“Видите ли, жизнь не имеет никакой цены, кроме той, какую она сама
себе придает. И, конечно, она себя оценивает, так как неизбежно пристрастна
к себе. Возьмите хоть этого матроса, которого я сегодня держал на мачте. Он
цеплялся за жизнь так, будто это невесть какое сокровище, драгоценнее всяких
бриллиантов или рубинов. Имеет ли она для вас такую ценность? Нет. Для меня?
Нисколько. Для него самого? Несомненно. Но я не согласен с его оценкой, он
чрезмерно переоценивает себя. Бесчисленные новые жизни ждут своего рождения.
Если бы он упал и разбрызгал свои мозги по палубе, словно мед из сотов, мир
ничего не потерял бы от этого. Он не представляет для мира никакой ценности.
Предложение слишком велико. Только в своих собственных глазах имеет он цену,
и заметьте, насколько эта ценность обманчива, -- ведь, мертвый, он уже не
сознавал бы этой потери. Только он один и ценит себя дороже бриллиантов и
рубинов. И вот бриллианты и рубины пропадут, рассыплются по палубе, их смоют
в океан ведром воды, а он даже не будет знать об их исчезновении. Он ничего
не потеряет, так как с потерей самого себя утратит и сознание потери.”