Mar Que > Recent Status Updates

Эта книга идет галопом по Европам и одновременно тут ничего не происходит. Это потому, что Гг - амёба.

Вся эта книга построена на аргументе: «Братц были новаторскими и крутыми, а Барби — злой и недостаточно прогрессивной». И в этом главная проблема. Орли Лобель много критикует Барби, но не критикует Братц за то же самое. Про обеих этих кукол можно сказать, что у них всё одинаковое (молд, лица, структура волос) и единственные различия заключаются в цвете кожи и глаз.

While Barbie has always been pregnant with meaning and conflict, she herself has never carried a child.

Автор буквально в следующем абзаце упоминает беременную куклу Мидж и скандал с ней. Эта зацикленность на материнстве и беременности куклы (куклы, Карл!) уже конкретно так бесит.

Разбавляем будни тоскичной средой кейпоп трэйни.

Я хотела перечитать дилогию до выхода «A Darker Shore: Letters from Ketterdam», но проворонила все сроки. Но, хей, лучше поздно, чем никогда! Рерид спустя 9 лет!

Пришло время смириться с тем фактом, что я никогда не пойму японский юмор.

Позже Рут сказала: «Мне намекали, что это „отторжение“ со стороны моей матери, возможно, и подтолкнуло меня стать человеком, которому всегда приходится доказывать свою ценность. По мне, это абсурд». Абсурд или нет, но кукла, которую, по её утверждению, она изобрела, так и не стала матерью.

Это уже второй раз, когда авторка критикует Mattel за то, что никогда не было «Барби Мамы». И это всё ещё странно.

Официально, это самая долгая постельная сцена в моей жизни.

Его палец проследил за линией другого клыка. «Они прекрасны».
Я издал сдавленный звук. Прекрасны? Это оружие, которое разорвало столько глоток, пролило столько невинной крови?

Это кожа убийцы, Белла!

Раньше мне казалось, что Астер плевать на Оро, но теперь я думаю, что она его конкретно так ненавидит. Потому что иначе я не могу объяснить, почему она обрекла его на это. Мы теперь чётко знаем, что Оро во всех таймлайнах либо всегда влюбляется в Айзлу, но она никогда не выбирает его, либо он не встречает её вообще и умирает одиноким и несчастным. Серьёзно, что ли?

Знаете, что? Раз уж у Астер настолько сильный кризис идей, что она решила повторить всю любовную историю Айзлы и Грима просто поменяв их местами, то надо было крутить педали до конца.
Почему бы теперь Гриму в кого-нибудь не влюбиться? Почему бы ему в Оро не влюбиться, раз уж его он помнит? Вот вам и конфликт на ближайшие две книги.

Слушайте, Барби можно критиковать за многое. Но «никогда не было куклы Барби, которая была бы мамой» - это, согласитесь, довольно странный аргумент.

Барби, их кукла-«ледяная королева» с завуалированным прошлым немецкой эскортницы, была внезапно смещена с трона современной, пышной и многонациональной куклой, которая покорила сердца и дома детей по всей Америке.

Автор этой книги, очевидно, очень не любит Барби.

Вторая часть совместила в себе 2 вещи, с которыми у меня сложности: кансайский диалект и японский юмор.

Кто-то реально запарился, сел и посчитал сколько у Грима было половых партнёрш до встречи с Айзлой.

Что является хорошим индикатором кризиса идей у автора? У одного из героев внезапно случается амнезия.

Почему-то и Оро, и Грим начали ругаться матом. Причём только у себя в голове и только друг перед другом. Никогда перед Айзлой. Создаётся ощущение, что они не матерятся перед ней либо потому, что «она же девочка», либо они видят её как ребёнка. То есть сексом с ней заниматься можно, жениться на ней можно, но «fuck» говорить нельзя.

Книга называется «32 Фуэте»,в честь трюка, который исполняет Одиль в балете «Лебединное Озеро». Вот только в книге ставят балет «Жизель». Причем тут 32 фуэте тогда? Я понимаю, что оригинальное название переводится как «выворотность» и об него язык можно сломать. Но неужели ничего другого придумать было нельзя?

Мне вообще интересно, а насколько в балетной среде в принципе распространено подкладывание стекла в пуанты соперниц?

Чтица у английской аудиокниги подобрана дико неудачно. Это не юная девушка, а сороколетняя операторка региональной службы секса по телефону. Мужчины в ее исполнении - это вообще отдельная песня. Все они, независимо от возраста, звучат как старики, у который было 20 инсультов, 21-ый не за горами, и вот он вот точно станет последним.

Перешла на аудио. Надеюсь, это поможет добить книгу до конца месяца, ибо эта такая страшная тягомотина, что уже сил нет.

Где этот гений, который решил перевести «merfolk» как «мерфолки»?

– Насколько я слышала, капитан Вэньчжи из какой-то ничем не примечательной семьи, живущей у Четырех морей.

Зуб даю, это окажется ложь. Потому что Синъинь просто не может связать свою жизнь или начать влюбляться в босяка без роду и племени, это вам не диснеевский «Алладин». За ней ухаживать могут только принцы и аристократы.

Меня бесит не сам факт, что автор ввела этот клин между Ливеем и Синъинь в виде невесты. Мне бесит причина. А она довольно банальна: нужно было дать Синъинь повод уйти в армию, но такой, чтобы она не выглядела стервой, разбившей принцу сердце, и чтобы не мучилась от выбора между счастьем с любимым и спасением мамы. Ну знаете, такой повод, который сделал бы её хоть немного интересной.

Девушка только что проснулась после кошмарного сна. Самое время лезть языком ей в дёсны.

Знаете, теперь когда у нас есть полноценные главы от лица Грима, факт, что он был создан исключительно для того, чтобы любить Айзлу стал еще более очевидным. Он стоически терпит людей и неудобства ради нее. Он сожжет дотла целый дом только из-за того, что Айзла в нем об дверной косяк ударилась.

Айзла Краун - сильнейший человек в нашей истории.

Алекс, милая тебе не надо каждые 5 минут напоминать, что Айзла самая сильная/красивая/невероятная. Я не забуду, клянусь.

Глубокий вдох

Я об этом пожалею...

– Когда я нахожусь рядом с тобой, чувствую, что ты видишь меня таким, какой я есть на самом деле, – продолжил принц, не обращая внимания на мое беспокойство, – а не будущим императором и наследником империи.

Ливей, чувак, из того, что я видела, у тебя характер табуретки. Тебя несложно «видеть таким, какой ты есть», потому что там видеть толком нечего.

Я не могу вспомнить, когда мне в последний раз приходилось читать про настолько откровенную Мэри Сью.