Charles Nodier > Quotes

“A writer should read until he is filled to the brim and like a pitcher which is over-filled over flows. And then he should write.”
― Charles Nodier

“Such days of autumnal decline hold a strange mystery which adds to the gravity of all our moods.”
― Charles Nodier, Smarra & Trilby

“Scarcely has night arrived to undeceive, unfurling her wings of crepe (wings drained even of the glimmer just now dying in the tree-tops); scarcely has the last glint still dancing on the burnished metal heights of the tall towers ceased to fade, like a still glowing coal in a spent brazier, which whitens gradually beneath the ashes, and soon is indistinguishable from the abandoned hearth, than a fearful murmur rises amongst them, their teeth chatter with despair and rage, they hasten and scatter in their dread, finding witches everywhere, and ghosts. It is night... and Hell will gape once more.”
― Charles Nodier, Smarra & Trilby

“The winter will be long and bleak. Nature has a dismal aspect.”
― Charles Nodier

“Do not be alarmed if they look paler than the other maidens of Greece. They are scarcely of this Earth, and seem to be shaking off the sleep of a past life.”
― Charles Nodier, Smarra & Trilby

“If you are alone, tell some stories to yourself. This is a different kind of pleasure and it has, indeed, its reward. I have tasted a little of everything, and I have truly never enjoyed anything more.”
― Charles Nodier

“But if what interests you are stories of the fantastic, I must warn you that this kind of story demands more art and judgment than is ordinarily imagined.”
― Charles Nodier

“It is wrong to kill anyone. It is wrong to kill those who kill. It is wrong to kill the executioner. The laws on murder must be killed!”
― Charles Nodier

“Tel est le sort facheux de tout livre preté - souvent il est perdu, toujours il est gaté”
― Charles Nodier

“In another world,' he said, lowering his voice; I remember... was it not in another world, in a life which was not in thrall to sleep and its phantoms?...”
― Charles Nodier, Smarra & Trilby

“Le Roi des Aulnes

Quel est ce chevalier qui file si tard dans la nuit et le vent ?
C'est le père avec son enfant ;
Il serre le petit garçon dans son bras,
Il le serre bien, il lui tient chaud.

« Mon fils, pourquoi caches-tu avec tant d'effroi ton visage ?
— Père, ne vois-tu pas le Roi des Aulnes ?
Le Roi des Aulnes avec sa traîne et sa couronne ?
— Mon fils, c'est un banc de brouillard.

— Cher enfant, viens, pars avec moi !
Je jouerai à de très beaux jeux avec toi,
Il y a de nombreuses fleurs de toutes les couleurs sur le rivage,
Et ma mère possède de nombreux habits d'or.

— Mon père, mon père, et n'entends-tu pas,
Ce que le Roi des Aulnes me promet à voix basse ?
— Sois calme, reste calme, mon enfant !
C'est le vent qui murmure dans les feuilles mortes.

— Veux-tu, gentil garçon, venir avec moi ?
Mes filles s'occuperont bien de toi
Mes filles mèneront la ronde toute la nuit,
Elles te berceront de leurs chants et de leurs danses.

— Mon père, mon père, et ne vois-tu pas là-bas
Les filles du Roi des Aulnes dans ce lieu sombre ?
— Mon fils, mon fils, je vois bien :
Ce sont les vieux saules qui paraissent si gris.

— Je t'aime, ton joli visage me charme,
Et si tu ne veux pas, j'utiliserai la force.
— Mon père, mon père, maintenant il m'empoigne !
Le Roi des Aulnes m'a fait mal ! »

Le père frissonne d'horreur, il galope à vive allure,
Il tient dans ses bras l'enfant gémissant,
Il arrive à grand-peine à son port ;
Dans ses bras l'enfant était mort.”
― Charles Nodier

“Аз бих искал да умра, подпирайки се отдясно и отляво на купчина книги.”
― Charles Nodier

“– Не смею ничего утверждать, сударь. Думается мне, что лунатики – это люди, которые так мало смыслят в наших земных делах, как если бы они свалились с луны, и, напротив, все время толкуют о таких вещах, какие не могли произойти нигде, кроме луны.”
― Charles Nodier, La fée aux miettes

“– Мы поедем в Глазго! – в восторге вскричал Даниэль.
– Мы выедем в шесть вечера, – сказал я, заводя часы. – Поскольку мы живем в совершенно свободной стране, я предпочитаю всегда иметь при себе паспорт и разрешение на проезд, так что недостает нам только лошадей. А поскольку дорога мне совершенно незнакома, не премини известить кучера, что остановлюсь я не раньше чем на 55"51' северной широты.”
― Charles Nodier, La fée aux miettes

“Вспомнив внезапно, что это растение – сильнодействующий наркотик, способный заглушить боль тех несчастных, что влачат жалкое существование в стенах лечебницы, я сорвал одну мандрагору с еще не сжатой части грядки и, приглядевшись к ней поближе, воскликнул: «Скажи мне, могущественная дщерь семейства пасленовых, чудесная сестра белладонны, скажи мне, по какому исключительному праву восполняешь ты недостаток нравственного воспитания и политической философии народов, даруя страждущим душам сладостное забытье, в какое обычно погружает нас сон, и нечувствительность к боли, какая, кажется, ждет нас только за гробом?..»”
― Charles Nodier, La fée aux miettes

“One can go scarcely a mile in the mountains without finding one of the scenes of Ossian, one of the caves of Fingal, the traces of their passing, or the site of their tombs.”
― Charles Nodier, Promenade from Dieppe to the Mountains of Scotland

“Мало кто способен понять, сколько презрения и сочувствия к роду людскому таится в сердце невинного человека, обреченного умереть.”
― Charles Nodier, La fée aux miettes