Oleksandra

“О какая это была любовь, вольная, небывалая, ни на что не похожая! Они думали, как другие напевают.

Они любили друг друга не из неизбежности, не «опаленные страстью», как это ложно изображают. Они любили друг друга потому, что так хотели все кругом: земля под ними, небо над их головами, облака и деревья. Их любовь нравилась окружающим еще, может быть, больше, чем им самим. Незнакомым на улице, выстраивающимся на прогулке далям, комнатам, в которых они селились и встречались.

Ах вот это, это вот ведь, и было главным, что их роднило и объединяло! Никогда, никогда, даже в минуты самого дарственного, беспамятного счастья не покидало их самое высокое и захватывающее: наслаждение общей лепкою мира, чувство отнесенности их самих ко всей картине, ощущение принадлежности к красоте всего зрелища, ко всей вселенной.”
― Boris Pasternak, Doctor Zhivago

“They loved each other, not driven by necessity, by the “blaze of passion” often falsely ascribed to love. They loved each other because everything around them willed it, the trees and the clouds and the sky over their heads and the earth under their feet. Perhaps their surrounding world, the strangers they met in the street, the wide expanses they saw on their walks, the rooms in which they lived or met, took more delight in their love than they
themselves did.”
― Boris Pasternak, Doctor Zhivago

“Wendy," Peter Pan continued in a voice that no woman has ever yet been able to resist, "Wendy, one girl is more use than twenty boys.”
― J.M. Barrie, Peter Pan

“You know the days when you get the mean reds?
Paul Varjak: The mean reds. You mean like the blues?
Holly Golightly: No. The blues are because you’re getting fat, and maybe it’s been raining too long. You’re just sad, that’s all. The mean reds are horrible. Suddenly you’re afraid, and you don’t know what you’re afraid of. Do you ever get that feeling?”
― Truman Capote, Breakfast at Tiffany’s and Three Stories