«1778 год. Урал дымит горными заводами, для которых существует только одна дорога в Россию – бурная река Чусовая. Но здесь барки с заводским железом безжалостно крушат береговые скалы-бойцы. У сплавщиков, которые проводят барки по стремнинам реки, есть способ избежать крушений: попросить о помощи старцев, что правят Рекой из тайных раскольничьих скитов и держат в кулаке грандиозный сплав “железных караванов”. Однако молодой сплавщик Осташа, пытаясь разгадать причины гибели своего отца, поднимает бунт против сложившегося на Чусовой порядка. Чтобы вернуть честное имя себе и отцу, он должен будет найти казну самого Пугачева, спрятанную где-то на бойцах…А подлинное “золото бунта” – это не пугачёвский клад, но ответ на вопрос: как сделать непосильное дело и не потерять душу?» (Алексей Иванов)
Если в стакан налить треть насилия над женщинами for no reason other than «захотелось», треть размышление о боге праведности чертях искушающих и прочем религиозном (но по каким-то причинам никак не противоречащим первому пункту), треть сплавщицкой лексики чтобы было понятно что автор разбирается и в оставшееся место еще бахнуть упоминания мертвого бати по поводу и без, взболтать весь этот мрак и сверху кинуть неубиваемость героя то вот оно, золото бунта. Сюжет где-то там за этим всем потерялся, золото все ищут кроме гг, барышни перед ним все стелятся загадка почему, он без остановки говорит о том как хочет быть сплавщиком но до барки добирается только к 72% книги… автор показал что умеет в матчасть. А историю отодвинул на задний план, перекрыв ее религиозными смятениями пацана который на два шага вперед свои действия продумать не может. Дочитала чисто из вредности