотки, запечатлевшие нецеломудренные девичьи поцелуи в журнале), решается только после того, как одна из сокамерниц спокойно говорит, что после освобождения пойдет к своей девушке (а что, так можно было?)
Первый слой повествования день сегодняшний, портреты и истории сокамерниц, рутина ежедневного быта. Реминисценции из детства и ранней юности Ани - это второй слой книги. И уж точно, никто на их основании не сделает выводов, что виновата власть. Путин, что ли, заставлял тебя запутаться в отношениях с любимыми мальчиком и девочкой, которые в итоге выбирают друг друга, оставив тебя за бортом? или он заливал в горло текилу той несчастной ночью? И чего бы ты хотела после этого, какого МИДа?
Но есть и третий пласт. Мне кажется, он хорош необычайно. Местами это по-настоящему страшно, реально, до мурашков по спине и желания оглянуться, когда читаешь одна в комнате. Иногда думаешь: да, я знаю, так сходят с ума. А потом: но ведь откуда-то она узнала про эти ножницы. И вспоминаешь "Имена" Флоренского, который говорит, что "иные миры сквозят через Анну" - как точно она угадала с именем героини.
Вообще, эта тема переплетения нитей, она куда глубже в нас, чем алые сердечки позднеевропейской традиции. В наскальной живописи палеолита близких людей соединяют протянутые от одного к другому линии, в китайском традиционном театре по сей день связь обозначена красной лентой между двумя людьми.
Мне кажется удачей книги оставшийся открытым вопрос, двинулась ли Аня кукушечкой или обрела сверхспособность, и все происходящее стоит рассматривать как род инициации. В любом случае, женщин не стоит злить и без крайней необходимости ограничивать их свободу. Стоит помнить, что все переплетено.