Masha

“Besides being blind to lots of good things, the GDP also benefits from all manner of human suffering. Gridlock, drug abuse, adultery? Goldmines for gas stations, rehab centers, and divorce attorneys. If you were the GDP, your ideal citizen would be a compulsive gambler with cancer who’s going through a drawn-out divorce that he copes with by popping fistfuls of Prozac and going berserk on Black Friday. Environmental pollution even does double duty: One company makes a mint by cutting corners while another is paid to clean up the mess. By contrast, a centuries-old tree doesn’t count until you chop it down and sell it as lumber.”
― Rutger Bregman, Utopia for Realists: And How We Can Get There – from the presenter of the 2025 BBC ‘Moral Revolution’ Reith lectures

“Они как содержимое этой урны. Тебе не нравится ее запах, а мне не нравится запах мертвых слов. Ты ведь не стал бы вытряхивать на меня все эти вонючие окурки и плевки? Но ты засыпаешь меня гнилыми словами-пустышками, ни на секунду не задумываясь, приятно мне это или нет. Ты вообще об этом не думаешь.”
― Mariam Petrosyan, Дом, в котором...

“Первые потери появились и среди российских солдат — на кладбище под Псковом появились свежие могилы десантников, убитых на востоке Украины. Скрывать участие российской армии, по сути, было уже невозможно, но Владимир Путин продолжал отрицать очевидное. В телефонном разговоре с Ангелой Меркель он уверял, что под Донецком только солдаты, которые ушли в отпуск. «Хорошо, а они что, у вас в отпуск прямо с оружием и военной техникой уходят?» — восклицала канцлер. «Ой, вы знаете, у нас в стране такое воровство, такая коррупция. Эта техника наверняка украдена со складов», — не смущаясь, ответил Путин. Меркель повесила трубку.

При этом Путин вовсе не считал, что он кого-то обманывает: солдаты, по его мнению, знали, на что шли. 10 сентября, через неделю после окончания боев под Иловайском, он пошел в церковь и, по его словам, «поставил свечки за тех, кто пострадал, защищая людей в Новороссии». Тем самым он отдал дань памяти тех солдат, участие которых в войне Россия до сих пор не признает. Семьям убитых военных выплатили компенсации — при условии, что они не будут разговаривать с журналистами.”
― Михаил Зыгарь, Вся кремлевская рать: Краткая история современной России

“All right,” he said. “Let’s forget about that you, the one living in the mirror.” “Are you saying he is not me?” “He is. But not quite. He is you seen through the lens of your image of yourself. We all look worse in the mirror than we actually are, didn’t you know that?”
― Mariam Petrosyan, The Gray House