Melanchallina

“Томас, что вёл их через пустыню, не обращая на неё ни капли внимания, Вестник второй ступени возрождения Города, Вожак, воин, был ей привычен и понятен. Но этот мужчина, таивший в себе боль прошлого, страх и жалость к самому себе, казался ей чужаком.”
― Олли Вингет, После огня

“— Я не рассказываю сказки, - сказала она тихо. Боялась, что и этого будет достаточно, чтобы разозлить ее не отличающегося терпением спутника.
Вместо ответа он приблизил губы к ее уху и прошептал:
— Ну, так придумай поскорее, пташка, потому что скука злит меня сильнее, чем непослушание.”
― Айя Субботина, Три короны для Мертвой Киирис

“Тело успокаивается. Слезы высыхают. Лицо застывает как маска, взгляд падает на грузовик. Руки онемели. Я даже не ощущаю, сижу я или стою.
— Что с водителем? — спокойно и сдержанно спрашиваю я.
— Простите?
— Что с водителем грузовика?
— Он умер, мэм.
— Хорошо, — говорю я ему.”
― Taylor Jenkins Reid, Forever, Interrupted

“«Неужели смерть вот такая? — рассеянно думал Томас, пока гладил каштановые кудри, всматриваясь в любимое лицо, что первый раз за многие дни не искажало боль, страх и удушье. — Разве смерть — это покой? Разве она — исцеление, глубокий сон? Неужели умирать так нестрашно, неужели страшнее всего остаться по эту сторону?»”
― Олли Вингет, После огня