“– Я, чёрт возьми, не католик и не протестант, я ни то, ни то, – расшумелся я. – Мы с папой вообще не ходим в церковь. Папа говорит, туда лучше не ходить, потому что тогда нормально относишься и к тем, и к другим, а кто ходит в церковь, тот на дух не выносит тех, кто не ходит.

Страх – это всё, страх – это и есть война, страх и смерть, а всё остальное на войне – канцелярщина, списки имён, счета за пушки и танки, аусвайсы, награды, всякая чушь.

Мама не захотела мне рассказывать, дядя Аарон не захотел рассказывать, они никогда ничего не рассказывают, когда происходит что-то важное, Томми.
– Кто "они"?
– Старшие.
– В смысле – взрослые?
– Да, так тоже можно сказать. Мы о них мало знаем, они о нас мало знают, хотя они когда-то тоже были детьми, так что у них есть небольшое преимущество.”