Максим Цхай > Quotes

“В общем-то, я и появлялся на этот свет нелегко – видимо, никак не мог понять, зачем менять уютное, теплое, беззаботное местечко на вечное бродяжничество, поэтому чуть не довел мать до насильного моего, медикаментозного уже, изгнания из рая.
Когда все обошлось и меня таки выперли, и смотрел я на мир, как говорят, совершенно ясными глазами и даже не плакал, потрясенный людским вероломством и насильственным переселением безо всяких пожитков и одежды в мир, который мне не нравится, маме моей было совсем нелегко.
Все жалеют изгнанных из рая, но как-то не задумываются, каково было раю без Адама и Евы. Ходили, наверное, грустные лёвики, таскали рассеянно уже никому не нужных ягнят за шкирки, понимая, что скоро их всех упразднят.”
― Максим Цхай, Тяжелая рука нежности

“Как важно успеть открыть глаза до того, как закроешь их навсегда. Почувствовать всей ладонью, как теплеет остывший за ночь фарфор от налитого в него горячего живого чая.”
― Максим Цхай, Тяжелая рука нежности

“Эмиграция – дело непростое, и тот, кто полагает, что, выбрав себе
страну для проживания, он разом прыгнет в рай, глубоко ошибается, хотя бы потому, что
рая нет нигде.
Будет одиночество. Будет потеря социальных ролей. Будут заплетенные извилины
от ненормального, нечеловеческого чужого языка. Не каждый может выстоять, а тот, кто
выстоял, – сохранить душевное здоровье.”
― Максим Цхай, Тяжелая рука нежности

“Одиночество – это настоящее счастье, которое, к сожалению, не с кем разделить.”
― Максим Цхай, Тяжелая рука нежности

“если тебя преследуют неудачи, кругом обломы, задумайся, а хочешь ли ты на самом деле
того, к чему стремишься. И как вариант – может быть, обломы – это и есть то, чего ты хотел.”
― Максим Цхай, Тяжелая рука нежности

“Женщина – это яблоко. Манкое, дразнящее, сияющее. Глупо, испугавшись сторожа или
опасности, грохнуться с дерева, отказаться от добычи. А вдруг того не стоит? А вдруг сторож
проснется? А вдруг яблоки кислые?”
― Максим Цхай

“Если ты умеешь радоваться за другого человека – радости твоей нет конца.”
― Максим Цхай, Тяжелая рука нежности