Ivan

“— Гуленька, не говори так. Он твой сын, он всегда им останется. У вас сейчас отношения, насколько я понимаю, наладились?
— Да, Татка, кончились эти тинэйджерские годы в буквальном смысле: fifteen, sixteen… Как перевалило за двадцать, все изменилось, ушла агрессия, пришло понимание. Я ощущаю, как он меня любит, мы стали по-настоящему близкими людьми. Сейчас я чувствую, что я самая счастливая мать.
— Потому что гены, воспитание, любовь рано или поздно берут свое, Гуленька.”
― Елена Котова, Период полураспада

“— Юра, это огромное преимущество, что ты русский, а не изъян, как думают они, выросшие в стране, которая пухнет от сознания собственного величия, не понимая, что это провинциально. Ты космополит, ты двуязычен и бикультурен.”
― Елена Котова, Период полураспада

“Orthodoxy is idolatry if it means holding the 'correct opinions about God' - 'fundamentalism' is the most extreme and salient example of such idolatry - but not if it means holding faith in the right way, that is, not holding it at all but being held by God, in love and service. Theology is idolatry if it means what we say about God instead of letting ourselves be addressed by what God has to say to us. Faith is idolatrous if it is rigidly self-certain but not if it is softened in the waters of 'doubt.”
― John D. Caputo, What Would Jesus Deconstruct?: The Good News of Postmodernism for the Church

“— Мы страшные эгоистки, — подхватила Гуля.
— При этом, заметь, разумные! — продолжала Танюшка. — Наша главная задача — быть счастливыми самим, и это разумно. Только счастливый человек может дать что-то другим.”
― Елена Котова, Период полураспада