Salo

“В самом деле, нет ничего досаднее, как быть, например, богатым, порядочной фамилии, приличной наружности, недурно образованным, неглупым, даже добрым, и в то же время не иметь никакого таланта, никакой особенности, никакого даже чудачества, ни одной своей собственной идеи, быть решительно "как и все". Богатство есть, но не Ротшильдово; фамилия честная, но ничем никогда себя не ознаменовавшая; наружность приличная, но очень мало выражающая; образование порядочное, но не знаешь, на что его употребить; ум есть, но без своих идей; сердце есть, но без великодушия, и т. д., и т. д. во всех отношениях. Таких людей на свете чрезвычайное множество и даже гораздо более, чем кажется; они разделяются, как и все люди, на два главные разряда: одни ограниченные, другие "гораздо поумнее". Первые счастливее. Ограниченному "обыкновенному" человеку нет, например, ничего легче, как вообразить себя человеком необыкновенным и оригинальным и усладиться тем без всяких колебаний. Стоило некоторым из наших барышень остричь себе волосы, надеть синие очки и наименоваться нигилистками, чтобы тотчас же убедиться, что, надев очки, они немедленно стали иметь свои собственные "убеждения". Стоило иному только капельку почувствовать в сердце своем что-нибудь из какого-нибудь общечеловеческого и доброго ощущения, чтобы немедленно убедиться, что уж никто так не чувствует, как он, что он передовой в общем развитии. Стоило иному на слово принять какую-нибудь мысль или прочитать страничку чего-нибудь без начала и конца, чтобы тотчас поверить, что это "свои собственные мысли" и в его собственном мозгу зародились. Наглость наивности, если можно так выразиться, в таких случаях доходит до удивительного; всё это невероятно, но встречается поминутно. (..) Умный "обыкновенный" человек, даже если б и воображал себя мимоходом (а пожалуй, и во всю свою жизнь) человеком гениальным и оригинальнейшим, тем не менее сохраняет в сердце своем червячка сомнения, который доводит до того, что умный человек кончает иногда совершенным отчаянием; если же и покоряется, то уже совершенно отравившись вогнанным внутрь тщеславием. (..) В огромном большинстве этого умного разряда людей дело происходит вовсе не так трагически; портится разве под конец лет печенка, более или менее, вот и всё..”
― Fyodor Dostoyevsky, The Idiot

“The Russian soul is a dark place.”
― Fyodor Dostoyevsky, The Idiot

“The ones who are not soul-mated – the ones who have settled – are even more dismissive of my singleness: It’s not that hard to find someone to marry, they say. No relationship is perfect, they say – they, who make do with dutiful sex and gassy bedtime rituals, who settle for TV as conversation, who believe that husbandly capitulation – yes, honey, okay, honey – is the same as concord. He’s doing what you tell him to do because he doesn’t care enough to argue, I think. Your petty demands simply make him feel superior, or resentful, and someday he will fuck his pretty, young coworker who asks nothing of him, and you will actually be shocked.

Give me a man with a little fight in him, a man who calls me on my bullshit. (But who also kind of likes my bullshit.) And yet: Don’t land me in one of those relationships where we’re always pecking at each other, disguising insults as jokes, rolling our eyes and ‘playfully’ scrapping in front of our friends, hoping to lure them to our side of an argument they could not care less about. Those awful if only relationships: This marriage would be great if only… and you sense the if only list is a lot longer than either of them realizes.

So I know I am right not to settle, but it doesn’t make me feel better as my friends pair off and I stay home on Friday night with a bottle of wine and make myself an extravagant meal and tell myself, This is perfect, as if I’m the one dating me. As I go to endless rounds of parties and bar nights, perfumed and sprayed and hopeful, rotating myself around the room like some dubious dessert. I go on dates with men who are nice and good-looking and smart – perfect-on-paper men who make me feel like I’m in a foreign land, trying to explain myself, trying to make myself known. Because isn’t that the point of every relationship: to be known by someone else, to be understood? He gets me. She gets me. Isn’t that the simple magic phrase?

So you suffer through the night with the perfect-on-paper man – the stutter of jokes misunderstood, the witty remarks lobbed and missed. Or maybe he understands that you’ve made a witty remark but, unsure of what to do with it, he holds it in his hand like some bit of conversational phlegm he will wipe away later. You spend another hour trying to find each other, to recognise each other, and you drink a little too much and try a little too hard. And you go home to a cold bed and think, That was fine. And your life is a long line of fine.”
― Gillian Flynn, Gone Girl

“Jonathan Seagull discovered that boredom and fear and anger are the reasons that a gull's life is so short, and with those gone from his thought, he lived a long fine life indeed.”
― Richard Bach, Jonathan Livingston Seagull