Jakob

“And that was the real truth of it, wasn't it? Whether you were visible or invisible, it was all about how other people reacted to you. Good and bad things happened either way. If you were invisible, bad people couldn't hurt you, that was true. But the good people couldn't help you, either. If you stayed invisible here, did everything you were supposed to and never made waves, you would disappear from the eyes and minds of all the good people out there who could help you get your life back. It was better to be visible. To stand up. To stand out.”
― Alan Gratz, Refugee

“If no one saw them, no one could help them. And maybe the world needed to see what was really happening here.”
― Alan Gratz, Refugee

“Папа уже дважды пытался бежать с Кубы. В первый раз он и еще трое сколотили плот, чтобы на веслах добраться до Флориды. Но тропический шторм вынудил их вернуться. Во второй раз лодка была моторной. Но его задержала кубинская береговая охрана, после чего он отсидел в тюрьме год.
Теперь сбежать стало еще труднее. Американцы ввели новые правила, которые все называли «Мокрые ноги, сухие ноги». Если кубинских беженцев ловили в море с «мокрыми ногами», их немедленно отсылали обратно. Но если им удавалось вынести путешествие через Флоридский пролив, не попасть в руки береговой охраны США и ступить на американскую землю, то есть если их ловили с «сухими ногами», им давали специальный статус беженцев, позволяли остаться и стать американскими гражданами.
Папа хотел сбежать снова. И на этот раз, независимо от того, поймают его с мокрыми или сухими ногами, не собирался возвращаться.


«Но, может, это и означает стать мужчиной? Может, мужчине больше не следует полагаться на отца?» – думал Йозеф.”
― Alan Gratz, Refugee

“Fight against the impossible and win,”
― Alan Gratz, Refugee