Оправдание

by Dmitry Bykov, Дмитрий Быков

Дмитрий Быков — одна из самых заметных фигур современной литературной жизни. Поэт, публицист, критик и — постоянный возмутитель спокойствия. Роман «Оправдание» — его первое сочинение в прозе, и в нем тоже в полной мере сказалась парадоксальность мышления автора. Писатель предлагает свою, фантастическую версию печальных событий российской истории минувшего столетия: жертвы сталинского террора (выстоявшие на допросах) были не расстреляны, а сосланы в особые лагеря, где выковывалась порода сверхлюдей — несгибаемых, неуязвимых, нечувствительных к жаре и холоду. И после смерти Сталина они начали возникать из небытия — в квартирах родных и близких раздаются странные телефонные звонки, назначаются тайные встречи. Один из «выживших» — знаменитый писатель Исаак Бабель...

Genres: Russia, Russian Literature

First published January 1, 2001

About the author

Dmitry Bykov (Russian: Дмитрий Быков) is a Russian writer, poet, literary critic and journalist. He is also known as biographer of Boris Pasternak, Bulat Okudzhava and Maxim Gorky.

Reviews

[Tatyana Naumova · Rating 5 out of 5]

Русская литература пишется вовсе не для того, чтобы вам было весело, а предлагает задуматься над полным отсутствием смысла и счастья; хочется поступить как Рогов в финале, короче. Но роман очень сильный

[AiK · Rating 2 out of 5]

Введение в сюжет туристского лагеря с садо-мазохистским уклоном свело на нет все усилия автора. А мог бы получиться неплохой роман.

[Natalia · Rating 5 out of 5]

В 2023 г. очень грустные мысли после прочитанного. Никакие уроки не выучены, выводы не сделаны, все развивается по спирали и не ясно когда же, наконец, что-то изменится.

[Arkady Blekherov · Rating 3 out of 5]

Vaagste plottwist ooit. Echt idioot

[Денис Агафонов · Rating 2 out of 5]

Мазохизм 2022-2023.
Позиция Быкова по отношению к России и раньше была недвусмысленной, но с началом войны стала достаточно радикальной. И в дальнейшем ему логичнее будет называться американским или украинским писателем. Что не отменяет моей любви к его "Эвакуатору", "Июню", "Иксу". Мне нравится, что он быстрее всех начитывает аудиокниги. Его лекциям не занимать изобретательности. И даже его будущий роман о Зеленском я скорее всего послушаю.
Но его первый роман "Оправдание" лишен цельности. Присутствуют несколько занимательных поворотов. Но все сюжетные ходы обыгрывают основной тезис книги: без репрессий мы бы не победили фашистов. На первый взгляд он повторяет риторику пропаганды. Но есть тонкий момент. В том виде, в котором высказывает это Быков: войну выиграли зеки, евреи, политзаключенные, интернированные... но ни в коем случае не коммунисты. Быков внушает, что Сталин понимал, что советская система слаба и не способна ни к чему, кроме пыток и расстрелов. Поэтому и было принято решение создать сильную армию именно таким путем. Она и победила фашистов.
Параллельно с Быковым на экраны выходили кучи фильмов, где героями были лишь штрафники, а коммунисты и кадровые офицеры - сплошь людоеды, пьяницы и дебилы.
Быков не видит разницы между нацистскими концлагерями и ГУЛАГом, и вообще между нацизмом и коммунизмом. И если бы не американская атомная бомба, то Сталин бы репрессировал всех и они бы завоевали весь мир. В моем изложении это звучит гротескно, но Быков более убедителен.
Книга вышла на второй год президентства Путина. Как же показывает Быков в книге современников? Сектантами, которые не могут забыть Сталина и добровольно отправляются в ГУЛАГ, чтобы истязать себя. С этим поколением каши не сваришь. Им даже каяться и прорабатывать неудобное прошлое уже не поможет. Лишь только по пустыне всех водить 40 лет, пока не родиться новое свободное поколение. А остальным он предлагает умереть.

[Nikolai · Rating 4 out of 5]

The dark quest of the young protagonist who tries - in 1990s - to justify the unjustifiable, the repressions of Stalin, to imagine that there was some higher sense, some purpose, that the repressed were filtered and the new race of superhuman beings was meant to be born. The story is sometimes absurd, sometimes too historically detailed (as in the chapter about Isaak Babel, one of the "returners") and above all very well written, though slightly chaotic. But in the end it's an autotherapy, the extirpation of the same spiritual searches from the writer himself; and for those who don't need it the conclusion is too obvious.

[Майя Ставитская · Rating 5 out of 5]

One of the mane advantages of Bykov - prose writer is that his novels ar always enthralling. And I didn`t misspoke - it`s dignity. According to the maxim confirming that all genres are good, except for boring, he knows how to wrap the most bitter pill on awareness in an elegant wrapper of adventurous, conspiracy, crime fiction.



Холод - это наша есть жизнь
Он пьет свой кофе - лучший, чем тогда,
и ест рогалик, примостившись в кресле,
столь вкусный, что и мертвые "о да!"
воскликнули бы, если бы воскресли.
Бродский "Одному Тирану"
Из всей О-трилогии дольше всего оставалась нечитаной первая часть: "Орфографию" прочла восхитившись изящной литературной игрой, больше двух лет назад, сразу следом "Остромова" в которого влюбилась насмерть, назначила своей Книгой года 2018 после еще раз перечитала. А до первой книги только вот добралась.

Как хорошо, что Редакция Елены Шубиной затеяла цикл "Читаем с редактором", который позволяет в формате zoom-конференции встретиться с человеком, чья работа с текстом важна не менее авторской и благодаря которому мы получаем книгу в ее окончательном варианте ограненного камня, но имени его читатели обычно не знают - с редактором. И как хорошо, что темой очередной встречи станет "Оправдание" (на всякий случай, если интересуетесь, до четвертого марта еще есть возможность попасть).

Отчего не прочла тогда первого романа трилогии - не помню. Верно подумала, что после "Остромова" так хорошо уже все равно не будет, осень две тысячи восемнадцатого была моим временем Дмитрия Быкова, читала и слушала от него все: лекции, выпуски программы "Один", стихи, пьесы, критические статьи, прозу. При таком массированном погружении однажды наступает момент, когда нужно переключиться на другое.

И то сказать, "О-трилогия" не трикнижие в строгом смысле. Романы, составляющие ее, не объединены общим сюжетом или героями. Разве что в "Остромове" скользит по краю упоминание о Грине, одном из центральных персонажей "Орфографии", и время, место, отчасти среда совпадают. Что до "Оправдания" - оно вовсе не вписывается в концепцию трилогии: события начинаются в тридцать восьмом, через двенадцать лет после "остромовских", очень скоро перетекая в перестроечные годы - время внуков.

Вот, собственно, внук репрессированного биолога Скалдина и станет героем книги. Но давайте по порядку. В тридцать восьмом, в разгар волны репрессий, среди прочих учеников биолога Михайлова, был арестован доцент Иван Антонович Скалдин, который проявил на следствии невероятное упорство, так и не подписав показаний. Скорее всего потому что лишился под пытками рассудка. Семье после сообщили, что скончался от сердечной недостаточности.

Время было такое, что добиваться правды не рискнул бы и самый безрассудно смелый человек. Марина, вдова биолога, хотела выжить и вырастить дочку Катюшу. Кто ее осудил бы? И вырастила, перебиваясь скудными секретарскими заработками, только вот к старости стала чудить. Все ей казалось, что ее тело пристанище для других людей, которых любое прикосновение тревожит, причиняя им боль.

С чего бы? Ну, так, всякий по-своему с ума сходит. Хотя, был в их жизни один телефонный звонок, в сорок восьмом, уже после войны, мужчина попросил Катю позвать к телефону маму, назвав девочку Снегуркой, а так ее, беленькую, звал только отец. Сама девочка не могла этого помнить, но мама не раз рассказывала ей. И она поняла, что папа не погиб, что он жив, ну может быть, на секретном задании. Завершая разговор, собеседник просил передать, что будет ждать Марину вечером возле Почтамта.

Встречи не случилось, мать зря прождала два часа на ступенях и после сказала: ошиблись номером или это просто было чьей-то жестокой шуткой. Но обе они, и мама, и дочь, знали - то был отец. А история стала семейной легендой. Обретшей второе дыхание, когда сын Кати вырос, стал историком и начал коллекционировать случаи, подобные этому. Которые, как выяснилось, бывали. Большей частью такие же телефонные звонки от тех, кто числился среди мертвых, и одна очная встреча, когда вид человека из прошлого так напугал свидетеля, что тот сбежал, не сумел заставить себя подойти.

Наш юноша, через поколение ушибленный ужасом внезапного калечащего вторжения в жизнь, ищет объяснения. В виктимной психологии есть понятие поиска смысла. То есть, жертва насилия должна уяснить для себя: это случилось, потому что я пошла в это место, в такое время, в такой одежде, сказала эти слова, когда нужно было промолчать или сказать другие. Абсурдно лишь на первый взгляд. На самом деле, бессмысленность произошедшего с тобой хуже диких обвинений в том, что своим поведением спровоцировал насилие.

А поиск, в свою очередь, приводит его к с��зданию конспирологической теории, согласно которой смысл у сталинского террора таки был. Больше того, именно его жестокость позволила стране победить во Второй Мировой. Не буду объяснять, какими кривыми путями Рогов пришел к этому выводу. Суть в том, что придя, всюду начал видеть подтверждение правоты.

Одно из главных достоинств Быкова-прозаика в том, что его романы всегда беллетристика. И я не оговорилась, достоинство. Согласно максиме о том, что все жанры хороши, кроме скучного, он умеет завернуть самую горькую пилюлю осознания в нарядную обертку авантюрного, конспирологического, криминального чтива.

И он джокер нашей литературы, хотя иного сорта, чем другой знаменитый трикстер Пелевин. Водить читателя за нос, прежде подбрасывая безупречное объяснение, выстраивая четкую картину мира, а после внезапно, щелчком, руша карточный домик очередной иллюзии - Дмитрий Быков отменный мастер. И все-таки главное в быковской прозе не игровой момент, не развлечение ради развлечения, как все чаще у Пелевина, но четкая и безупречно нравственная авторская позиция. К которой в финале приходим.

[Elena Sheroziya · Rating 5 out of 5]

Мне ужасно страшно было читать эту книгу. Страшно от того, что столько в ней правды. Не отовраться , потому что Быков талантливейший писатель. Советую

[Milena Kushka]

В центре - легенда о том, что в основе сталинской мясорубки была идея поставленной задачи выделить достойных, тех, кто всё способен вынести, и не предать никого, и не оговорить, - и потом эти герои, символически умершие, сверхъестественной мощи, предназначены стать золотым батальоном, переломить ход любой войны, спасти всех-всех-всех, и страну, и Верховного генералиссимуса. Легенда или нет? Почему ходят слухи про тех, кто после 10 лет без права переписки вернулся, единожды встретился или позвонил по телефону? И что, в конце концов, на самом деле случилось с дедом главного героя?

... Ох. Что бы там ни было задумано, вышел роман, в котором концептуальный скелет автор добротно скрутил винтами и проволокой, а потом мясо повествования пришлепал сверху. Скелет видно, мясо неживое, автор недодышал. То есть всё симметрично, всё застегнулось, все концы увязаны, но зачем, зачем?

Очень жалко.

[Boris · Rating 4 out of 5]

Увлекательный сюжет и выразительный язык. Местами описательность перерастает в излишнее многословие.
Посыл очень мощный, финальные сцены для меня были весьма впечатляющими. И хотя мне показалось что можно было закончить роман, бросив главного героя, не разжевывая читателю все подробности, но автор раздавливает любые двусмысленности, беспощадно топит любые намёки на то самое 'оправдание'.

[Jjjjs · Rating 4 out of 5]

Идея неплоха, но тот случай, когда форма начинает побеждать содержание.Хорошо написанный,вычурно-изящный текст порой забивает собой все и уже кажется,что только для этого все и сделано.Вот как я могу! А сюжет, ну вот вам и он.Он же есть?

[Prants Ivanovich · Rating 2 out of 5]

Редкие всполохи сопереживания главному герою очень быстро затухали из-за неправдоподобности происходящего с ним. Местами было ощущение, что читаешь метфаору, а не историю.
Остранения, перемещения в реальность книги со мной почти не случилось, это главное.
Потихоньку закрываю для себя автора.

[Michał Grelewski · Rating 3 out of 5]

Rozwija się powoli ale ostatni akt jest mocny. Nie wiem czy mogę polecić, ale jeśli czytacie - doczytajcie do końca.

[Ekaterina · Rating 4 out of 5]

Неоднозначно, нетривиально, но предельно логично

[Sergey · Rating 3 out of 5]

Еще одна попытка найти приемлемое объяснение (т.е. оправдание) тому, чему оправдания быть не должно - сталинские репрессии.

[Vlada · Rating 5 out of 5]

Блестяще! Только Быков умеет так перемешать историю с выдумкой, что оторваться невозможно! Читается за один присест.

[Alexandr Dyban · Rating 5 out of 5]

Greate book